**Глава 5. Убивать, убивать и ещё раз убивать!**
— Не... не... Не может быть! — Чжан Байхуа попятился на несколько шагов, его вытянутый палец мелко дрожал, указывая на противника. — Вы... вы это видели? Я же врезался в него со всей силы, а он даже не шелохнулся!
Он обернулся к своим спутникам, ища поддержки, но те лишь испуганно молчали.
— Это же Су Чэнь! — голос Байхуа сорвался на истеричный крик. — Тот самый неудачник, у которого **[показатель крови]** годами не поднимался выше ничтожных 0.4! У меня этот показатель — 1.8! Как я мог его не сдвинуть?!
Байхуа выглядел почти безумным, его лицо исказилось от непонимания и ярости. Двое одноклассников, пришедших с ним, вжали головы в плечи, стараясь стать как можно незаметнее. Они боялись даже дыхнуть, лишь бы не привлечь внимание Су Чэня.
— Нет! Не верю! — взревел Байхуа, внезапно бросаясь в атаку. — Отброс должен знать своё место и оставаться отбросом!
Его кулак, нацеленный прямо в лицо Су Чэню, с присвистом рассек воздух. Су Чэнь лишь слегка прищурился. Чуть присев и сместив центр тяжести, он встретил нападающего мощным, идеально выверенным ударом из **[Стиля Дикого Зверя]**. Кулак с глухим звуком впечатался точно в живот Чжан Байхуа.
Тот мгновенно сложился пополам, словно выброшенная на берег креветка. Удар был такой силы, что Байхуа отлетел на несколько метров и мешком рухнул на землю. Схватившись за живот, он судорожно глотал воздух, а его лицо приобрело мертвенно-бледный оттенок. Из горла вырвался приглушённый стон, переходящий в сухие рвотные позывы.
Су Чэнь перевёл холодный, пронизывающий взгляд на двух других парней. Те синхронно сделали шаг назад и дружно опустили головы, боясь даже случайно встретиться с ним глазами.
— Хех, — коротко усмехнулся Су Чэнь.
Не удостоив их больше ни единым словом, он развернулся и направился прямиком к скотобойне. Как только его фигура скрылась из виду, одноклассники переглянулись. В их глазах читалось нескрываемое потрясение. Они вдруг осознали: вечный аутсайдер, над которым все потешались, буквально за одну ночь превратился в несокрушимый столп.
Жалобные стоны Чжан Байхуа наконец привели их в чувство. Парни подбежали к нему и попытались помочь подняться.
— Ублюдки... только и умеете, что стоять и смотреть... — прохрипел Байхуа, скалясь от невыносимой боли в животе. — Су Чэнь, значит? Ну погоди, тварь... Завтра на общем уроке боевых искусств ты у меня попляшешь. Будь ты хоть трижды сильным, разве сможешь ты тягаться с Братом Фаном?
*
На скотобойне Су Чэнь привычно отметился на посту охраны, после чего его снова встретил мужчина в строгом костюме.
— Босс, сегодня после обеда я хотел бы попробовать свои силы на забое кур и свиней, — обратился к нему юноша.
Мужчина скептически оглядел Су Чэня.
— А ты хоть умеешь? — спросил он с сомнением.
— Умею, — уверенно кивнул Су Чэнь. — Обязательно справлюсь.
— Ладно. Тогда пойдём со мной, выпишем тебе рабочий пропуск. Судя по всему, ты намерен захаживать сюда часто, так что незачем мне каждый раз тебя встречать.
Вскоре Су Чэнь держал в руках ламинированную карточку: золотые иероглифы на ярко-красном фоне гласили — «Рабочее удостоверение». Менеджер переговорил с бригадиром куриного цеха и подвёл парня к одной из конвейерных линий, после чего удалился по своим делам.
В огромном цеху шумело несколько линий, и Су Чэню отвели место в самом начале одной из них. Его задача была предельно проста и в то же время сурова: забивать индюшек и кур, а затем отправлять тушки дальше по ленте, где другие рабочие занимались ощипыванием и разделкой.
Повязав плотный клеенчатый фартук, Су Чэнь принялся за дело. В голове была лишь одна мысль: принесёт ли убийство птицы заветные очки?
Он поднял заслонку загона и ловко выхватил оттуда жирную курицу. Сверкнуло лезвие ножа — точный удар в шею, короткое трепыхание крыльев, и птица затихла.
**[Динь! Обнаружено: вы убили домашнюю курицу. Показатель крови +0.01]**
Глаза Су Чэня радостно блеснули.
— Отлично! Работает! — прошептал он.
Здесь дело шло куда быстрее, чем с рыбой. Ему не нужно было чистить или потрошить — только убивать. Его рука с ножом двигалась так быстро, что оставляла после себя лишь смазанные тени. Удар в шею — тушка на конвейер. Заслонка вверх, новая жертва — и снова точный взмах клинка.
