**Глава 136. Бай Сяошэн, да я в гробу видал твоих предков!**
Вопросительные знаки.
Если бы нужно было описать мысли, роящиеся в голове главы Культа, то это был бы один сплошной, жирный знак вопроса. Он решительно не понимал, что за чертовщина сейчас разыгрывается в зале совещаний.
Благодаря случайно полученным сведениям, в сердце главы закралось подозрение в отношении Пятого старейшины. Он созвал всех старейшин, чтобы устроить очную ставку. Глава хотел получить четкий и ясный ответ: действительно ли этот внешне покорный, трудолюбивый старейшина тайно сговорился с Бай Сяошэном?
И вот итог...
Он даже не успел предъявить доказательства, как Пятый старейшина напротив него... саморазоблачился? Прямо здесь, в зале совещаний, где численный перевес был на стороне верных Культу Кровавой Тени людей? Откуда у этого предателя столько наглости?
— Пятый старейшина, ты вообще в своём уме? — Глава искренне засомневался в психическом здоровье подчиненного. Может, тот переусердствовал в тренировках и заработал искажение ци?
— Глава, я в полном порядке. Никогда ещё не чувствовал себя лучше, — Пятый старейшина расплылся в улыбке. — Ха-ха! Раз уж ты раскрыл моё истинное лицо, то к чему эти маски? Да, мы с Бай Сяошэном заодно. Если ты не дурак, то живо освобождай трон и передавай власть мне. Тогда, быть может, я оставлю твоё тело целым после смерти.
Глава Культа лишь молча смотрел на него. Глядя на явно неадекватного Пятого старейшину, он почувствовал, как внутри закипает ярость, переходящая в нервный смех.
— Хорошо… Прекрасно! Предатели сами лезут на свет. Сначала Первый старейшина, теперь Пятый. Сегодня ради будущего нашего Культа Кровавой Тени, братья, мы вместе прикончим этого иуду!
В этот миг глава всё ещё чувствовал тонкий аромат заговора. Всё происходящее казалось слишком странным: нелепые зацепки, внезапное признание... Казалось, невидимый кукловод всё ещё дергает за ниточки. Но стрела уже была на тетиве — отступать поздно. Сначала нужно устранить предателя, а с остальным разбираться потом.
*Шух...*
Старейшины вместе с главой, используя отточенную технику перемещения, мгновенно взяли Пятого в плотное кольцо. Ни спереди, ни сзади, ни по бокам не осталось ни единой лазейки для побега. Двое старейшин, которым не хватило места в кругу, встали прямо за спиной главы.
— Пятый старейшина, я даю тебе последний шанс, — прошипел глава. — Скажи мне, кто такой этот Бай Сяошэн?
Ответом ему была тишина. Пятый старейшина хранил молчание. Что ж, в такие моменты слова бессильны — только сталь и кулаки решают споры.
— Убить его!!!
Вспышка стали, свист клинков — в то же мгновение, как глава отдал приказ, все пришли в движение. Кулаки, мечи, скрытое оружие, яды — каждый пустил в ход свои лучшие навыки, чтобы уничтожить одну-единственную цель. Разве мог один человек выстоять против такой толпы?
*Бам!*
Фигура вылетела из месива тел, словно дырявый мешок с мусором. Тело было изувечено, кровь хлестала фонтаном, оставляя на полу длинный багровый след.
*Хрусть...*
Наконец, тело замерло.
— Как это... возможно?.. — Человек приподнял голову. Судя по лицу, это был вовсе не Пятый старейшина, объявленный предателем, а сам глава Культа.
Он смотрел на восьмерых старейшин перед собой с выражением абсолютного неверия. Произошедшее не укладывалось в голове. В тот миг, когда он бросился на Пятого, чтобы размозжить предателю сердце, движения остальных внезапно изменились. Четверо старейшин по бокам обрушили на него град ударов. Тот, что стоял рядом с Пятым, выхватил кинжал и вонзил ему в бок. Но самым безумным было то, что двое за его спиной откуда-то достали железные штыри и буквально превратили его в ежа.
От этой внезапной атаки он не успел даже коснуться одежды Пятого старейшины.
— Как... вы все... все до одного... предатели?! — Глава закричал, сомневаясь, не спит ли он. Разве может случиться подобный бред? — По совести скажите... я ведь никогда не обижал вас, верно?! Почему... почему вы все предали меня?! Почему хотите моей смерти?!
Он дернулся, пытаясь подняться, но смог лишь жалко приподняться на локтях. Раны были слишком глубоки. Он действительно не ожидал удара в спину от тех, кому доверял, и они не поскупились на жестокость: перебитые кости, перерезанные меридианы, смертельный яд в крови...
Чувствуя, как жизнь утекает сквозь пальцы, глава попытался прибегнуть к самоисцелению — путь Культа Кровавой Тени позволял восстанавливаться через поглощение крови. Но вокруг были только они. Он не мог даже схватить случайного ученика, чтобы использовать его как сосуд с живительной влагой. Понимая, что конец близок, он хотел лишь одного — ясности. Неужели он был настолько плохим правителем?
— Почему? — Пятый старейшина (в исполнении Хань Фэйюя) подошел ближе. — О, глава, это отличный вопрос. Начнем с того, что Пятый старейшина копил обиду на тебя годами. Когда он только вступил в Культ, ты обманом выманил у него пилюли для практики. Позже ты присвоил метеоритное железо, которое он нашел для ковки оружия. А потом ты перехватил талантливого ученика, которого он присмотрел для себя. Ну и вишенка на торте: недавно, когда он прикормил место на реке для рыбалки, ты пришел и швырнул туда камень...
Хань Фэйюй по капле выдавал «свои» обиды. Приходилось признать, что он сам был поражен: этот старейшина вел дневник ненависти, который по плотности записей мог поспорить с книгой обид какого-нибудь дварфа.
— Что за чушь... такая мелочность... Постой... — Глава вдруг что-то осознал. — Ты... ты говоришь не так. Ты вообще не Пятый старейшина!
— Мои поздравления! — Хань Фэйюй улыбнулся. — Ты наконец-то прозрел. Я не Пятый старейшина. Я — Бай Сяошэн.
— Глава, глава, я тоже Бай Сяошэн! — подал голос другой старейшина.
— И я! И я тоже Бай Сяошэн!
— Чего вы все — Бай Сяошэн? Ну ладно, я тогда тоже.
Группа людей разом бросила притворяться. В них не осталось ни капли достоинства старейшин — они смеялись и шутили, как старые приятели. Главе Культа было не до смеха. Его пробрал могильный холод. Он не понимал, как Бай Сяошэн это провернул, но осознал главное: этот безумец просто привел толпу людей, чтобы разыграть перед ним спектакль.
Ему вспомнились собственные слова о том, что в зале затесался один предатель. Теперь это звучало как издевка. Предатель действительно был один. Но этим «чужим» среди своих был он сам.
— Бай Сяошэн... да я [поимел] твоих предков!
Обновлено: 10.07.2026