Над обычными людьми шли немного более сильные обычные люди, затем — достаточно сильные, потом — очень сильные, далее — чрезвычайно сильные, и только потом — пользователи Нэна.
Если такого «очень сильного обычного человека» перенести в его прошлую жизнь, на Землю, то это был бы кто-то сродни супергерою.
Поэтому, несмотря на все опасности, таящиеся в лесах, люди всё равно могли извлекать из них ресурсы для выживания.
Моро прошёл по грязной тропе больше десяти километров. Когда он поднял голову, вдали уже поднимался лёгкий дымок от костров.
Надев противогаз, он не стал подходить к деревне, а сразу углубился в сторону леса.
Так как точного местоположения базы он не знал, то решил для начала исследовать окрестности деревни.
Если ничего не найдёт — тогда уже войдёт в саму деревню.
День пролетел незаметно.
Моро тщательно прочесал прибрежную полосу леса, но так ничего и не обнаружил.
Разве что на одном заросшем холме ему попались разбросанные кирпичные обломки — будто бы здесь когда-то была могила.
Но Моро пришёл сюда ради поиска лаборатории вирусных экспериментов, поэтому не стал заострять внимание на этой находке и продолжил обследовать оставшуюся территорию.
Наступил вечер второго дня.
Почти весь выделенный им для поисков сектор он уже успел изучить — и так ничего и не нашёл.
Если данные Арго были верны, значит, лаборатория находилась где-то в самой деревне.
Моро слегка перекусил сухпайком и уже собирался выйти из леса и направиться прямо в деревню.
Но едва он сделал движение, как уловил лёгкий шум.
Тут же он перекрыл Сёко и вошёл в состояние Зецу, затаившись в густых зарослях травы.
Спустя мгновение послышались шаги.
Шаги были очень лёгкими — но даже так, ступая по влажной листве на земле, человек всё равно оставлял после себя звук.
И вскоре в поле зрения Моро появилась фигура.
— Она...
Это была та самая женщина, которую он видел в Прите — закутанная с головы до ног.
Хотя в Прите хватало и других, кто скрывал свою внешность, но именно она тогда привлекла его внимание.
Не только потому, что она была пользователем Нэна — но и из-за её глаз, слишком уж не подходящих для такого места, как Прит.
(П.П. Санбика Нортон)
Моро продолжал за ней наблюдать.
На первый взгляд, она не походила на злодейку — но делать поспешных выводов он не собирался.
К тому же не исключал, что она могла быть человеком Нолана.
Он наблюдал, как женщина аккуратно соскребла с дерева что-то вроде мха и осторожно убрала находку в пробирку.
Спустя какое-то время она спрятала пробирку и развернулась, уходя прочь.
Моро не стал сразу выходить из укрытия — дождался, пока женщина уйдёт достаточно далеко, и только тогда поднялся, провожая её взглядом.
Она шла в сторону деревни.
Деревня Шаньни. Подземелье под одним из особняков.
Это было огромное захоронение.
Точнее — захоронение, которое в своё время специально перестроили и обустроили.
На каменных стенах тоннеля, которые изначально должны были быть сырыми и тёмными, тянулись трубы и кабели.
В глубине подземелья ярко горел свет.
В центре просторного и хорошо освещённого зала по-прежнему стоял старинный саркофаг — только теперь он был заключён в прозрачный стеклянный куб.
Крышка саркофага была сдвинута наполовину.
Изнутри тонкими потоками вытекал чёрный туман.
Вокруг стеклянного саркофага стояли люди в белых защитных костюмах.
Но среди них выделялся один мужчина — в чёрном костюме, с гладко зачёсанными назад волосами.
Он повернул голову и посмотрел на висящие на стене мониторы с камерами наблюдения.
На одном из экранов была видна та самая женщина — она в полутёмной комнате из кирпича что-то смешивала, готовя лекарство.
— Всё-таки Профессиональный Охотник есть Профессиональный Охотник... Настоящий профессионал. И очень полезный кадр. Эм, как там её звали?
Он лениво спросил, не отрывая взгляда от монитора.
Кто-то тут же ответил:
— Профессиональный Охотник за Вирусами— Санбика Нортон.
Это место, перестроенное из древнего захоронения, и было той самой базой организации «Меню», где они проводили исследования вирусов.
