Глава 8 — Глава 9: «Ты здесь? Выходи, поболтаем»

Глава 9. Ты здесь? Выходи, поболтаем. В ночной тишине великий визирь Джарассум все еще трудился в своем кабинете. На посту визиря он отвечал за внутренние дела, логистику и дисциплину во всей Мак'ари. Управлять бытом десятков тысяч душ – задача не из легких, но в обычное время он щелкал ее как орехи. Задерживаться допоздна приходилось из-за того, что последние несколько дней он неотлучно следовал за ректором Архимондом, занимаясь делами Просветителя. Большую часть светового дня он помогал Просветителю дорабатывать тот самый «план переворота», чтобы поскорее внедрить себя и ректора в ядро Культа Пробудителей. Собственные же обязанности приходилось переносить на ночь. Это, несомненно, сказывалось на качестве сна великого визиря. К счастью, он был весьма искусным арканистом: медитация вполне заменяла ему сон, позволяя на следующее утро со свежими силами вновь бросаться в пучину великих дел по захвату власти для господина ректора. В отличие от Дика – слуги, который выбился в люди благодаря связям, но так и остался на периферии, – Джарассум уже давно был неразрывно связан с господином Архимондом. Их судьбы сплелись воедино: успех одного означал триумф другого, а падение – общую гибель. Естественно, дела господина он воспринимал как свои собственные. Таков был плод многолетнего опыта маневрирования в политических водах Мак'ари. Однако даже в такие безрадостные ночные смены случались непредвиденные инциденты. Вот и сейчас, пока Джарассум пытался свести бюджет Мак'ари на будущий год для подачи запроса в Цитадель Экзархов, ему пришлось принимать студентку, выполнявшую «особое поручение». — Покончено с ним? — Спросил он, не поднимая головы и продолжая перепроверять бесконечные колонки цифр с помощью украшенного самоцветами арканического прибора. — Почему ты одна? Где твоя сестра? — Воздаятель Диакм еще жив, — смиренно ответила Шахраз, одетая в ученическую робу. Она подошла к столу и положила на него арканический рунный камень. — Он только что выпил последнюю дозу зелья. Согласно вашему приказу, на рассвете его душа воссоединится со Святым Светом. Но новобранцы-воздаятели бдят слишком усердно, поэтому Алидия осталась там, чтобы проследить за выполнением вашего плана. Она понизила голос: — Нужно ли нам сделать что-то еще? — Свидетельства! — Джарассум взял рунный камень и, наполнив его энергией Арканы, активировал запись. На фоне бледного сияния возник изнуренный Дик. Он кашлял, медленно и по частям излагая историю своего внедрения в Культ Пробудителей в качестве тайного агента. Джарассум остался доволен. С этой записью грядущий «удар в спину» от господина Архимонда обретал благородный окрас «мести за друга и подчиненного». Последний фрагмент трогательной истории о том, как господин ректор, рискуя собой, внедрился в ряды еретиков ради искоренения зла, наконец встал на свое место. Великий визирь отложил камень и благосклонно посмотрел на свою самую талантливую ученицу. — Воздаятель Диакм играет ключевую роль в этой цепочке событий, — наставительно произнес он. — Вы с сестрой стали свидетельницами того, как его отравили фанатики из Культа Пробудителей. Таким образом, в ходе последующего расследования вы сможете дать личные показания. О том, что именно говорить, я дам тебе инструкции чуть позже. Он добавил: — Вернешься к сестре и хорошенько попрактикуйся. В таком важном деле не должно быть ни малейшей осечки. — Хорошо, — кивнула Шахраз и уже собралась уходить, но Джарассум внезапно заговорил снова: — Поскольку вы с сестрой приложили немало усилий ради дела господина ректора, мы решили, что помимо звания выдающихся выпускниц, обеспечим вам и достойное будущее. Он сделал паузу, прикидывая сроки. — Как раз к моменту вашего выпуска наступит период аттестации для ротации гражданских чиновников в Цитадели Экзархов. Вас направят туда для службы Великим Экзархам. — Для выпускниц Мак'ари это предел мечтаний, — продолжал визирь. — Связи и ресурсы ректора будут в вашем распоряжении, чтобы помочь вам