Весна ознаменовалась пересадкой мандрагоры и гормональным всплеском – я ожидал этого от своего организма, но всё равно вышло как-то неожиданно. Не я один томился душой: в спальнях мальчиков начались разговоры об «этом», а по утрам стала проявляться физиология. Половое созревание во всей красе, печально, но куда деваться. Просто не вешать нос и ждать, пока организм это перерастет.
Я освоил магию копирования и материальной иллюзии – точнее, как освоил, мне удалось объединить их в одну связку, так что теперь я могу дублировать книги в кабинете и выносить их наружу. Сама по себе копия держится на моей личной магии. Но не слишком долго: если использовать максимум энергии, может продержаться несколько месяцев, а так – дней пять и тому подобное. Необходимость в таких действиях возникла из-за опасений того самого директора. Старик как-то странно на меня посмотрел, когда увидел, как я вкалываю в теплицах.
Перед отъездом на летние каникулы я, аки ниндзя в ночи, пробрался на восьмой этаж для проведения ритуала. Трижды прошел перед балетом троллей, держа в уме образ пустой комнаты с нарисованной на полу картиной. Конечно, можно было просто попросить пустую комнату и воспользоваться ручками, но по шаблону было гораздо проще. Тренировка разума с развитием ментального слоя ауры позволила, хоть и с некоторым трудом, транслировать желаемый образ вовне. Оставалось только орудовать кистью, что заняло несколько часов. И это довольно быстро – поначалу я бы провозился с этим искусством до утра.
Сам ритуал был прост, я должен был это сделать: внешний круг рун, ограничивающий заклинание, был десяти метров в диаметре. Я вложил в заклинание много сил, но до истощения было далеко. Так, где-то рядом. Магия, которая до этого ощущалась на уровне обычного воздуха с легкими порывами ветра, закружилась, завертелась, окутала кожу, накрыла меня. Сотни разноцветных нитей на мгновение соединили две сконцентрированные области, вспыхнуло что-то радужное. Или это просто мои сетчатки отразили буйство силы? Могло быть что угодно.
Проморгавшись, я с трепетом и даже радостью осознал результат своих трудов. Вместо кучи обрезков драконьей кожи, лежащих в алой луже, появилась аккуратная книга, даже скорее толстая тетрадь в кожаном переплете медного оттенка. Она ощущалась как нечто мое, родное. Ее было приятно держать в руках, как мурлыкающего котенка. Имя владельца, вытисненное в верхней трети, запустило цепочку ассоциаций. Очень уж, знаете ли, мое творение напоминает дневник темного лорда. Всё-таки интересно.
Мог ли Том найти описание? Почему бы и нет, это ведь не крестражи. Теоретически, за такое трудно загреметь в тюрьму даже сегодня. Кровь идет только в зелье, а так как она собственная, а продукт предназначен исключительно для личного пользования, то при наличии денег за это легко можно откупиться. Ритуал сложнее, но в нем нет ничего темного – уж точно не мрачнее, чем привязка неразумного животного в качестве фамильяра. Хотя это и входит в список нерекомендуемых, но не запрещено.
В этом списке числится чуть ли не две трети медицинской магии, и ничего – мракоборцы не донимают целителей проверками. Можно сказать, классика жанра. У властей всегда найдется, чем наградить нежелательных лиц вниманием, а там, как говорится, был бы человек, а статья найдется. Я убрал книгу во внутренний карман мантии и пошел спать. Шел в открытую – всё равно за окном светало, а до поезда оставалось всего несколько часов. Никого не встретил, так что до гостиной добрался без проблем. Уснуть, конечно, не удалось, но ничего, в дороге вздремну.
Вокзал, камин, приветствие Тома с шуткой про заждавшиеся апартаменты, фармацевт, встретивший меня как родного и скупивший весь урожай – хорошо. Лето перед четвертым курсом я решил провести за работой. Не в смысле вкалывать в знакомой лавке, а составить план на будущее. Как-то в прошлой жизни мне довелось читать про гидропонику, сейчас уже и не вспомню, почему вдруг заинтересовался этой темой. Да это и не важно, куда интереснее полное отсутствие этого перспективного направления у магов. Впрочем, в 80-е об этом методе выращивания растений и маглы в массе своей слышали очень мало.
