Хиротомо Минамино был обычным человеком, незаметной пылинкой среди миллиардов живых существ. Кроме его семьи, он не был нужен никому. Но теперь к ней добавился ещё один человек — Рой.
Рой, храня в сердце медную монетку, шёл по глубоким и безмолвным тропам горы Сагири. Открыв свою панель, он перенёс «жизненную энергию» Хиротомо в «телосложение».
【Уведомление...】
【Телосложение: 10.55 → 11.55】
Рой сдавленно зашипел.
Над его макушкой заклубились тонкие струйки пара.
Танджиро с трудом поспевал за ним, то и дело проваливаясь в снег. В какой-то момент он поднял голову и с удивлением заметил, что брат словно бы раздался вширь. Танджиро поспешно протёр глаза и посмотрел снова — Рой опять «сжался». Казалось, это лишь обман зрения, и его глупый младший братишка всё неверно разглядел.
«Странно… неужели я вчера не выспался и теперь всё плывёт перед глазами?» — подумал Танджиро.
Он ускорил шаг, обогнал Роя и заглянул ему в лицо. Заметив, что брат нахмурился, будто всё ещё не оправился от потрясения после исчезновения господина Минамино, Танджиро с беспокойством спросил:
— С тобой всё в порядке, ни-сан?
Стоило ли говорить, что всё в порядке?
Рой бы с этим не согласился. Боль была адская, и он едва находил в себе силы, чтобы просто продолжать идти.
Мгновенное увеличение показателя телосложения отразилось на его теле: клетки ускорили деление, кости уплотнились, сосуды расширились и укрепились, мышечные волокна рвались и тут же восстанавливались. Этот процесс, который в естественных условиях «роста» для обычного человека должен был происходить постепенно, на протяжении года, двух, а то и пяти-шести лет, Рой заставил завершиться за одно дыхание.
Из-за этого ему пришлось опереться о ствол криптомерии, чтобы перевести дух.
— Вот, выпей воды, — Танджиро достал флягу и поднёс к губам Роя.
Сделав глоток, Рой почувствовал себя немного лучше. Он похлопал брата по спине, взглянул на небо и продолжил путь вглубь горы Сагири.
Гора Сагири была известна тем, что круглый год её окутывал густой туман. Зимой, когда падал снег и температура опускалась ниже нуля, здесь даже случался ледяной туман.
Кончик носа Танджиро покраснел от холода. Он смахнул с волос ледяные крупинки, с трудом представляя, кто мог бы по своей воле поселиться в таком суровом месте. Даже Хиротомо Минамино, устроившись у подножия горы, жил в куда более комфортных условиях.
— Ни-сан, ты правда думаешь, что здесь кто-то живёт? На этой горе почти не бывает солнца, ни одного зелёного ростка не видать. Здесь холоднее, чем у нас дома.
На их родной горе не было тумана, и дом они построили на солнечном склоне. По крайней мере, днём там было не так уж тоскливо.
— Величие рождается в лишениях, — бросил Рой загадочную фразу, а его взгляд скользнул по лесу и на миг задержался на берёзе, что росла чуть впереди и справа.
На ветвях берёзы, скрытые лисьими масками, сидели две фигуры, большая и маленькая. Их прекрасные глаза едва заметно сверкнули. В них читалось удивление.
— Эй, Сабито, как думаешь, он нас заметил? — спросила девочка.
На ней было кимоно с цветочным узором. На вид ей было лет одиннадцать-двенадцать, и, несмотря на холод, её ноги были обнажены. Лисья маска была небрежно сдвинута на макушку. Заметив взгляд Роя, она замерла.
— Никто не сможет нас увидеть, если мы сами этого не захотим, — ответил юноша лет пятнадцати-шестнадцати.
На нём был белый халат, а под ним — хаори с узором в виде черепашьего панциря, раскрашенного в оранжевый, жёлтый и зелёный цвета. Длинные волосы персикового цвета ниспадали на плечи. На уголке его лисьей маски виднелась царапина.