продвинуться в самом сердце власти цивилизации эредаров. Но не будьте слишком близки с господином Архимондом, когда он неизбежно войдет в Цитадель, чтобы не вызывать подозрений. Достаточно простого уважения. — Ваша конечная цель – сблизиться с кем-то из двух Великих Экзархов, Веленом или Ки'джеденом. Проявите свои таланты и станьте их доверенными помощницами. Но никогда не забывайте, откуда вы пришли. Никогда не забывайте, кто возвысил вас и дал шанс проявить свои способности. Тон великого визиря стал тяжелее: — Покушение на верховного воздаятеля – дело серьезное, последствия могут быть разными. Но раз уж мы теперь в одной лодке, я, разумеется, помогу вам скрыть правду, о которой никто и никогда не узнает. Ты понимаешь меня? — Великий визирь! Мы с сестрой преданы господину Архимонду всей душой! — Шахраз поспешно обернулась, изобразив на лице подобающее юной студентке волнение. — Нам было бы достаточно и чести быть лучшими выпускницами. Мы последовали за ректором Архимондом исключительно из восхищения его поразительной силой. Именно вы с ним раскрыли наш потенциал. Без вашей помощи мы бы до сих пор прозябали в захолустной школе на Анторанских полях. — Очень хорошо. Впредь при посторонних так и говори, — Джарассум одобрительно качнул отростками на подбородке. — Нам, арканистам, следует быть скромнее, чтобы не производить впечатление чрезмерно амбициозных личностей. Вы с сестрой обычно ведете себя слишком вызывающе, это придется изменить. Тем, кто собирается служить Великим Экзархам, необходимо демонстрировать внешнее смирение. — Ступай. Помоги сестре закончить последнее дело, а затем терпеливо жди зова. В этой грядущей «битве за справедливость» вы, лучшие таланты академии, тоже примете участие, чтобы лично засвидетельствовать наше возвышение. — Слушаюсь, великий визирь, — ответила Шахраз и вышла из кабинета. Только покинув здание с куполом, эта полная огня арканистка смогла наконец глубоко вздохнуть. Ее сердце бешено колотилось – и все из-за той чудовищной лжи, которую она только что произнесла. Впервые в жизни она стала предательницей. Предала ректора Архимонда, обладавшего огромной властью, и великого визиря, который вывел их с сестрой в свет. Звучало подло, но если учесть, что все их планы уже были известны обоим Великим Экзархам, а воевода Ки'джеден и вовсе отдал воздаятелю Диакму «секретный приказ» устранить Архимонда… Это значило, что все обещания, данные ей и ее сестре, превратились в пыль. Какая жалость. Шахраз оглянулась на Поместье визиря, мягко сияющее в ночи, и вздохнула про себя: «Если бы вы смогли устранить воздаятеля Диакма пораньше, этого вроде бы неприметного человечка, у вашего плана действительно был бы шанс. Но теперь уже поздно. Он нанес смертельный удар, проявив мудрость, не уступающую вашей. Он стал тем самым охотником, что подстерег добычу. И хотя бы ради жизни сестры, я обязана сейчас перейти на сторону Света». Чувство вины и горечи терзало талантливую арканистку недолго. К тому моменту, как она вернулась в дворик Дика, она уже полностью себя оправдала. Это не предательство! На самом деле, если бы план ректора и Просветителя воплотился в жизнь, вся Мак'ари погрузилась бы в хаос, и погибло бы множество людей. Она и ее сестра просто помогают свершиться правосудию! Без сомнения, такой поступок идеально соответствовал тем моральным нормам, о которых вечно твердят жрецы Святого Света. — Вернулась? И даже руки-ноги целы. Похоже, ты и впрямь мастер обмана, — встретила Шахраз у входа в дом ее «старшая сокурсница» Имира. В ее словах сквозила ирония, но Шахраз лишь холодно усмехнулась и, вильнув аккуратным хвостиком, парировала: — Студентам факультета Арканы следует полагаться на интеллект. Обман и хитрость – это тоже мудрость выживания. Жаль, что тебе, такой «правильной», этого не дано. Впрочем, служение Свету – тоже путь для заклинателя. — Для тех бездарных и посредственных студентов, — продолжала она, — которым даже самые строгие наставники с сочувствием советуют не тратить время на постижение тайн Арканы. Ты