Все считали его безобидным «ягнёнком» — пока обычная колода карт не превратилась в бритвы, а трое отморозков не рухнули замертво за три секунды. У него есть Система: любой хлам она перерабатывает в смертоносное мастерство, и чем больше отдаёшь — тем страшнее становится техника. Красотки млеют от восхищения, бандиты не успевают даже вскрикнуть, а армия ещё не подозревает, какого монстра выпустила в город. Сколько ещё безделушек нужно превратить в оружие, чтобы стать живой легендой?

Все считали его безобидным «ягнёнком» — пока обычная колода карт не превратилась в бритвы, а трое отморозков не рухнули замертво за три секунды. У него есть Система: любой хлам она перерабатывает в смертоносное мастерство, и чем больше отдаёшь — тем страшнее становится техника. Красотки млеют от восхищения, бандиты не успевают даже вскрикнуть, а армия ещё не подозревает, какого монстра выпустила в город. Сколько ещё безделушек нужно превратить в оружие, чтобы стать живой легендой?