Глава 28 — Глава 26. Похоже нет ничего, чего бы старший брат не знал.

Глава 26. Похоже нет ничего, чего бы старший брат не знал. Выбрав третий вариант, Цзян Бэйран отрицательно покачал головой, будто отказываясь от её извинений и пояснил: - Разве тебя не удивило то, что я появился вовремя? Честно говоря, я следил за тобой от самого постоялого двора и не стал вмешиваться, чтобы ты смогла на собственном опыте прочувствовать жестокость этого мира. Фан Цю Яо была ошарашена признанием старшего брата. Она бы с большей радостью приняла неприкрытую ложь и неискренние слова утешения, чем такую суровую правду. - А… я… - она хотела что-то ответить, но ничего путного в голову не приходило. Тем временем юноша уже поднялся со стула и направился к выходу. - Не забывай принимать пилюли каждый час, а затем отправимся в путь, - добавил он напоследок и скрылся за дверью. Вместе с хлопком двери, на глазах Фан Цю Яо навернулись слёзы. - Сестрица Цзицзинь, - с надеждой она взглянула на подругу. – Неужели я настолько безнадёжна? Лю Цзицзинь уже довольно близко познакомилась со строгим характером Цзян Бэйрана, но даже она не ожидала, что тот не проявит милосердия к раненому. - Не говори так. Я же рядом и искренне переживаю за твоё благополучие. Не надумывай лишнего. Просто прими лекарство и хорошенько отдохни. - Но ведь брат Цзян сказал… - Брат Цзян рассердился. Тебе не стоит принимать его слова близко к сердцу. Он сказал это сгоряча, к тому же ты всю дорогу грубила ему, вот он и не сдержался… Лю Цзицзинь думала, что эти слова утешат подругу, но у той лишь стремительнее покатились слёзы из глаз. Девушка тут же осеклась. - Ну-ну, Цю Яо, не плачь. Если ты будешь почтительнее относиться к старшему брату и начнёшь прислушиваться к его советам, то постепенно заслужишь его расположение. Фан Цю Яо поразмыслила над словами подруги и приободрилась. - Верно! – согласливо кивнула она и утёрла рукавом слёзы. – Ведь брат Цзян во всём был прав. За пределами школы легко можно столкнуться с опасностями, а я не послушалась и одна отправилась бродить по городу. Следуя своим, якобы праведным принципам, я в ответ слышала лишь брань, а в конце и вовсе едва не попала в неприятности. Теперь я во всём буду его слушаться! Вспоминая все обиды, что пришлось испытать за ночь, девушка невольно почувствовала к себе жалость, а бусинки слёз снова выступили в уголках глаз. Видя состояние подруги, Лю Цзицзинь с сочувствием покачала головой и налила ей чашку горячего чая. - Вот, запей им пилюлю и ни о чём не думай. Если будешь пренебрегать лечением, то брат Цзян снова рассердится. Услышав последние слова, Фан Цю Яо мигом запихала пилюлю в рот и проглотила. - Теперь держи чай, - протянула ей чашку Лю Цзицзинь. Однако Фан Цю Яо настороженно замерла, так и не приняв чашку. - Эта пилюля такая приятная на вкус. После неё во рту осталось необычное чувство свежести. - Свежести? - Ага. Вот понюхай, - девушка сложила губы трубочкой и слегка подула на Лю Цзицзинь. - Действительно, пахнет цветами и морозной травой, - с удивлением кивнула та. - И больше не тошнит… Фан Цю Яо с недоумением потрогала свой живот. Все неприятные ощущения, оставшиеся после вдыхания дурманящих паров мгновенно исчезли. - Даже не будешь запивать её чаем? - Угу, - довольно кивнула девушка. – Пилюля настолько приятная, что хочется подольше насладиться её послевкусием. Лю Цзицзинь добродушно рассмеялась и отставила чашку в сторону. Затем она помогла Фан Цю Яо поплотнее накрыться одеялом и напоследок заботливо заключила: - Тебе нужно ещё немного поспать, чтобы восстановить силы. Когда та уже собиралась оставить больную подругу отдыхать, рука Фан Цю Яо выскользнула из-под одеяла и с детской непосредственностью уцепилась за край её одежды. - А? Что такое? – обернулась Лю Цзицзинь. - Сестрица… Можешь ещё немного посидеть рядом со мной? Я… боюсь одна засыпать. Фан Цю Яо было явно неловко признаваться в подобной слабости, но Лю Цзицзинь не стала заострять на