ведь не такая, как мы с сестрой, Имира. Поиск истины – не для тебя. Поздравляю, под конец своей никчемной учебы ты наконец сделала правильный выбор. — О Свет… Каждый раз, когда я вас вижу, мне хочется съездить по вашим смазливым мордашкам, а потом отрубить хвосты! — Имира сжала кулаки. — Но даже посредственный жрец лучше арканиста, который использует талант во вред другим. Честно говоря, я считаю, что господин Диакм слишком добр к вам. Вам следовало бы до конца идти по темному пути Архимонда, чтобы в итоге закончить жизнь на плахе Инквизиции. — Это лишь доказывает, что господин Диакм тоже разглядел наш поразительный дар, — фыркнула Шахраз. Она бесцеремонно оттолкнула Имиру с пути и прошептала: — Гениям позволено всё, дорогуша. Мир арканистов жесток. Ох, прости, я и забыла – ты больше не одна из нас, ищущих истину. Пусть твой Свет благословит тебя, сестрица~ Оставив кипящую от злости Имиру позади, острая на язык Шахраз быстро прошла в главный зал. Дик сидел в кресле, пока Алидия помогала ему избавиться от грима «тяжелораненого», нанесенного специально для записи видео. Фария и Имира в косметике не смыслили ничего, но для сестер-близнецов, настоящих «мастеров интриг», создание безупречного образа было базовым навыком ухоженной девушки. — Завтра вам нужно будет сходить еще раз, чтобы сообщить о моей смерти, — наставлял Дик Шахраз. — Обитель ассасинов найдет тело, похожее на мое, а воздаятель Маардлан займется организацией моих «похорон». Раз уж мы играем спектакль, всё должно быть по-настоящему. В этом деле мне снова понадобится ваша помощь. — Мы сделаем всё необходимое, чтобы искупить вину, — тихо произнесла более рассудительная сестра, Алидия. — Мы благодарны вам за то, что дали нам, совершившим ошибку, шанс выбраться из этой трясины. — Этот шанс вы заслужили сами, дети мои. Свет лишь моей рукой дал вам каплю просветления. Но впереди вас ждут дела куда более опасные. Путь искупления подобен переходу через топкое болото – он вовсе не так легок, как вам кажется. Слова Дика звучали величественно, но в душе он не особо доверял близнецам. В основной истории, до Темного Портала, эти две особы натворили столько, что хватило бы на нарушение всех законов любого цивилизованного мира. В отличие от наивно-справедливой пятерки сорванцов, у сестер напрочь отсутствовал внутренний моральный компас. Даже сейчас, будучи совсем юными, они ради звания лучших выпускниц решились на убийство – если их вскрыть, внутри они наверняка окажутся чернее ночи. Эти девушки и Архимонд явно были из одного теста. Амбициозные, презирающие мораль, самовлюбленные и невероятно талантливые. Тот факт, что в будущем они станут помощницами самого Обманщика, подтверждал: их дар к злодейству не уступал их магическим способностям. И все же Дик решил дать им шанс. Не только потому, что ему, как их учителю, было жаль губить такие таланты, но и потому, что они еще не успели совершить ничего непоправимого. Если он сможет убить Архимонда и изменить ход истории, возможно, и судьбы близнецов изменятся благодаря его вмешательству. Такие гении, направленные на путь истинный, стали бы благословением для цивилизации эредаров, которой в будущем предстояли тяжелые испытания. — После моего «погребения» вы должны будете помогать воздаятелю Маардлану и мастеру Талане. Ваша задача – связаться с экзархом академии Веларой и убедить ее примкнуть к нашему делу, — инструктировал Дик. — В Мак'ари тоже полно еретиков из Культа Пробудителей. Они прячутся среди наставников и администрации, сбиваясь в мелкие группы. Я могу прямо сказать: верховный просветитель Аргон, отвечающий за учебную часть, – один из столпов Культа. Он ученик Талгарета и обладает огромным влиянием. Дик продолжал: — Пока мы будем нейтрализовать Архимонда и Талгарета, в академии нужно сохранить элементарный порядок. Студенты ни в чем не виноваты. Защитить их в критический момент под силу только госпоже Веларе, формально второму лицу в академии. — Мне не нужно, чтобы госпожа Велара вела наставников в бой против культистов, этим