Глава 104 — Глава 103. Неожиданная связь

Глава 103. Неожиданная связь Утки первыми чувствуют, когда остывает вешняя вода. Лу Чанъань был уверен, что высшие чины орденов в мире культивации обладают куда более острым чутьем, чем рядовые культиваторы. Использовать других в качестве точильного камня — с подобным Лу Чанъань уже сталкивался в прошлой жизни. Слишком твердый камень не угрызешь. Тоба Цзинь не стал бы бросать вызов истинному человеку ложного ядра из Дворца Покидающего Пламени. Его вражда с Хэ Юаньу была лишь предлогом. С таким острым нравом, как у Тоба Цзиня, он наверняка враждовал не только с одним Хэ Юаньу. Истинная причина заключалась в том, что Бессмертный город Желтого Дракона был подходящей целью — достаточно сильной, но при этом такой, которую не страшно было обидеть. «Нынешний Бессмертный город Желтого Дракона, да и сам истинный Хуанлун, возможно, уже не так сильны, как кажется», — размышлял Лу Чанъань. У истинного Хуанлуна оставалось еще более ста лет жизни. Пока он, этот «столп, усмиряющий моря», был на месте, и не случалось серьезных проблем, Бессмертный город Желтого Дракона в худшем случае ждал медленный упадок, но никак не стремительное крушение. «Еще через несколько десятков лет физическое состояние истинного Хуанлуна неизбежно ухудшится, он войдет в преклонный возраст». Лу Чанъань предполагал, что пик могущества истинного Хуанлуна, когда тот был в расцвете сил, почти миновал. Слабость истинного Хуанлуна заключалась в том, что он не смог подготовить преемника уровня истинного ядра. Среди его учеников было лишь двое с ложным ядром. В Бессмертном городе Желтого Дракона были и другие наемные культиваторы на стадии формирования ядра, но они подчинялись только истинному Хуанлуну. Истинный человек ложного ядра не способен защитить интересы столь огромного города бессмертных. Даже более слабого культиватора на стадии формирования ядра было бы недостаточно. ... Масштабный аукцион завершился. Чжао Сыяо попрощалась и отправилась обратно в Долину Золотого Облака. Лу Чанъань тоже готовился покинуть Желтый Дракон. Перед отъездом он заключил еще одну сделку с семьей Чжоу повелителей зверей. За сделку по-прежнему отвечала Чжоу Цинсюань. На этот раз Лу Чанъань получил шкуру демонического зверя второго ранга высшего качества, которая была еще больше предыдущей, а также некоторые материалы для рисования талисманов второго ранга среднего и низшего качества. Не всякая шкура демонического зверя подходила для изготовления бумаги для талисманов. Место, с которого была снята шкура, также имело значение: обычно брали участки с груди, шеи или живота. Качество материалов, получаемых от выращенных в неволе демонических зверей, значительно уступало диким. Лу Чанъань провел в Обители Водной Луны месяц, чтобы завершить эту сделку. На этот раз, помимо разницы в стоимости материалов, он получил еще пять талисманов высшего качества. Вместе с тремя предыдущими у него теперь было восемь талисманов второго ранга высшего качества. «Жаль, что на уровне второго ранга среднего и высшего качества разница в стоимости материалов, которую я могу заработать, уже далеко не так велика, как на первом ранге», — с легким сожалением подумал Лу Чанъань. Это было неизбежно. По мере повышения ранга талисманов его преимущество как мастера талисманов третьего порядка из прошлой жизни будет становиться все меньше. По словам Чжоу Цинсюань, следующая сделка состоится не раньше, чем через несколько лет. ... Завершив сделку, Лу Чанъань съехал из Обители Водной Луны и попрощался с соседями. Вместе с Гуань Цяочжи он покинул Бессмертный город Желтого Дракона, в котором прожил более двадцати лет. На третий день после его отъезда перед Обителью Водной Луны опустилась аура культиватора на стадии возведения фундамента. Прибывшим оказался молодой человек с ясными чертами лица, одетый в толстую стеганую куртку. «Опоздал?» Увидев пустой двор, юноша в куртке изменился в лице. — Старший Фу, вы ищете мастера талисманов Лу? Он покинул Бессмертный город Желтого Дракона три дня назад, — с энтузиазмом поприветствовал его Ду Вэй из Обители Пилюльного Сердца. Юноша в куртке был Фу Дуном, младшим братом Фу Сюэмэй. То, что он с плохим духовным корнем