Глава 17 — Глава 17

«Черный?» Я и сам кое–что знал о Камне Кармы. Насколько я помнил, черный цвет теоретически означал высший предел. «…» Сказать, что я растерялся, – ничего не сказать, но, по правде говоря, объяснений этому было слишком много. Во–первых, в мире «ТСШЭ» попытка заглянуть в будущее – одно из величайших табу. А я знал будущее почти во всех подробностях. Уже одного этого с лихвой хватило бы, чтобы перешагнуть все дозволенные пределы. Во–вторых, я знал множество техник, считавшихся в этом мире запретными. И даже применял их. «Если подумать о моей особенности, Духовной библиотеке, то она, скорее всего, тоже пошла в зачет, хоть я и не был уверен». В–третьих, для меня люди этого мира по своей сути оставались персонажами игры. И пусть мир стал реальностью, где–то в глубине сознания это восприятие так и не исчезло. Что если система засчитывает мои действия по отношению к здешним людям так же, как и то, что я творил с игровыми персонажами? «Возможно, так оно и есть». Играя в серию «ТСШЭ», я истребил бесчисленное множество врагов и не раз занимался PK. И в PVP участвовал постоянно. Еще бы, я ведь добрался до вершин мирового рейтинга. «А сколько всего было в процессе разработки сиквела…» Совесть моя была нечиста. Все это система вполне могла счесть «запретными деяниями». С такой точки зрения я был ходячим воплощением всех мыслимых табу. p> «Теперь понятно, почему Чхон Харам потерпел такое сокрушительное поражение». Точных цифр я не знал, но, похоже, под действием проклятия Демона призрачного дерева он получал почти двойной урон. «А мой урон, наоборот, был снижен вдвое?» Я хоть и защищался эффективно, но все равно удивлялся, как легко перенес проклятие. Оказывается, вот в чем было дело. Как бы то ни было, это нужно скрыть. Увидь кто–нибудь такое, и дело бы точно не кончилось простым смехом. Я быстро прикрыл шар своим телом и призвал частицу Тосо, моего сикигами–роя, чтобы тот впитал в себя Камень Кармы. — Пи? Тосо – один из моих самых «чистых» сикигами, поэтому под его воздействием шар начал медленно возвращать свой изначальный, безупречный цвет. Именно в этот момент ко мне подошла профессор запретных искусств Ко Дахе. Я тут же отозвал Тосо и, как только она протянула руку, быстро передал ей камень. В месте, где его коснулись мои пальцы, начала просачиваться едва заметная чернота, но на фоне желтых и красных оттенков это было не так уж и видно. Все должно было обойтись. — Цвет немного мутноват… Ко Дахе внимательно осмотрела камень и, хитро улыбнувшись, похвалила меня: — Кхм. Хорошо, хорошо. Вижу, вы усердно занимались на моих занятиях. Поставлю вам дополнительный балл. Я выдохнул с облегчением. Профессор, забрав шар, направилась к другим студентам. Ее реакция привлекла ко мне немало внимания, и я с тревогой огляделся, боясь, что кто–то мог заметить неладное. Ко Дахе хлопнула в ладоши, привлекая всеобщее внимание, и сделала объявление: — Что ж, раз ни у кого проблем нет, на сегодня занятие окончено. Все ведь помнят о промежуточном экзамене через три дня? Он будет проходить за пределами академии, так что опоздавших мы ждать не станем~ Промежуточные экзамены по другим предметам уже закончились, так что запретные искусства остались последними. «…» До конца первой главы сюжета – общего экзамена за первый семестр, который станет прологом к инциденту на острове Ёнволь, – времени почти не осталось. *** Моя репутация в академии понемногу, незаметно для меня самого, улучшалась. Хотя многие по–прежнему смотрели на меня с подозрением, победа над Чхон Харамом и хорошие оценки на последующих экзаменах сделали свое дело – обо мне пошли слухи. «Наверное, те немногие, кто помнил Хана Ганъюна из класса "А" в начале учебы, теперь думают примерно так: Хан Ганъюн, топтавшийся на месте, пока остальные рвались вперед, наконец-то начал расти». Поэтому, в отличие от начала семестра, когда на меня никто не обращал внимания, теперь я чувствовал на себе взгляды на каждом занятии. Более того, некоторые даже начали заговаривать со мной. И только на занятиях по запретным искусствам ко мне по–прежнему никто не подходил. Причина была проста – Со Джиан, которая тоже ходила на этот курс. — О чем задумался? — неожиданно спросила она, почему–то решив завязать со мной пустой разговор. Я ответил ей как можно безразличнее: — Да так, о своем. — И стоило спрашивать. Скучно. Мы ехали в транспорте Академии Гармонии к месту проведения экзамена. Сидевшая рядом Со Джиан вновь уткнулась в свою книгу. «Похоже, у нее и вправду совсем нет друзей». p> Благодаря нашей сделке Со Джиан вернулась к обычным занятиям, но, поскольку раньше она занималась с профессором по индивидуальной программе, связей с другими студентами у нее, похоже, не было. «Впрочем, от нее и правда веет неприступностью». Как я уже говорил, Со Джиан была частью корпорации Тэджин – одного из промышленных гигантов. Она уже курировала несколько крупных проектов и, даже