займется Маардлан. Я лишь хочу, чтобы она защитила учеников и заранее перевела их в безопасное место. У меня больше нет надежных людей, так что эта задача ложится на ваши плечи. — Верю, что если эта буря утихнет без лишних жертв, Великий Экзарх Велен и воевода Ки'джеден увидят вашу решимость встать на сторону Света. Как и я. Я тоже когда-то свернул не туда, но в итоге вернулся на праведный путь. Сестры переглянулись и без долгих колебаний приняли поручение. Как самые яркие звезды академии последних лет, они были лично знакомы с экзархом Веларой, так что кандидатур лучше было не найти. В этом и заключалось преимущество «лучших учеников». Когда близнецы ушли отдыхать в соседнюю комнату, Дик собрал пятерку сорванцов. Он уже переоделся в походное платье странника, скрывающее фигуру. Накинув капюшон и поставив рядом сумку, он обратился к пяти новобранцам: — До рассвета я должен уйти в тень. Мне нужно добраться до Просветителя Талгарета, чтобы завершить последний этап плана. Это слишком опасно, поэтому я вас с собой не беру. — Вы останетесь в Мак'ари под командованием воздаятеля Маардлана. Как только начнется переворот Пробудителей, академия превратится в поле боя. Вот тогда-то ваши тренировки и пригодятся. Мне больше нечего добавить. На прощание я лишь желаю вам под руководством Света стать сияющими воинами, защитниками нашего народа. Верю, что вашего таланта и решимости хватит, чтобы исполнить этот долг. — Господин Дик, не говорите так, будто составляете завещание! — Не выдержала Имира. — Нужно верить в лучшее, всё закончится благополучно. Остальные не поддержали ее оптимизма. Они понимали, какому чудовищному риску подвергается их командир, отправляясь в логово врага. То, что он не отступил перед угрозой смерти, а мужественно принял на себя ответственность, позволило новобранцам воочию увидеть истинную стойкость верховного воздаятеля. И еще глубже прочувствовать «наставления» Света. Как раса, тысячу лет живущая бок о бок со Святым Светом, эредары верили, что любые повороты судьбы – это его воля. Они обожали искать «просветление» в переменах материального мира, хотя порой это и граничило с суеверием. Вот и сейчас пятерка сорванцов была убеждена: командир Диакм, этот старший товарищ с непростым прошлым, встретивший судьбу лицом к лицу, был послан Светом, чтобы научить их чему-то важному. А уж что именно каждый из них вынесет из этого урока – дело индивидуальное. Дик оставил пятерке оружие и доспехи, которые собирал годами службы, а сам в старой броне покинул двор, который стал его домом с самого момента перемещения в этот мир. Новобранцы провожали его со слезами на глазах. Воздаятель Маардлан уже ждал снаружи. Он протянул Дику поводья талбука. Когда тот вскочил в седло могучего зверя, Маардлан произнес: — Какая бы опасность ни грозила твоей жизни, Диакм, держись до последнего и взывай к Свету. Как только я выполню свой долг здесь, в академии, я немедленно отправлюсь в Оронар тебе на выручку. Он понизил голос: — Не слишком доверяй обещаниям Обители ассасинов! Как структура, отвечающая за темные дела при Великом Экзархе, они всегда выбирают выполнение задачи, а не спасение жизней. Диакм… — Можешь называть меня Диком, Маардлан, — Дик натянул капюшон. — Думаю, за эти дни мы исправили наши скверные отношения, длившиеся тридцать лет, верно? Глядя в беспросветную ночную мглу, он тихо добавил: — Пройдя через всё это, побывав на грани смерти, я решил, что больше не доверю свою судьбу случаю или чужим рукам. Возможно, я погибну в грядущей буре, но только я сам решу, где встречу конец и во имя чего предстану перед вечностью. — Знаешь, Маардлан, я всё еще ищу свой путь Света. У меня такое чувство, что если я выживу, то смогу вновь ступить на дорогу, уготованную мне свыше. — Но чем больше ты так говоришь, Дик, тем больше ты напоминаешь мне мученика, — вздохнул Маардлан. — Став воздаятелем, в битвах с тварями иных миров и дикими зверями я встречал подобных людей. Не знаю, как тебя отговорить, но молю: не лезь в пекло только ради того, чтобы