**[Динь! Обнаружено: вы убили домашнюю курицу. Показатель крови +0.01]**
**[Динь! Обнаружено: вы убили курицу-несушку. Показатель крови +0.01]**
**[Динь!..]**
Он работал несколько часов напролёт. Звуки системы в ушах сливались в сплошную симфонию, а сам Су Чэнь полностью погрузился в какой-то мрачный транс, наслаждаясь процессом. Лишь когда чья-то рука легла ему на плечо, он вздрогнул и остановился.
— Парень, передохни малёк, пора ужинать, — раздался за спиной голос.
Су Чэнь замер, приходя в себя. Он пришёл сюда сразу после полуденного замера **[показателя крови]** и даже не заметил, как пролетело время.
— Хорошо, спасибо, дядя, — ответил он, вытирая пот со лба.
Бригадир, заметив, что все уже ушли в столовую и только этот юнец продолжает неистово работать, решил, что тот просто не знает расписания. Окликнув его, мастер тоже отправился на перерыв.
По дороге в столовую бригадир куриного цеха, старый Лю, встретил своего коллегу из рыбного отдела. Тот завидел его издалека и поспешил навстречу.
— О, старый Лю! — крикнул он. — Пойдём вместе поедим?
— Пойдём, старый Чжан, — согласился Лю.
Они зашагали плечом к плечу по бетонному коридору.
— Слушай, — вкрадчиво начал Чжан, — к тебе ведь перешёл тот паренёк, что на почасовой оплате?
— Да, а ты откуда знаешь?
— Эх, — вздохнул Чжан и опасливо огляделся. — Послушай моего совета: старайся его лишний раз не злить. Мне кажется, он этот...
— Какой «этот»? — не понял Лю.
— Одержимый жаждой крови.
Бригадир Лю нахмурился, недовольно поджав губы.
— Ну что ты такое несёшь, старый Чжан? Мы на скотобойне работаем. Резать кур и рыбу — наша прямая обязанность. К тому же он совсем молодой, явно ещё учится, на настоящей войне в жизни не бывал. С чего ты взял, что он «одержимый»?
Старый Чжан убедился, что поблизости никого нет, и перешёл на шёпот:
— Ты не видел того, что видел я. Когда он у меня рыбу потрошил, он улыбался. Понимаешь? Улыбался с каждым ударом ножа, будто это высшее наслаждение в мире! А вчера, когда мы уходили последними, я спросил его, почему он здесь, а не в школе. Знаешь, что он ответил? Сказал, что просто любит убивать рыбу.
У старого Лю по спине пробежал холодок. Слова коллеги заставили его вспомнить странное поведение юноши.
— Чёрт... А ведь ты прав, — пробормотал он. — Теперь, когда ты сказал, я и сам заметил. Сегодня он весь вечер резал кур с такой блаженной миной, что жутко становилось. Даже на ужин не пошёл, пока я его за плечо не тряхнул.
Они обменялись тревожными взглядами и, не сговариваясь, ускорили шаг, решив больше не поднимать эту тему. В столовой к ним присоединился бригадир свиного цеха, старый Юй, и они вполголоса пересказали ему свои опасения.
После ужина Су Чэнь, пользуясь своим новым пропуском и разрешением менеджера, отправился прямиком в свиной цех. Там тоже была конвейерная линия, и парень снова выбрал начальную позицию — забой.
Обычно рабочие не горели желанием стоять на этом посту. Считалось, что забирать жизнь — работа тяжёлая и неблагодарная, поэтому большинство предпочитало заниматься разделкой туш. Но для Су Чэня это было идеальное место.
Он проворно нацепил фартук и взял в руки длинный, остро заточенный нож для забоя. Нажал кнопку пуска, и механизм подал первую жирную свинью. Су Чэнь прицелился точно в область шеи и вогнал лезвие по самую рукоять.
Когда он выдернул нож, горячая струя крови брызнула ему прямо в лицо.
**[Динь! Обнаружено: вы убили домашнюю свинью. Показатель крови +0.02]**
Су Чэнь на секунду замер, а затем его губы непроизвольно растянулись в широкой, пугающей ухмылке.
— Целых 0.02! — прошептал он. — Этой ночью я стану самым быстрым мясником в истории!
Он снова нажал на кнопку, подзывая следующую жертву.
В этот момент в цех вернулся после ужина бригадир старый Юй. Большинство рабочих ещё доедали свой паёк, и в полупустом помещении его взгляд сразу упал на Су Чэня.
Он застал именно тот момент, когда алая кровь веером окропила лицо юноши, а тот в ответ лишь оскалился в безумном восторге. У старого Юя внутри всё похолодело, а рассудок пошатнулся.
«Мать твою... — пронеслось у него в голове. — Так вот о ком говорили Чжан и Лю. Это и есть тот одержимый пацан? Неутомимый осёл на ядерном ходу, который режет всё живое быстрее ветра?!»
Обновлено: 20.02.2026