Теоретических знаний у меня вроде хватало, по крайней мере, были соображения, как и что реализовать, но нужно было провести массу расчетов. Промышленность уже выпускала неплохие программируемые калькуляторы, что значительно облегчало работу. Всё лето я считал, рисовал и экспериментировал с отдельными элементами. Я основательно увлекся этой маго-инженерной задачей, в итоге, можно сказать, вырисовался солидный научный труд. Причем на стыке кучи направлений.
Там и арифметика с улучшенными методами расчета, и новые рунные цепочки для фиксации чар, и куча глубоко модернизированных до неузнаваемости заклинаний, объединенных в различные комплексы и каскады. Из-за нехватки магических сил пришлось переработать кучу ритуалов, не забыл и про трансфигурацию, а уж сколько пришлось возиться с зельями – ужас.
Из-за ограниченности финансовых и магических ресурсов пришлось изрядно потрудиться над экономической составляющей проекта, но стоимости менее четырехсот галеонов за мобильную гидропонную теплицу достичь не удалось. Вернее, можно и за сто, но это невыгодно.
Малый внутренний объем, недолговечные чары, требующие постоянного обновления – чистая мука, проще говоря. После закупки материалов для создания артефакта денег у меня осталось только на школьные принадлежности. И это при том, что учебники я не покупал. Вернее, купил самые дешевые в весьма потрепанном состоянии. Чтобы было что демонстрировать на уроках и не вызывать вопросов у учителей. Ничего, думал я по дороге в школу, миссис Стебль энтузиасту не откажет, деньги на следующее лето будут, а гидропонную оранжерею я быстро дострою, поэкспериментирую, и, может быть, что-то на этом заработаю.
Трижды ха-ха, наивный юноша с горящим взором. Хочешь работать в теплице, мальчик, и тебе нужны деньги? Как жаль, добрейший дедушка-директор не против того, чтобы ученики занимались практическими проектами, он даже готов вознаградить их материально. Целый галеон за каждую луковицу мандрагоры или сикль за корзину трясогузки. Бородатый ублюдок, ненавижу. Не хочу быть Темным Лордом. Но я это припомню, когда увижу его. К сожалению, пришлось согласиться.
Деньги мне всё равно были нужны: конечно, мне не хватило бы даже на комнату с пансионом в Дырявом котле, но я хотя бы буду одет к школе. И да, старый мракоборец, который раньше вел Защиту, уволился. Крепкий мужик, учил нас три года. Но проклятие должности в облике старого хрыча его подкосило. Теперь нас учит вчерашний выпускник, который закончил школу пять лет назад и никогда не был мракоборцем. И похоже, следующим летом мне придется посетить приют. Чувствую это копчиком. Дамблдор решил уделить внимание школе.
Работа в школьной теплице, учеба, домашние задания, создание ГЭКК (Гидропонный Экономичный Компактный Комплекс) и заполнение гримуара. В общем, прошел еще один год с языком на плече. Особенно тяжело пришлось в ноябре, когда я закончил разработку. Плюс был в том, что она вообще заработала. Минус – в том, что приходилось всё подкручивать. Постоянно подправлять и настраивать чары, перепроверять расчеты, исправлять, корректировать и пытаться заставить руны жить. В общем – тьма.
Артефакт – это вам не сталелитейный завод, его не то что остановить трудно, а банально невозможно. В результате работы, занявшей остаток осени и всю зиму, получилось нечто малопригодное для получения прибыли. В условиях ГЭКК могли расти только простейшие магические травы, которые использовались для основ зелий. «Это плевое дело», – думал я, пока не попробовал их посадить. Травы росли настолько бурно, что развивались почти в два раза быстрее своих собратьев на полях и грядках. Мне приходилось работать раз в неделю: использовать заклинания для срезки и измельчения, упаковывать конечный продукт в мешки. Раз в месяц я извлекал его и заполнял бочку, оставшуюся от замачивания шкур.
Обновлено: 16.01.2026