Он немного поколебался, подергивая губами, прежде чем наконец заговорил.
— Я хотел увидеть тебя.
Эти его слова казались настолько искренними, что я немного опешила.
Похоже, он сам удивился, потому что прикрыл рот рукой и застыл на месте.
— Действительно по этой причине?
Безумец грубо снял свой небрежно висевший шейный платок. Затем откинул серебристые волосы со лба и выжидающе уставился на меня.
— Почему? Разве это не может быть причиной? Я должен постоянно проверять, является ли этот мир реальностью, потому что я все еще не могу в это поверить.
Он продолжал трогать свою шею, и в каждом его движении чувствовалась неприкрытая ярость.
Кронпринц был одним из тех мужчин, которые бессознательно демонстрируют свое подавляющее присутствие, даже не думая об этом.
Я чувствовала себя кроликом перед огромным зверем.
А он поджал губы и уставился на меня с лицом, которое невозможно было прочесть.
В его глазах плескалась сложная смесь сильных эмоций.
— Продюсер, ты как будто совсем другой человек. Если бы я не говорила с тобой о Корее вот так, никогда бы не подумала, что в прошлой жизни ты был корейцем.
Он нахмурился от моих слов, и в этот момент легкий ветерок пронесся мимо нас и взъерошил его волосы.
Частично расстегнутая одежда, расслабленное лицо и беспорядочно разбросанные локоны придали ему такой вид, словно он был на волоске от смерти, и казалось, что все это отражает его нынешнее душевное состояние.
— Поэтому я действительно потрясена всем этим, понимаешь?
— Прекрасно понимаю, что ты чувствуешь.
Я не была уверена в этом. Как и в том, что правильно понимала безумца. Поэтому сомневалась, что он тоже меня понимает.
Встретив корейца в другом месте, я была бы рада его видеть, и, возможно, мы могли бы даже стать лучшими друзьями.
Но эта ситуация была другой.
Я встретила корейца в другом мире, и это был знакомый мне раньше человек.
Конечно, я была безмерно счастлива и чувствовала связь с ним, но все же немного сомневалась.
Я ведь даже толком не знала продюсера Ча До Хёка, который здесь стал кронпринцем Рейнольдом.
Меня терзали сомнения.
— Мое сердце спокойно, когда я с тобой.
Я не смогла ответить на эти слова имперского безумца — не могла придумать, что ему сказать.
Я действительно испытывала похожее чувство, но не в такой степени, как он.
— Я хочу и дальше быть с тобой. Надеюсь, ты разрешишь.
Своими спокойными золотыми глазами он смотрел прямо мне в глаза. И был искренен.
А разве раньше он не был искренним?
Даже в прошлом, хотя и любил шутить, он был не из тех, кто говорит пустые слова.
Я отвела взгляд и в нерешительности почесала щеку.
— Э-э... Думаю, это будет немного сложно.
— Могу я узнать, почему?
— У меня есть расписание и...
— Ты можешь его придерживаться. Я не буду тебя беспокоить.
Сказав это, имперский безумец вытер лицо руками и попытался угадать мою реакцию.
Он был так похож на собаку, которая пытается уловить реакцию своего хозяина, что я не смогла удержаться от смеха.
— И ты не будешь так смотреть на меня. Это беспокоит.
Он сделал шаг назад и задумался.
— Тогда, как насчет этого? Я помогу тебе адаптироваться в этом мире. Я слышал, что ты готовишься к вступительному экзамену.
В этот момент я наконец начала всерьез обдумывать его предложение.
Хотя принц Рейнольд был наиболее известен своими навыками фехтования, он с юности был вундеркиндом, которого называли гением.
Этого можно было ожидать, так как в теле ребенка оказался взрослый, воспоминания которого сохранились. Но если вспомнить, что в Корее Ча До Хёка тоже называли гением, то это было действительно неплохое предложение.
Подумав немного, я наконец кивнула.
— Если так, то это выгодная сделка. Хорошо, я принимаю предложение.
На мои слова он рассмеялся, как будто это было именно то, что хотел услышать.
***
После этого случая имперский безумец каждый день приходил в особняк Любиче как на службу.
Затем, примерно через месяц, он полностью переехал — перевез свои вещи из дома в специальную комнату для гостей в особняке Любиче.
И когда бы я ни выходила, кронпринц следовал за мной, не отходя ни на шаг.
Когда я целыми днями оставалась дома, он торчал в особняке Любиче с утра до вечера, как жвачка, которую помощнику приходилось оттаскивать, если у кронпринца появлялись важные дела.
Он даже следовал за мной на светские приемы, где присутствовали только дамы. Даже когда имперский безумец ничего не делал и оставался сидеть на своем месте, эти деликатно воспитанные леди были испуганы. В конце концов, он был так называемым «сумасшедшим наследным принцем», что объясняло, почему одного его присутствия было достаточно, чтобы напугать их.
Я чувствовала, что схожу с ума. Мне нельзя было даже просто связать его где-нибудь, поскольку он был королевской крови и все такое.
— Так вот что ты имел в виду, когда сказал, что хочешь быть рядом со мной? Ты слишком сильно меня беспокоишь, — не выдержав, призналась я, дергая себя за волосы.
Но безумец лишь невозмутимо пожал плечами.
— Я просто сидел рядом с тобой. Я не сделал ничего такого, что бы могло побеспокоить тебя.
Мне нечего было возразить, потому что все сказанное было правдой.
Проблема была в дамах, которые всегда пугались и суетились вокруг сумасшедшего всякий раз, когда видели его.
Я глубоко вздохнула. Уж не знаю, понял ли безумец мои чувства или нет, так как он оперся руками на окно кареты и смотрел на улицу.
При этом принц выглядел таким печальным.
Я подперла подбородок ладонью и залюбовалась его внешностью.
Вид из кареты открывался превосходный. Внутри тоже было на что посмотреть.
Обновлено: 15.02.2026