смог достичь стадии возведения фундамента, в свое время вызвало немало обсуждений в Бессмертном городе Желтого Дракона. — Ты знаешь, куда он отправился? — Не имею понятия, — покачал головой Ду Вэй. Их с Лу Чанъанем связывали лишь деловые отношения, и после того как тот достиг стадии возведения фундамента, они стали общаться реже. Фу Дун горько вздохнул, но ничего не сказал. ... Месяц спустя Лу Чанъань, управляя летающим кораблем, доставил Гуань Цяочжи на гору Уци. Они приземлились на Пике Малой Черепахи. — Братец Лу, неужели вся эта горная вершина с духовной жилой наша? Глаза Гуань Цяочжи сияли, ее изящное личико раскраснелось, а радость буквально переполняла ее. Она раскинула руки навстречу горному ветру и закружилась в легком танце, отчего ее юбка взметнулась ввысь. — Если ничего не случится, в ближайшие несколько десятков лет это место будет нашим личным местом для практик дао, — с улыбкой сказал Лу Чанъань, любуясь юной и прекрасной девушкой. Гуань Цяочжи была младше его на тридцать с лишним лет. Она очень рано начала принимать пилюли сохранения красоты, поэтому до сих пор выглядела как девушка. Помимо наследства даоса Гуаня, Гуань Цяочжи, будучи наложницей Лу Чанъаня, имела стабильный доход в духовных камнях от изготовления бумаги для талисманов — Лу Чанъань делился с ней частью прибыли. Платил он гораздо больше, чем в обычной лавке духовных талисманов. К тому же Лу Чанъань время от времени давал ей немного денег на карманные расходы. Этот внушительный доход Гуань Цяочжи тратила не только на культивацию, но и на покупку пилюль для сохранения красоты. — Места здесь довольно много, включая пещерную обитель. Приводить все в порядок будет довольно утомительно. — Ничуть не утомительно! Я все здесь обустрою и сделаю очень красиво! Гуань Цяочжи и мечтать не смела о том, что сможет пользоваться целой горной вершиной с духовной жилой второго ранга в качестве места для практик дао. Словно Золушка, она переехала в королевский сад и стала его полухозяйкой. ... Вернувшись на гору Уци, Лу Чанъань достиг возраста семидесяти двух лет. Следующие два месяца были очень напряженными. Нужно было установить защитную формацию, перестроить и украсить пещерную обитель. Посадить семена духовного риса, лекарственных трав и саженцы духовных деревьев. Главным трудягой была крыса земных скал: рыть норы и вспахивать поля было ее природным талантом. Гуань Цяочжи каждый день усердно трудилась до изнеможения, тщательно продумывая и перестраивая планировку каждой комнаты в пещерной обители, а также планируя расположение сада и аптекарского огорода снаружи. В большом пруду перед пещерной обителью скопилось много ржавчины и ядовитых отложений от старых инструментов. Чтобы создать комфортные условия для черепахи сокровенной воды, Гуань Цяочжи, не покладая рук, применяла магические техники, очищая пруд от ржавчины. Она сменила воду в пруду площадью в десять му семь или восемь раз, прежде чем успокоилась. К этому времени Гуань Цяочжи давно забыла о мыслях унаследовать состояние своего деда. Она была очень довольна этим местом, обретя благословенную землю для культивации, о которой так мечтала. Здесь она могла вместе со своим старшим братом-учеником, достигшим стадии возведения фундамента, практиковать, рисовать талисманы, растить черепаху и сажать травы. За два месяца установка формации на Пике Малой Черепахи, перестройка пещерной обители и освоение духовных полей были в основном завершены. Лу Чанъань заметил, что Гуань Цяочжи все еще очень устает, и каждый день у нее болит поясница от тяжелой работы. Раньше эта маленькая наложница время от времени надевала прозрачные шелковые платья, незаметно соблазняя Лу Чанъаня, но в последнее время у нее на это совсем не было настроения. Основная причина была в том, что Пик Малой Черепахи был слишком большим, и Лу Чанъань посадил много духовного риса, лекарственных трав и саженцев духовных деревьев. Один только ежедневный полив, прополка и избавление от вредителей представляли собой огромный объем работы. И это не считая применения Техники облаков и дождя. Пик Малой Черепахи обладал духовной жилой второго ранга, что давало определенное преимущество для выращивания низкосортного духовного