Глава 22 — Глава 22.

[…Да будь ты человеком!] [Матерь божья, ну и методы! Попахивает грязными технологиями фан-клубов.] [Куда там! Это гораздо эффективнее и, главное, навсегда.] [Где ты только набрался этих схем? Стример, ты чертов гений!] Всего в лотке росло не больше пятнадцати стебельков. Даже если вырвать все, на приличную тарелку не наскребешь. К тому же Юньфань пока не знал, каковы они на вкус. Его целью была дегустация и замер уровня загрязнения, так что он проявил милосердие, ограничившись четырьмя ростками. Когда он убрал руки от грядки, зрители наконец перевели дух. В чате признали: соображает Венценосный сумасброд быстро, а его деловая хватка заслуживает если не уважения, то хотя бы изумления. Стоило ему предложить «устранение конкурентов за плату», как недавняя скорбь сменилась истерическим смехом. Для Сюнь Лаоцзу эти ростки были просто овощами. Инструментом для заработка или едой. Никаких чувств, никакой привязанности. [Из чего сделано его сердце?] [Как можно быть таким хладнокровным, глядя на эту нежную зелень!] [Сумасброд! Открой глаза и посмотри на них! Неужели там совсем пусто?!] Зрители не могли поверить в такое равнодушие. Юньфань же, в свою очередь, считал их поведение затянувшейся шуткой. Какие чувства могут быть к капусте? Ладно бы это было живое существо, способное на ответную ласку. Да, благодаря Массиву Сбора Духа ростки выглядели изумительно свежими. Жизненная сила, вспыхнувшая в семенах, переживших катаклизм, подпитываемая удобрениями и идеальным климатом, действительно приковывала взгляд. Но не до такой же степени! Для Юньфаня обожать капусту было всё равно что завести домашнего комара. Впрочем, в мире культивации встречались комары с мощной родословной, которых держали в качестве боевых питомцев. Но Сюнь Лаоцзу их терпеть не мог. При каждой встрече у него возникало лишь одно желание — прихлопнуть гадину. — Впрочем, вы подкинули мне отличную идею, — Юньфань аккуратно разложил ростки на панели измерительного прибора. Оборудование в Лаборатории-культиваторе было первоклассным. Ему не нужно было никуда идти, чтобы сделать анализ. Что особенно радовало — стоимость теста уже была включена в аренду приборов. Вз-з-з… — раздался тихий гул. Панель плавно ушла вниз, скрываясь в диагностическом отсеке. С тихим щелчком захлопнулась защитная крышка. Пип! Тестирование началось. На дисплее вспыхнул таймер обратного отсчета. Процесс измерения уровня загрязнения требовал времени — не меньше пары-тройки минут. Чтобы не терять их даром, Юньфань вернулся к рабочему столу. Зрители снова напряглись. В этот миг им показалось, что оставшиеся в земле ростки — не просто овощи, а заложники, попавшие в руки жестокого тирана. [Нет, это не заложники, это жертвенные агнцы!] [Сумасброд, что ты еще задумал?!] [Советую тебе трижды подумать! У меня есть связи в администрации комплекса лабораторий!] [Доведешь нас — найдем и начистим тебе физиономию, так и знай!] — Не верю, — Юньфань дерзко вскинул подбородок. — Я полностью доверяю системе безопасности базы и, уж тем более, Военной Академии Белого Тигра. Обычно он проводил время именно в этих двух местах. — Ах да, нападение на граждан — это тяжкое преступление. Забыл? Он расплылся в подозрительно доброй улыбке. Весь его облик и тон словно кричали: «Ну же, попробуй, ударь меня, если кишка не тонка». [Наглость! Какая беспримерная наглость!] [А когда он был другим?] [Вот именно. Думаете, прозвище «Венценосный сумасброд» ему дали за кроткий нрав?] [И всё-таки, что этот гад делает?] Зрители с любопытством наблюдали через объектив робота-стримера, как Юньфань что-то ищет. Неужели собрался вносить удобрения? Но для моркови еще рано, а капуста и так в порядке. — Ищу бумагу и ручку, — бросил он, заметив вопрос в чате. — Раз уж вам так дороги эти ростки, я исполню ваше желание. Мы проведем аукцион на право имянаречения для каждой малютки. […Вот же ж!] [Уровень опасности — максимальный! Чувствую, здесь зарыта собака!] [Хочешь нас обобрать? Не выйдет!] [С другой стороны… дать имя своей капусте… может, оно того и стоит?] [Не ведитесь! Это ловушка! Сумасброд явно что-то задумал, не дайте себя обмануть!] Экран мгновенно заполнился призывами «Не вестись!». Но пока одни кричали о бдительности, другие уже вовсю строчили в личные сообщения, пытаясь договориться «по-свойски». Кто-то дельно подсказал Юньфаню, что бумага не нужна — операционная система стола поддерживает проекции. Достаточно ввести имя, задать номер, и перед растением засияет мягкий световой маркер, который никак ему не повредит. Изначально эта функция была создана для маркировки образцов, чтобы исследователям было проще вести записи. Позже стримеры приспособили её для развлечения публики. Юньфань лишь диву дался. Теперь понятно, почему никто не удивился самой идее аукциона — все обсуждали лишь цену. «Умных людей вокруг предостаточно», — отметил про себя Лаоцзу. — «Может, стоит заглянуть на другие каналы, поучиться?» Но стоило этой мысли появиться, как он тут же её отбросил. — Нет, не стоит. Способов выманивания денег — тысячи, незачем подбирать чужие объедки. Система оказалась интуитивно понятной. Юньфань быстро нашел функцию нумерации, присвоил порядковые номера еще живым росткам и вывел проекции в почву. Зрители уже сгорали от нетерпения. — Всё просто, — объявил Юньфань, настраивая параметры в своем оптическом компьютере. — Устроим голосование. Самый дешевый подарок — «Сердечко» за десять центов. Одно «Сердечко» дает право предложить имя. С одного ID — не более десяти голосов. Время пошло, у вас десять минут. Это условие искренне изумило публику. [Ого!]. [Ограничение по ID? Небывало!] [Значит, Сумасброд делает это не ради наживы? Замышляет что-то покрупнее!] [Братцы, сестренки, не поддавайтесь! Это уловка!] Призывы были полны боли, но счетчик голосов рос с бешеной скоростью. На словах все были против, но руки сами тянулись к кнопке оплаты. Зрители устроили блестящую демонстрацию того, как можно говорить одно, а делать совершенно другое. Началась великая битва. Поскольку лимит на один аккаунт был жестким, в ход пошли все средства: призывы к друзьям, рассылки, агитация. Каждый хотел, чтобы именно его любимцу досталось самое лучшее имя. Глядя на то, как стремительно взлетает статистика репостов трансляции, Юньфань сложил руки на груди и довольно прищурился. Кто сказал, что ему нужны только деньги? Популярность — вот истинная валюта. В этот момент в тишине лаборатории раздался мелодичный сигнал. Динь-динь! — Добрый день. Тестирование образца капусты, номер 1.239 в реестре семян, завершено. Согласно протоколу, уровень загрязнения первого образца составляет сорок один.