На следующее утро, в 8 утра, мы с Хасегавой направлялись в школу.
После 20-минутной поездки на автобусе и 5-минутной прогулки пешком от автобусной остановки мы прибыли в нашу школу.
Взглянув на небо, я увидел, что оно было на удивление ясным, с несколькими рассеянными облаками, неторопливо плывущими под лёгким ветерком.
– Фух, только одной прогулки в школу достаточно, чтобы вымотать меня, – пробормотал я, глубоко выдыхая.
Мое длительное пребывание в больнице сказалось на моей выносливости. Даже сумка, которую я обычно носил без особых усилий, теперь казалась мне невыносимо тяжёлой.
– Прости, семпай! Я не подумала об этом. Я могу понести твою сумку вместо тебя!
– Ах, нет, нет, извини. Я не это имел в виду, – быстро объяснил я.
– Но...
– Послушай, если я буду слишком полагаться на тебя, мне будет сложнее восстановить свои силы. Ношение этого рюкзака – для меня как форма тренировки. Итак, ты мне самому справиться в этим?
– Поняла. Если ты так говоришь, семпай.
– Спасибо. Я ценю это.
Уф, я рад, что она поняла. Боже, теперь мне придётся следить за тем, что я говорю, даже когда бормочу что-то себе под нос… Хасегава всегда такая внимательная, часто даже больше, чем нужно.
На неё и так свалилось достаточно обязанностей. Последнее, чего я хочу, – это усугубить ситуацию или заставить её почувствовать, что я косвенно обвиняю её.
– О, смотрите! Наконец-то показалась школа. Столько времени прошло, – сказал я, когда мы вместе прошли через ворота и оказались на территории школы.
Мы подошли к шкафчикам, переодели обувь на чистую, пересекли коридор и поднялись по лестнице.
Добравшись до второго этажа, мы ненадолго остановились. Мой класс, 2-А, находился на этом этаже, а класс Хасегавы, 1-D, был этажом выше, на третьем.
– Что ж, семпай, я зайду к тебе во время обеденного перерыва.
– Да, буду ждать.
– Прости, семпай. Я бы хотела остаться с тобой подольше.
– Ну, ты не виновата, что наши классы находятся на разных этажах. Не волнуйся за меня. Я справлюсь сам, – успокоил я её.
– Но...
Хасегава слегка нахмурилась и посмотрела на мои ноги. Я с любопытством проследил за её взглядом.
К своему смущению, я понял, что надел обувь не на ту ногу.
– О нет! Серьёзно? Это так неловко!
Я поспешно наклонился, чтобы переодеть их, поменял туфли местами и попытался надеть их нормально.
– Ого!
Но в этот момент я потерял равновесие и тяжело рухнул на пол, приземлившись прямо на задницу с громким стуком.
– Семпай! Ты в порядке?
Хасегава тут же присела на корточки рядом со мной, её лицо выражало беспокойство.
– Ой, ой, ой… Боже, я такой неуклюжий! – неловко рассмеялся я, пытаясь отмахнуться.
– ………………
– Да, с такими трюками, как этот, говорить тебе, чтобы ты не беспокоилась обо мне, бессмысленно, да? Ха-ха!
Я выдавил улыбку и повернулся к Хасегаве, решив как-нибудь разрядить тяжёлую атмосферу.
Но она смотрела вниз, и по её лицу текли слёзы. Она прикусила губу и несколько раз моргнула, словно пытаясь сдержать их.
Если бы это была прежняя Хасегава, она бы сказала что-то вроде: «Серьёзно! Ты самый неуклюжий семпай в мире!» – с дразнящей ухмылкой на лице.
Что ж, наверное, с моей стороны было наивно думать, что она будет смеяться в такой момент.
Тихо хмыкнув, я поднялся на ноги, отряхивая пыль со штанов.
– Ладно, пора идти. Не хочу опаздывать, – сказал я, пытаясь разрядить обстановку.
– ………
– Что ж, тогда… Увидимся за обедом, Хасегава.
– Хорошо.
На этом мы расстались. Она направилась вверх по лестнице в свой класс, а я направился к себе на второй этаж.
Я проводил её взглядом, прежде чем повернуться к своему классу. Коридор гудел от энергии, когда мои одноклассники наполнили его болтовнёй и смехом, их голоса эхом раздавались со всех сторон.
Обновлено: 18.01.2026