если не брать в расчет ее связь с Тэджин, была без сомнения очень состоятельной. Одним словом, для обычных студентов она была человеком из другого мира. — Сейчас спрашивать уже поздно, но все же, почему ты решила изучать запретные искусства? Изначально это был крайне непопулярный предмет. Желающих было так мало, что даже не делили на классы – этим все сказано. У меня–то из–за профессора Чхве Довона выбора не было, но у Со Джиан дело обстояло иначе. — …Просто из любопытства. Вполне логичная причина. Как ни крути, Со Джиан производила впечатление человека с сильной тягой к знаниям. «Да и не помешает выработать хоть какую-то защиту». Я и сам считал, что освоить азы запретных искусств необходимо, поэтому невольно кивнул. Вскоре транспорт прибыл на место. Ветхое здание старой постройки. Говорили, что в древности это место было связано с культом божества земли, а теперь это просто заброшенный участок, принадлежащий академии. — Раз уж мы выбрались наружу, думаю, вам стоит немного подышать свежим воздухом, не так ли? Сопровождавшая нас профессор Ко Дахе дала студентам немного свободного времени перед началом экзамена. Мне тоже хотелось немного привести мысли в порядок, поэтому я решил прогуляться куда глаза глядят. Вскоре я наткнулся на большое озеро неподалеку и направился к нему. Но там уже кое–кто был – Со Джиан. «Словно сошла с картины». Со Джиан со своим обычным непроницаемым лицом задумчиво смотрела на водную гладь. Я подошел и заговорил с ней: — Опять практикуешь техники? — Нет. Просто любуюсь. На несколько мгновений воцарилась тишина. Со Джиан, казалось, погрузилась в свои мысли, а я не стал ее тревожить, просто наслаждаясь видом. В воздухе раздавался стрекот цикад. Внезапно налетел порыв ветра, и в тот самый миг Со Джиан искоса взглянула на меня. Я вопросительно посмотрел в ответ. Она немного помедлила и наконец с трудом произнесла: — …Почему… ты выбрал меня? Едва произнеся эти слова, она, казалось, тут же пожалела о них – на ее лице мелькнуло сожаление. Я догадался, о чем она, и без труда ответил: p> — Потому что ты была ближе всех? — …Если не хочешь, можешь не отвечать. — Шучу. По правде говоря, если бы я хотел просто превратить свои знания в деньги, нашлись бы кандидаты и получше. Наверное, именно это и вызывало у Со Джиан сомнения. Но для меня это не имело особого значения. Мне было все равно, с кем иметь дело, лишь бы мне вовремя поставляли необходимые материалы. Сама цель заключалась лишь в том, чтобы найти спонсора. «Даже лучше, что так вышло. Рост Со Джиан дал мне новый козырь в руки». Закончив размышлять, я сказал ожидавшей ответа Со Джиан: — Учитывая мои обстоятельства, ты – лучший союзник, какого только можно желать. Услышав это, Со Джиан слегка смутилась, а затем, отведя взгляд, пробормотала: — …Правда? И если ее лицо показалось мне чуть более красным, чем обычно, то это, наверное, была просто игра воображения. *** — Так, посмотрим… двадцать три. Все на месте. Что ж, давайте потихоньку начинать экзамен. Хе. Можете не сомневаться, будет очень весело. С хитрой ухмылкой Ко Дахе приказала своему ассистенту раздать нам по соломенной кукле. Затем она объявила: — Промежуточный экзамен по запретным искусствам – это поединок на проклятиях с использованием соломенных кукол! Бой индивидуальный, так что вам придется тщательно продумывать баланс между атакой и защитой, ясно? p> — То есть нужно атаковать куклу противника? — Именно. Куклы сделаны так, чтобы воспламеняться после получения определенного урона, так что с определением победителя проблем не будет. — А другие правила есть? — Нападать на одного человека группой запрещено. В остальном – никаких правил. Но учтите, оценка будет выставляться по совокупности результата и процесса, так что отсиживаться в стороне – не лучший вариант~ Проще говоря, нужно было защищать свою куклу, одновременно проклиная чужие, чтобы нанести им урон. — Так, все по местам. Времени мало, начнем как можно скорее. С предвкушением на лице Ко Дахе расставила студентов перед ветхим деревянным зданием. Затем она добавила, словно только что вспомнила: — Ах да. Поскольку на кону стоят оценки, все обычно действуют слишком пассивно, и получается скучно. Поэтому я ввела особое правило. Кто у нас в прошлый раз получил дополнительный балл? Если она говорила о случае с Камнем Кармы, то это определенно был я. Увидев ее полную предвкушения улыбку, я почувствовал недоброе. — Хм, нашла. Вон тот студент, Хан Ганъюн. Тот, кто его одолеет, тоже получит дополнительный балл. Но, как я уже сказала, групповые атаки запрещены. А право первого удара, разумеется, достанется самому быстрому, не так ли? При этих словах взгляды студентов изменились на сто восемьдесят градусов. — Экзамен начнется, как только эта соломенная кукла коснется земли. Фью–юх. Подброшенная Ко Дахе в воздух кукла, болтая тонкими ручками и ножками, полетела вниз. Тук. И в тот же миг десятки глаз впились в меня.