Выбор подобного расположения не имел ничего общего ни с личными предпочтениями, ни с необходимостью скрытности.
Дело было в другом — вирусы, которые исследовались здесь, происходили как раз из этого самого гробницы, чьё происхождение и возраст давно канули в неизвестность.
А если быть точнее — их извлекали из тела, покоящегося в саркофаге.
Мужчина в чёрном костюме смотрел на экран, где Санбика Нортон, полностью сосредоточенная, продолжала смешивать лекарственные препараты.
Через некоторое время он отвёл взгляд и переключился на центральный монитор.
На нём показывали внутренность саркофага.
Почти всё дно гроба было покрыто изумрудно-зелёной свежей тканью.
А на этой ткани покоилась странного вида мумия.
Левая половина её тела, пройдя через длительную естественную мумификацию, выглядела, как и подобает засушенному трупу — кожа и мышцы потемнели и усохли, превратившись в плоть бурого оттенка.
Однако правая половина тела была совершенно иной.
Вернее сказать, это уже и не мумия вовсе...
Правая сторона всё ещё сохраняла отчётливую мускулатуру, а в некоторых местах даже проступали тонкие кровеносные сосуды.
Если и можно было найти сходство с мумией, то разве что в том, что эта часть тела выглядела так, словно принадлежала умирающему старику: морщинистая кожа походила на пересохшую кору старого дерева.
Одна половина тела — сухая и усохшая, другая — с сохранившимися сосудами и тканями.
Будто кто-то сшил вместе две совершенно разные части двух разных тел.
Мужчина в чёрном костюме пристально смотрел на изображение трупа, в его глазах струился Нэн, похожий на крошечные языки пламени.
Используя Гё для усиления зрения, он мог отчётливо видеть тонкие струйки чёрного дыма, вьющиеся между телом мумии и тканью, постепенно поднимающиеся вверх, в район крышки саркофага.
Исследователи в защитных костюмах, суетящиеся вокруг, не могли видеть этого чёрного дыма.
Но вирус, который они извлекали из тела мумии, буквально сводил их с ума от восторга.
Некоторые вещи невозможно было объяснить с позиции науки — и тем не менее они вплотную вторгались в их реальность.
Мужчина в чёрном костюме мельком взглянул на занятых делом исследователей и развернулся, уходя.
— Как успехи?
Он задал вопрос, идя по коридору, своему сопровождающему.
Тот тут же ответил:
— Заражаемость OG пока не удалось преодолеть полностью, но уже есть кое-какие наработки. Единственное — в коконах стало не хватать «подопытных мышей», фармацевты настаивают на как можно более скором пополнении живых образцов для экспериментов.
— Сколько им нужно?
Мужчина свернул в правый проход.
Сопровождающий ответил:
— Количества не называли. Сказали — чем больше, тем лучше.
— Щедро у них запросы...
Мужчина в чёрном костюме хмуро проговорил:
— Они вообще понимают, сколько стоит «разделать» одного такого поросёнка? В прошлый раз запросили двадцать — ладно, ещё понятно. Но эти их требования с подбором по группе крови... из-за них тогда чуть не начались перебои с поставками крови.
Сопровождающий молчал, не смея сказать ни слова.
Мужчина в чёрном костюме фыркнул, а потом, подумав об уровне приоритетности этой задачи, каким бы сильным ни было его раздражение — всё равно подавил его в себе.
— Сейчас же отправь заявку на новый товар, укажи причины. Если для босса это будет достаточно важно — думаю, подтянут что-нибудь с «Обеденного Стола».
— Есть.
Сопровождающий тут же отправился выполнять приказ.
А сам мужчина в чёрном костюме вошёл в одну из гробниц.
Впрочем, гробницей это место уже назвать было сложно.
Все прежние погребальные предметы и содержимое ниш в стенах были полностью очищены.
На их месте теперь находились трубы, лампы и стеклянные контейнеры, наполненные жидкостью.
Внутри мутно-зелёной жидкости плавали части человеческих органов и тканей.
Наступила ночь.
В деревне Шаньни, в одном из глиняно-кирпичных домов.
В помещении было пусто, из мебели — только кровать да стол.
На кровати, придвинутой к стене, лежал мальчик лет восьми-девяти.
Обновлено: 18.01.2026