— Кто из нас врач, ты или я? Раны затягиваются быстро, но нужно полежать еще пару ночей под наблюдением, — лечащий врач недовольно листал историю болезни.
Сячжоу почесал затылок и нацепил на лицо самую простодушную и юношескую улыбку, на которую был способен:
— Доктор, я правда чувствую себя отлично. К тому же я только что узнал, что у меня талант медиума! Хочу поскорее вернуться домой к дяде и поделиться радостью!
— Талант медиума? — Врач замер.
Его раздражение мгновенно сменилось недоверием, а затем уколом горькой зависти. Он слишком хорошо знал, что это значит. Он полжизни положил в Городе Счастья, сдал сотни экзаменов, чтобы стать врачом, но всё равно оставался лишь высококвалифицированной обслугой. А этот парень со дна в одночасье взлетает до небес?
Зависть сжигала его, но как тертый калач он понимал: в этом мире с медиумами лучше не ссориться. Врач тут же расплылся в подобострастной улыбке.
— Ох, вот оно что! Какая удача в такие юные годы. Раз есть дар, то такие царапины и правда нипочем.
Он споро расписался в листке на выписку и протянул его Сячжоу обеими руками.
— Все оформлено, господин Ся.
…
Сячжоу только успел выйти за ворота больницы и вдохнуть воздух свободы, как тишину разрезал резкий женский голос.
— Сячжоу! Ты что, вечность там лечился? Только соизволил выписаться?
Перед ним выросла девица в дешевой короткой юбке с вызывающим, чересчур ярким макияжем.
Из-за каши в голове после пробуждения памяти Сячжоу не сразу сообразил, кто это, но вскоре вспомнил всё. Чжоу Цянь. Его девушка, с которой он начал встречаться через пару недель после прибытия в город. Хотя «девушка» – громко сказано; скорее это было его одностороннее «содержание». Раньше он из кожи вон лез, чтобы ей угодить: тратил на нее почти всю зарплату и терпел ее капризы.
— Выписался и даже не предупредил! Знаешь, сколько я тебя жду? — Чжоу Цянь скрестила руки на груди, брезгливо оглядывая Сячжоу. — …Впрочем, плевать. Нам нужно расстаться.
Сячжоу вскинул бровь. Неужели классический сюжет с брошенным героем? Решив поглядеть на это шоу, он с интересом уставился на нее.
Приняв его молчание за шок, Чжоу Цянь довольно хмыкнула:
— Не вини меня, я смотрю на вещи реально. Говорят, хозяин твоей мастерской сдох? Значит, ты теперь безработный бродяга. Зачем мне такой? Чтобы вместе с тобой голодать?
Она сделала паузу, и в ее глазах блеснула жадность.
— Но… я не бессердечная. Если отдашь мне сегодня мой подарок на день рождения, я, так и быть, подумаю и дам тебе шанс всё исправить.
Она прекрасно помнила: Сячжоу долго копил, чтобы купить ей ожерелье с золотым кулоном. Такая вещица тянула минимум на пару тысяч юаней!
Сячжоу покопался в памяти. Ожерелье? Оно действительно было, но во время атаки призрака тени бесследно исчезло. Да и будь оно при нем – отдавать его такой особе Сячжоу не собирался.
— Расстаемся, значит? — Безразлично переспился он. — …Ладно. Давай расстанемся.
С этими словами он попытался обойти Чжоу Цянь.
— Что ты сказал?! — Она застыла на месте, ее лицо исказилось от изумления. Раньше Сячжоу от одного ее строгого слова начинал лебезить, а тут так легко согласился? И что это был за взгляд?
На самом деле она не собиралась расставаться. Сячжоу был красавчиком, а у его дяди вроде были какие-то связи. Главное – парень был щедрым дураком, который носил ее на руках. Она просто хотела прижать его посильнее, пользуясь его увольнением, и выманить ожерелье. Ведь Сячжоу наверняка придется платить огромные счета за больницу, и она боялась, что он продаст украшение.
Сильнейшее уязвленное самолюбие заставило Чжоу Цянь сорваться на визг. Она преградила ему путь:
— Сячжоу! Да как ты смеешь?! Ты вообще кто такой? Без работы ты в этом городе хуже собаки!
Ее крики привлекли внимание прохожих. Видя, что собирается толпа, Чжоу Цянь вошла в раж. Она вздернула подбородок и ткнула пальцем ему в лицо:
— Еще не поздно покаяться! Встань на колени, извинись, и я, может быть, проявлю милосердие! Я даже попрошу отца пристроить тебя в пекарню учеником, чтобы ты не сдох с голоду!
Под «пристроить» она подразумевала бесплатную рабскую силу для своего папаши-кровопийцы. Для нее это было вершиной благородства.
Сячжоу смотрел на эту брызжущую слюной женщину и чувствовал лишь раздражение. Его тень под ногами задрожала – Хань Цзянсюэ явно надоел этот шум, и она была готова заставить девицу замолчать навсегда.
Сейчас они стояли у всех на виду перед больницей. Сячжоу незаметно коснулся тени носком ботинка, успокаивая призрака, и ледяным тоном бросил:
— Не нужно. Проваливай.
— Это я должна проваливать?! — Взвизгнула Чжоу Цянь, окончательно теряя человеческий облик. — …Ах ты, дрянь невоспитанная! Понятно, в кого ты такой – правильно твоя мамаша подохла пораньше, родив такое…
Хлесткий удар прервал ее поток грязи. Пощечина была такой силы, что Чжоу Цянь зашаталась. Она схватилась за мгновенно распухшую щеку, в ушах у нее зазвенело. Она уставилась на парня, не веря своим глазам.
— Следи за языком, — холодно отрезал Сячжоу, убирая руку.
В этот момент раздался густой мужской голос:
— Правильно вмазал!
К ним широким шагом подошел лысоватый мужчина в кожаной куртке. Это был Дин Хао, дядя Сячжоу. Он появился как раз вовремя, чтобы услышать оскорбление в адрес покойной невестки. Дин Хао встал рядом с племянником и свирепо глянул на опешившую девицу:
— Сяочжоу, давно пора было дать ей пинка! Что это за чучело, чтобы мою невестку поминать?
— Дядя, пойдем, — Сячжоу не хотел тратить на нее время.
Дин Хао кивнул и повел племянника к припаркованному у обочины побитому пикапу.
Глядя в спину уходящим мужчинам, Чжоу Цянь наконец обрела дар речи. От унижения и ярости она закричала вслед уезжающей машине:
— Сячжоу! Ты еще приползешь ко мне! Ты станешь нищим, будешь милостыню просить! Даже если на коленях будешь умолять – не прощу! Ты еще пожалеешь!!
Обновлено: 10.07.2026