Том 3 Глава 311 — Побочная история 1. Эпилог (5)

— Потому что… у тебя уже есть нормальное имя. Не вижу смысла называть тебя по-другому. — Дело не в этом, Бэк Ли Ён. Ты не зовёшь меня так не потому, что нет нужды, а потому что не хочешь. Я неловко усмехнулась, пытаясь возразить: — Да ты что… — Не вздумай говорить, что нет, — отрезал Намгун Рю Чен, возвращая мне мои же слова. — Я… ну… э-э… Мне нечего было сказать. Я замялась и мысленно цокнула языком. «Как он это понял?..» Ну конечно. У Намгун Рю Чена глаз как у чёрта. Всё-то он видит. Да, он был прав: я действительно не называла его Чонги. Ни разу. Он продолжил: — Когда мы выбирали себе вымышленные имена, я сам сказал тебе: Чонги — это моё детское прозвище. — … И я это прекрасно помнила. В этом-то и была проблема. Слишком хорошо помнила. Это прозвище… оно вытаскивало наружу всё то, что я прятала глубоко внутри. Напоминание о моём позорном прошлом. Сначала, когда он, немного смущаясь, объяснил, что «Чонги» — это его прозвище, и, кажется, даже надеялся, что я стану так его звать, мне это показалось… милым. Даже проскользнула мысль: «Какой же он лапочка». А потом началось. Стоило мне один раз произнести «Чонги», как сразу в памяти всплывали те дни, когда я по уши была влюблена в Намгун Рю Чена. Воспоминания о том, как я, даже не получив разрешения, звала его «Чонги» и бегала за ним повсюду. Надо было тогда выбрать какое-нибудь совершенно другое имя. Теперь уже поздно — неудобно менять. Чтобы предложить новое имя, пришлось бы объяснять, почему я не могу звать его по-старому. А это значит, что мне своими же устами придётся поведать про ту мою глупую влюблённость. Намгун Рю Чен не сдавался: — Ну? Скажи. Почему ты избегаешь этого? — … Теперь всё перевернулось: он смотрел мне прямо в глаза, а я не выдерживала его взгляда. Он слегка отвёл лицо и с кривой усмешкой сказал: — Ладно. Я и сам знаю. Ты ведь влюблена в того… Но договорить он не успел — в следующее мгновение он резко толкнул меня в сторону. Бах! Пелена звуков, накрывшая нас с головой, рассеялась, словно лопнувший пузырь. Пространство, укрытое от внешнего мира, лопнуло — и вместе с ним ворвались шум и… запах крови. Чёрт! Мы были слишком беспечны. Обычно, когда барьер ци активирован, звуки и ощущения снаружи почти полностью блокируются. Поэтому его используют только в безопасных ситуациях. Сейчас же была совершенно другая ситуация. Я вскочила, выхватив меч, как вдруг вторая стрела просвистела мимо. Фанг! Я сбила стрелу, и от удара раздался резкий хлопок, будто ударились два мощных пружинных механизма. В ту же секунду Намгун Рю Чен сбил ногой неустойчиво мерцавший костёр, и всё вокруг погрузилось во тьму. Третьей стрелы не последовало. Я тут же повернулась к Намгун Рю Чену и застыла. В его правой верхней части груди, чуть ниже ключицы, торчала стрела, вся целиком, от наконечника до оперения, выкованная из чёрного металла. Прежде чем я успела что-то сказать, он заговорил первым: — Всё в порядке. Словно сердце рухнуло на дно и кто-то растёр его в пыль. Если бы стрела летела с того направления, где я могла её заметить, я бы точно её увидела. Но увы… Он сказал снова, тихо, будто бы успокаивая: — Ён-а. Я и правда в порядке. — Но… И тут из лагеря раздались крики. Не говоря больше ни слова, мы с Намгун Рю Ченом рванули обратно. Лагерь утонул в хаосе. Одна из повозок полыхала, ярко освещая всё вокруг. Стражи и извозчики бегали, пытаясь справиться с огнём. — Воды! Быстрее, тащите воду! Внезапно раздался сдавленный хрип, и один из стражников рухнул. В его теле оказалась такая же железная стрела, как у Намгун Рю Чена. — Засада! Найти нападавших! Хак Чжинпхён, управлявший стражей, заметил нас и облегчённо вскрикнул: — Мастер Нам! Мастер Бэк! Слава небесам, вы целы… Но я уже сорвалась с места. Канг! Мой меч отбил летевшую в него стрелу, и раздался звук, будто встретились два клинка. Стрела едва не задела Хак Чжинпхёна и насквозь пробила другую повозку. Металл, вошедший почти до половины, задрожал от силы удара. Хак Чжинпхён застыл, не веря своим глазам. — Бросьте повозки! Мы не можем здесь