получить одобрение Света. Это подмена понятий. — Это всего лишь путь Света, Дик! Как и служба воздаятелем – это всего лишь работа. С ней ты тверже стоишь на ногах, но и без нее ты можешь прожить достойно. — Если уж такой ревностный верующий, как ты, говорит мне подобное, значит, наши отношения и впрямь стали куда лучше, — улыбнулся Дик. — Но не будь таким пессимистом, а то звучит так, будто я и впрямь не вернусь. — Если я выживу, пригласишь меня к себе на ужин? Приглашение в дом на ужин для семейного эредара было знаком высочайшего доверия, доступным лишь самым близким друзьям. Будучи бессмертными, эредары с возрастом всё больше ценили уединение с семьей. Маардлан, который был вдвое старше Дика, уже давно вошел в ту фазу жизни, когда человек учится наслаждаться покоем и одиночеством. Услышав шутку Дика, суровый и педантичный воздаятель улыбнулся и кивнул: — Я попрошу жену приготовить лучший стол и познакомлю тебя со своими детьми. Только вернись живым, Дик! — Постараюсь. С этими словами Дик натянул поводья, и талбук сорвался с места, унося всадника в ночную тьму, по направлению к Оронару. Патрульные воздаятели на пути были доверенными людьми Маардлана. Они знали, на какую миссию отправился Дик, и провожали его салютами, отдавая дань уважения коллеге, который нашел в себе мужество встретить судьбу. У ворот академии верховный воздаятель Кварам, охранявший вход, лично управлял огромным арканическим стражем, чтобы освободить дорогу. Оглянувшись, Дик увидел, как старый воин на башне отдает ему честь. — Ну и атмсофера… Будто я и впрямь скачу на верную смерть. Ох уж эти эредары, вечно нагонят жути… — ворчал Дик, погоняя талбука. Для него уход из академии стал своего рода освобождением. Перед коллегами, с которыми он бок о бок прожил тридцать лет, приходилось изо всех сил поддерживать образ «Диакма», имитировать его манеру речи и сдерживать шутки. Настоящему же ему хотелось быть куда более непринужденным. — Ну вот, теперь я вольная птица. Спустя час бешеной скачки Дик достал устройство связи с Обителью ассасинов и раздавил рунный камень. Он остановился передохнуть в беседке у берега озера Эридас – крупнейшего водоема в этих краях. С комфортом устроившись, он соорудил простенькую удочку и закинул леску в воду, ожидая встречи с подчиненными Талгата. Через пару минут поплавок дернулся. Дик вытянул ветку и с досадой обнаружил, что на крючке болтается ярко раскрашенная водяная змея. Он снял малютку, собираясь выбросить обратно, но внезапно вспомнил, что через десять тысяч лет в этих водах заведется опасный гигантский змей-мутант. Кто знает, может, то чудовище – потомок этого извивающегося «милашки» у него в руках. — Гм, кажется, тебя звали Хири'сон. Не знаю, имя это или название вида, но я знаю, что вы, как и эредары, живете очень долго. А если наешься демонов и мутируешь, то, пожалуй, проживешь еще дольше. — Иди, прячься, — сказал Дик бьющейся в руках змейке. — Не высовывайся, пока не окрепнешь. А когда демоны высадятся, не забудь сожрать парочку их выродков за этот мир, которому суждено пасть. — Глядишь, в далеком будущем еще свидимся, малявка. Удачи тебе. И мне тоже. Он бросил змею в воду и тут же услышал за спиной ироничный голос: — Для человека, идущего на смертельно опасное задание, у вас на редкость хорошее настроение, господин Диакм. Дик пожал плечами и обернулся. Перед ним стояла женщина из Обители ассасинов с белоснежными длинными волосами и сапфировым охотничьим ружьем за спиной. — Каким бы паршивым ни было настроение, оно не поможет мне отменить приказ воеводы Ки'джедена, — ответил он. — Так что приходится настраиваться на позитив. Мы можем выступать, эффектная леди? — Ого, а вы остры на язык. Совсем не похожи на сухаря-воздаятеля, — усмехнулась эредарка в маске ассасина и указала на ската-пустоты позади себя. — Иди за мной, только тебя и ждем. Кстати, меня зовут Нели, я капитан высших следопытов Обители. Рада буду поработать вместе. (Конец главы) Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов. Его статус: идёт перевод