Чэнь Фэнфань был не просто любителем. Он был дипломированным Мастером-растениеводом и аспирантом Сельскохозяйственной Академии Города Белого Тигра.
Земледелие требовало колоссальных затрат энергии и сил, поэтому свободного времени у него почти не оставалось — лишь на книги да систематизацию данных. Чтобы хоть как-то расслабиться и подсмотреть чужой опыт, он тратил редкие минуты отдыха на просмотр стримов в аграрном секторе. Он учился на чужих успехах и, что важнее, на чужих кровавых ошибках, напоминая себе, чего делать не стоит.
Это работало. Посадки — процесс долгий, и многие растениеводы после неудачи впадали в истинное отчаяние. Боль от того, что плоды твоего изнурительного труда превратились в прах, не понять тому, кто не стоял над пустой грядкой. Чэнь Фэнфань сам прошел через это бесчисленное количество раз.
Поэтому он искренне сопереживал коллегам, когда те подводили итоги своих провалов. Однако постоянное созерцание гибели растений давило на психику. Чтобы спастись от меланхолии, он специально искал каналы, где посевы радовали глаз. Просто ради эстетики и снятия стресса.
Последние несколько дней его личным фаворитом стал один конкретный стрим. Первым делом, открыв глаза утром, он заходил именно туда.
— Доброе утро, Фань-гэ! — окликнул его коллега.
— Доброе, — отозвался Чэнь, заходя в лабораторию-культиватор.
Первым делом он активировал оптикомм, вывел изображение на проектор и зашел на канал. Причина была проста: овощи там росли просто невероятно. На чистой, минималистичной панели управления буйно колосилась сочная зелень. Около двадцати ростков выстроились ровными рядами — яркие, полные жизни, безупречные.
Ни одного чахлого ростка!
— Перед такой красотой никто не устоит, — вздохнул Чэнь Фэнфань.
Он наблюдал за ними ежедневно. Видел, как они меняли цвет с нежно-желтого на насыщенно-изумрудный. Пусть их было немного, но эта жажда жизни, бившая ключом из каждого листа, приковывала взгляд. Такое зрелище было редкостью даже в садах их профессора. Профессор высаживал каждое растение отдельно, в строгой изоляции, чтобы избежать передачи болезней. Большинство мастеров держали дистанцию между всходами минимум в полметра, обеспечивая каждому индивидуальный уход и защиту.
Мало кто поступал так, как этот... Старейшина Сюй.
— Странное название для канала, — пробормотал Чэнь.
Картинка на стриме напоминала кадры из древних документальных фильмов. О методах стримера, которые многие поносили в комментариях, Чэнь тоже слышал. Кое-что казалось ему смутно знакомым — он встречал подобные описания в засекреченных архивах. Те методы давно признали неэффективными и исключили из практики, но успех этого парня говорил об обратном.
Чэнь Фэнфань даже начал сомневаться: а не попробовать ли и ему вырастить зелень по такой же схеме? Он даже приценился к этим нефритовым табличкам. Но пока урожай не был собран и не прошел тест на уровень загрязнения, говорить об успехе было рано.
— А?
Чэнь замер. Сегодня стример был на месте. Этот юноша, называвший себя Старейшиной Сюем, по слухам, был студентом факультета укрощения зверей и редко баловал публику своим присутствием. Он появлялся лишь для посадки или активации процессов, доверяя всё остальное роботам и автоматике.
Как выразились зрители: «Наш сумасброд не любит выходить к двору». Впрочем, это вполне соответствовало его прозвищу. За последние десять дней он появлялся лишь для того, чтобы сменить нефритовые таблички, которые в чате уже окрестили «верными фаворитами».
— Значит, сегодня снова смена табличек? — предположил Чэнь Фэнфань, прислушиваясь к голосу стримера.
Дальнейшее подтвердило его догадку. Тонкие, изящные пальцы ловко сменили ряд пластинок. Восемнадцать «фаворитов» несли вахту, охраняя покой императорской грядки.
Но на этот раз стример не ушел. Его рука потянулась к нежным росткам зелени. У Чэня сердце пропустило удар. Чат вскипел: все наперебой спрашивали, что он задумал.
— Прореживание, — донеслось из динамиков.
— Мать твою... — Чэнь Фэнфань схватился за сердце. Ему срочно требовались капли профессора.
В каких случаях нужно прореживание? В современной агрономии этот термин считался пережитком прошлого, так как семена были слишком дороги, чтобы сеять их густо. Но как аспирант, Чэнь знал теорию.
Прореживание — это удаление «лишних» всходов, когда их плотность мешает росту, создавая конкуренцию за свет и питательные вещества. Цель — дать оставшимся растениям пространство для жизни. Но при нынешней стоимости семян и их всхожести никто не сеял так много! Каждую травинку буквально боготворили, высаживая в отдельные горшки!
Тяжело дыша, Чэнь Фэнфань впервые в жизни оставил комментарий, используя свой верифицированный аккаунт Мастера-растениевода. Он умолял стримера остановиться: даже если они растут близко, пространства на панели вполне достаточно!
Прореживание сейчас, когда у ростков всего по три-четыре листа, — это приговор для их корневой системы! Чэнь окончательно убедился, что Старейшина Сюй — абсолютный дилетант. Он надеялся, что его авторитетный статус заметят если не сам автор, то хотя бы модераторы. Кто-то даже отправил платный сигнал, чтобы привлечь внимание.
Однако стример был непоколебим. По его взгляду было видно: он тщательно выбирает жертву. А когда один из зрителей спросил, что будет с вырванными ростками...
— Куда я их дену? Съем, конечно, — с легким смешком ответил Юньфань.
— ... — Впервые в жизни Чэнь Фэнфань ощутил жажду убийства. Хватит ли его аспирантских накоплений и кредитов, чтобы нанять киллера?
А затем он увидел, как рука этого человека сомкнулась на одном из ростков. Это был не самый крупный, но, пожалуй, самый изящный стебелек. Чэнь даже дал ему имя — Цинцин.
И теперь Цинцин собирались сожрать.
— А-а-а-а!..
— Сумасброд! Я тебя уничтожу! — горестный вопль огласил исследовательскую лабораторию.
— Старший брат Чэнь?
— Что с ним?
— Неужели началась деградация в зверя?!
Обновлено: 20.02.2026