— Это да, даже учитель Урокодаки нас не видит.
При упоминании учителя девочка помрачнела. Она не раз стояла рядом с ним, наблюдая, как он ест, спит, вырезает из дерева, смотрит в пустоту. Она надеялась, что однажды он откликнется, но сколько бы она ни следовала за ним, ни пыталась напомнить о себе, ни звала его — он ничего не замечал.
Возможно, так будет всегда.
— Нет, — юноша нежно погладил её по голове, словно почувствовав её состояние. — Нужно верить в учителя, Макомо. Видишь, люди всё ещё приходят, чтобы стать его учениками.
— Но… учитель больше не хочет никого брать… — Девочка по имени Макомо обхватила колени и присела. Её прекрасные зелёные глаза потускнели. — Учителю больно… Он не хочет больше видеть, как из-за него кто-то напрасно идёт на смерть… *Тот демон* сожрал так много людей и стал ещё сильнее… Даже ты…
— Да, даже я не смог его одолеть, — подхватил юноша.
Он молча смотрел, как Рой и Танджиро проходят под берёзой, и погрузился в свои мысли. Через мгновение он метнулся вперёд, и они с девочкой исчезли в тумане горы Сагири.
Рой заметил их движение. Его уши, украшенные серьгами в виде солнца, едва заметно дрогнули. Незаметно для них он запомнил каждое слово.
То был чистейший крик души.
Рой поправил заплечную корзину и придержал Танджиро, который едва не подвернул ногу, угодив в яму под снегом.
К счастью, чем глубже они заходили в лес, тем шире становился обзор. Сквозь плотный туман уже пробивался первый утренний луч, и в его свете они увидели старика, который сидел на пне и что-то вырезал из дерева.
На старике была маска тэнгу. В руках он держал резец и деревянный молоточек, и со стуком «тюк-тюк-тюк» с заготовки слетала стружка. Услышав шаги за спиной, он даже не обернулся. Казалось, он полностью погрузился в мир искусства, пытаясь заполнить им трещины в своём израненном сердце.
— Ни-сан, там кто-то есть.
— Вижу.
Рой остановил Танджиро, который уже собирался заговорить со стариком. Он снял корзину, достал мотыгу, расчистил от снега небольшой пятачок земли и развёл костёр, чтобы согреться.
Во фляге уже не было воды — последним пил Рой. Танджиро, подражая брату, набрал в неё снега, продел в ручку ветку и подвесил над огнём. Вскоре вода зашипела и забулькала.
— Почему они не подходят?
Внезапно исчезнувшая девочка появилась снова. Она сидела спиной к старику, подперев подбородок рукой, и с любопытством смотрела на Роя и Танджиро.
Юноша в маске с царапиной стоял рядом с ней, а позади, в лесу, начали смутно проступать и другие силуэты.
Их лица были размыты, но на каждом — лисья маска, точь-в-точь как у них. Кто-то смотрел, как старик вырезает, кто-то дремал, прислонившись к дверному косяку, кто-то, завидев пролетающего воробья, лениво махнул рукой, пытаясь его поймать. А некоторые подошли к Рою и Танджиро. Самые смелые принялись кружить вокруг них, но…
Рой, словно невзначай, бросил на одного из них взгляд, и тот отпрянул в испуге, отшатнулся на несколько шагов и едва не свалился в костёр.
— Ха-ха… хватит дурачиться, Шинске. Неужели ты и вправду думаешь, что кто-то может видеть призраков?
— А кто дурачится! — возмутился юноша по имени Шинске. Он неуклюже поднялся с земли и, чтобы доказать свою правоту, помахал рукой прямо перед лицом Роя. Увидев, что тот никак не реагирует и сосредоточенно чистит рисовый колобок, он с облегчением выдохнул и тут же со злостью набросился на своего насмешника. — Ах ты, Фукуда, негодяй! Я тебе сейчас рот порву…
Обновлено: 21.01.2026