оставаться! Нападавшие были на скальном уступе горы примерно в десяти ли отсюда — идеальное место, откуда можно было простреливать весь маршрут. Если мы останемся — станем мишенями. Хак Чжинпхён опомнился и воскликнул: — Но в той повозке сокровища Небесного Демона! Ты издеваешься? — Что, сокровище дороже жизни? — Лучше умереть, чем потерять их! Я скривила лицо. Уже всерьёз задумалась: может, просто бросить их всех и уехать? Но вдруг закралось подозрение. «Они подожгли повозку… Неужели им плевать на сокровища?» «Или они охотились не за ними?» Пока я размышляла, Хак Чжинпхён снова заговорил: — Я не жду, что вы поймёте. Если вы с этим не согласны — уходите. Мастер Нам уже ранен, а враг не приближается. Думаю, вы вдвоём сумеете уйти целыми. Я перевела взгляд с Намгун Рю Чена на повозку. Даже не открывая рта, мы понимали друг друга. — Разойдитесь! Я закричала на всех, кто толпился возле горящей повозки, и не раздумывая бросилась в огонь. Позади раздались крики ужаса, но я сосредоточила всю внутреннюю силу и отбросила всё волной наружу. В одно мгновение пламя вокруг меня начало гаснуть. — Что… что это такое?! Огонь не может гореть без кислорода. Я просто создала вокруг себя краткий вакуум. Для остальных же это выглядело как настоящее волшебство. Кваджик! Обуглившийся каркас повозки рухнул, и среди обломков покатился ящик, из которого посыпались сокровища, сверкая золотисто-красным светом в отблесках пламени. В темноте по неровной дороге мчалась повозка, колёса скрипели, будто вот-вот развалятся. Я достала кинжал, подаренный Намгун Ваном, и посмотрела на Рю Чена. Он кивнул, показывая, что в порядке. Я оторвала кусок ткани от одежды и сунула ему в рот: — Потерпи чуть-чуть. Я раздвинула кожу вокруг раны, чтобы легче было вынуть стрелу, и глубоко вдохнула. Одним рывком вытащила стрелу и тут же побледнела. Капли крови были густыми и почти чёрными. — Тут яд. Но Намгун Рю Чен даже не вздрогнул — он уже знал. Я промокнула вспотевший лоб его же одеждой, потом сосредоточилась. Вскоре над раной в воздухе начали всплывать капли жидкости почти чёрного цвета. — Что это за… — растерянно пробормотал Хак Чжинпхён, всё это время сидевший в повозке рядом. Когда на смену чёрной жидкости пошла ярко-алая кровь, я аккуратно вытерла её мягкой тканью. — Самое срочное мы сделали. Но… ты же понимаешь. Намгун Рю Чен, выплюнув в сторону тряпку, которую я вложила ему в рот, едва заметно кивнул. Яд всё ещё полностью не выведен. Чтобы очиститься до конца, Рю Чену нужно было как минимум самому провести сеанс внутреннего дыхания в безопасном месте. Или, если этим займусь я, понадобится немало времени и полная тишина. До тех пор ему категорически нельзя было перенапрягаться. Но сама трясущаяся повозка уже была испытанием. И словно кто-то услышал мои мысли — повозка резко остановилась. Я упёрлась в стенку, чтобы не вылететь наружу, и сразу же распахнула дверцу. Раздалось тревожное ржание и тяжёлое дыхание — нас окружили. Я выскочила, выхватила меч и встала перед повозкой. Это окружение не стало для меня неожиданностью. Я знала, что нас просто так не отпустят. Но когда в толпе воинов появилась та фигура, меня охватил холод. На дороге, среди двухсот закованных в броню всадников и пехотинцев, вдруг появилась повозка, будто растворившаяся в ночной темноте. Занавески медленно разошлись, и в проёме появился старик с усталым лицом, красным от напряжения, и кожей, покрытой пятнами и бугорками. Ниже бедра у него отсутствовала нога. Я произнесла ледяным голосом: — Кровавый Бессмертный. За моей спиной раздались испуганные возгласы людей из Муян. — К-Кровавый Бессмертный?! Главнокомандующий культа?! — Этого не может быть! После смерти Небесного Демона остатки культа раскололись на три фракции. Одной из них как раз и командовал Кровавый Бессмертный — бывший главнокомандующий культа. [1] Говорили, что после побега он исчез… «И почему именно здесь…» Примечание: 1. Об этом говорилось в 297 главе: культ раскололся на фракцию наследника культа, фракцию главнокомандующего и Дворец Пяти Лун (независимая фракция, которую возглавляет мама Ён).