этом внимание и лишь тепло улыбнувшись присела на край кровати. Заключив слабую ладошку подруги в своей, девушка ответила: - Не переживай. Спи спокойно, а я буду рядом. Ладонь Фан Цю Яо показалась девушке слишком холодной, поэтому она немного растёрла её пальчиками и снова заговорила, отвлекая подругу от страшных воспоминаний. - Знаешь, мне кажется, что брат Цзян – замечательный человек. Он ведёт себя скромно, но источает такую надёжность, будто для него нет ничего невозможного. Рядом с ним я чувствую себя спокойно. - Да! Да! – закивала головой Фан Цю Яо. Она так энергично выражала своё согласие, что со стороны была похожа на курочку, спешащую склевать горсть риса, так удачно высыпанную прямо перед её лапками. – Сестрица Цзицзинь, ты обратила внимание, как изменилось отношение окружающих, как только мы надели простую одежду и соломенные шляпы? Мы будто перестали для них существовать. - Разумеется, я тоже это заметила. Однако брат Цзян не стал рассказывать нам о чарах, наложенных на одежду. Если он не захотел говорить, то думаю нам тоже не следует спрашивать. - Ты права, - продолжила кивать Фан Цю Яо. Размышляя о действиях старшего брата, она всё сильнее удивлялась собственной слепоте. Разве можно было не заметить его внушительную силу?! Сражаясь с тем здоровяком, девушка отчётливо осознала свою слабость. - Но старший брат смог так легко меня спасти… - промелькнуло в её голове. Девушка сразу догадалась, что причиной их бескровной победы был вовсе не дым, но не решилась спрашивать Цзян Бэйрана. Увидев на лице подруги задумчивое выражение, Лю Цзицзинь нежно сжала её ладошку и легонько пожурила: - Не терзай себя, лучше просто поспи. - Угу. Спасибо тебе за поддержку, сестра. Сказав это, Фан Цю Яо закрыла глаза и постаралась расслабиться. Два часа пролетели очень быстро. Цзян Бэйран вышел в коридор и тактично постучал в комнаты девушек. Не прошло и секунды, как дверь со скрипом отворилась и на пороге показалась Лю Цзицзинь. Девушка почтительно поклонилась и отчеканила: - Старший брат, мы уже готовы. Цзян Бэйран заглянул в комнату и с удивлением обнаружил, что Фан Цю Яо не только встала с постели, но и без напоминаний надела соломенную шляпу. - Ты ещё ощущаешь недомогание? – уточнил он у девушки. - Нет, - с готовностью ответила Фан Цю Яо. – Лекарство старшего брата полностью вывело яд из моего тела. - Отлично. В таком случае, выдвигаемся. В это же время из соседней комнаты вышли тройняшки и бодро поприветствовали Цзян Бэйрана: - Доброе утро, старший брат. Юноша кивнул в ответ. Хотя снаружи он выглядел холодно и отстранённо, в глубине души сгорал от любопытства. Ему нестерпимо хотелось узнать как же им удалось уместиться втроём на двух кроватях. - Возможно у кого-то из них в пространстве кольца спрятана лишняя кровать? – размышлял он про себя. Вслух же Цзян Бэйран строго скомандовал: - Раз все собрались, то продолжим путь. - Слушаемся! – раздались в ответ пять девичьих голосов. - А??? Тройняшки переглянулись и с недоумением уставились на Фан Цю Яо. Они прекрасно помнили с каким пренебрежением девушка относилась ко всем словам брата Цзяна ещё накануне, но отчего-то утром стала послушнее овечки. Затем они перевели наполненные любопытством глаза на самого Цзян Бэйрана, но не решились спросить открыто. *** Выйдя с постоялого двора, юноша направился к городским воротам города Ли Ся, а затем повёл девушек в сторону деревни Цзи Фу. К полудню на постоялом дворе снова закипела жизнь. Кто-то уезжал, кто-то напротив заселялся, а третьи просто сидели за столами и наслаждались вкусной едой. Служащие сновали между столов, едва успевая разносить горячие блюда и выпивку. Наполняя очередную чашку вином, хозяин постоялого двора почувствовал, как в зале стало непривычно темно. Подняв глаза, он увидел в дверях знакомую фигуру, загораживающую свет. - Господин Чэнь, ваше появление здесь необычайная честь для нас! Раз мы смогли вас чем-то заинтересовать, значит идём в правильном направлении.