риса, молодых лекарственных трав и других культур. Взгляд Лу Чанъаня упал на черепаху сокровенной воды у пруда. — Я растил тебя тридцать с лишним лет, пора учиться самостоятельности. Лу Чанъань подошел и постучал костяшками пальцев по панцирю. — С сегодняшнего дня задача по поливу и орошению духовного риса, лекарственных трав и саженцев на горе ложится на тебя. — Пи-пи! — из норы выскочила крыса земных скал. Оскалившись, она подняла обе лапки в знак согласия. Черепаха сокровенной воды со слезами на глазах взглянула на Лу Чанъаня. Увидев, что тот остался непреклонен, она зашевелила лапами и направилась к участку с лекарственными травами. Перед одной из грядок она применила малую Технику облаков и дождя. Благодатный дождь пролился на землю, испуская слабое зеленоватое сияние. Лу Чанъань удовлетворенно кивнул, заметив, что Техника облаков и дождя черепахи сокровенной воды содержала в себе жизненную силу магических техник элемента дерева. После того как эта черепаха сокровенной воды вылупилась, узоры на ее панцире приняли форму древесных листьев. Лу Чанъань предположил, что тайная техника вечной весны, на которую он потратил полгода своей жизни при высиживании яйца, оказала некоторое влияние на ее организм. ... Когда пещерная обитель на вершине была обустроена, Лу Чанъань пригласил двух других владык пиков горы Уци. В присутствии представителя Долины Золотого Обкака, выступившего в качестве свидетеля, Линь Е, Ши Маньжун и Лу Чанъань заново подписали духовный контракт о совместной аренде. Арендная плата за духовную жилу горы Уци, составлявшая двенадцать тысяч духовных камней за десять лет, была поделена между ними поровну. Пусть годовая аренда и казалась невысокой, но для культиваторов время летело быстро, а жизнь была долгой. Аренда на десять или двадцать лет выливалась в огромные расходы. После подписания духовного контракта Лу Чанъань устроил в своей пещерной обители пир, чтобы угостить Линь Е и Ши Маньжун. Оба культиватора на стадии возведения фундамента высоко оценили кулинарное мастерство Гуань Цяочжи. Ее талант и ловкость рук не ограничивались лишь изготовлением материалов для талисманов. Любое ремесло, требующее ручной работы, давалось ей на несколько порядков лучше, чем обычным людям. Даже с обработкой деталей для марионеток эта девушка справлялась неплохо. — Товарищ даос Лу, формацию второго ранга на вашей горе вы приобрели в Бессмертном городе Желтого Дракона? — спросила Ши Маньжун. Она держалась с достоинством, а ее взгляд был спокоен, как чистая вода. — Товарищ даос Лу, я вижу, вы не доверяете искусству Феи Ши в формациях, — с дразнящей усмешкой произнес Линь Е, чье старое лицо было темно-красного цвета. Ши Маньжун была известной в округе гением формаций. — Что вы! Я изначально планировал установить два комплекта формаций. Один — для основной защиты. А второй, основанный на иллюзиях и атаке, я как раз собирался поручить Фее Ши, — поделился своей задумкой Лу Чанъань. Тот комплект формаций, который он установил сам, был из его прошлой жизни и хорошо защищал от сканирования божественным сознанием. Ши Маньжун кивнула и расспросила Лу Чанъаня о его конкретных требованиях. Она не осталась на пир, а, отвесив поклон, ушла раньше. Алхимик Линь Е был любителем выпить и принес с собой две урны духовного вина. Лу Чанъань долго пил и болтал с ним, узнавая о положении дел в окрестностях горы Уци. — Товарищ даос Лу, а вы знаете, почему я, старик, тогда выбрал именно вас в качестве арендатора третьего пика? — спросил Линь Е с таинственным видом, когда они уже изрядно выпили, и установил звукоизолирующий барьер. — И почему же? Лу Чанъань никак не мог этого понять. Ши Маньжун была в хороших отношениях с Гу Лаем и вряд ли бы его поддержала. На горе Уци Линь Е обладал самой высокой культивацией и мастерством, а значит, и большим весом в принятии решений. Следующие слова Линь Е заставили сердце Лу Чанъаня екнуться. — Алхимик Хуа — мой младший брат-ученик. Зрачки Лу Чанъаня слегка сузились, и он насторожился. — Ха-ха, не волнуйтесь, товарищ даос Лу, мы друзья, а не враги. Другие могли и не заметить, как эта скотина Хуа Хэн пытался вас подставить, но неужели вы думаете, что я, старик, не догадался бы?