Время между днем Подарков и Новым годом оказалось для Гарри довольно скучным. Его медленно уменьшающийся запас денег послужил хорошим стимулом для поиска работы, но, как он теперь с болью осознавал, очень немногие места были настроены на то, чтобы нанимать кого-то нового во время праздников. Было одно предложение, сделанное менеджером «совиной империи Эйелопа», но Гарри решил, что чистка клеток для животных — это не то, чем он хотел бы заниматься в обозримом будущем. Однако это заставило его понять, что, вероятно, ему следует разобраться, что именно он ищет, а не бесцельно отвечать на каждое объявление в «Пророке».
Подумав об этом несколько дней и проанализировав свою квалификацию или её отсутствие, Гарри пришел к неизбежному выводу, что он в полной заднице. Образование полученное в Хогвартсе было отличным, это правда, но он обнаружил, что, кроме ЗОТИ, ему не нравился ни один предмет настолько, чтобы развивать с ним нечто большее, чем мимолетное знакомство. Он также не хотел быть учителем, по крайней мере, не в Хогвартсе. Поттер был уверен, что Дамблдор уже им заинтересовался, и за ним точно наблюдал Муди. Не было необходимости заявлять о себе, вальсируя по замку и просясь на должность следующего преподавателя ЗОТИ. Частное репетиторство могло бы стать вариантом, но эта идея быстро умерла, когда Поттер вспомнил, что семестр начнется через несколько дней, а значит, он лишится клиентов до лета.
До войны он хотел стать аврором, но об этом тоже не могло быть и речи. Он бы не хотел проверять свои поддельные документы, подвергая их детальному изучению в Министерстве. Кроме того, такой шаг, скорее всего, привлек бы внимание людей, в чем он сейчас совершенно не нуждался. Так что оставалось либо ждать и смотреть, либо продолжать поиски в надежде, что появится что-то, чем он не прочь будет заняться в течение следующих нескольких месяцев.
Гарри почти не хотел идти к мастеру-фальсификатору за лицензией, прекрасно зная, что там ему придется отдать оставшиеся две тысячи галеонов, причитающиеся за лицензию на аппарирование, но спустя почти неделю Гарри не мог больше откладывать. Лицензия ему в конце концов понадобится, даже если кучка золота, которую он хранил отдельно от двух тысяч, становилась всё меньше с каждым съеденным блюдом и каждой ночью, проведенной в «Дырявом котле».
Гарри стоял перед дверью. К этому времени похолодало настолько, что его дыхание было заметно в морозном воздухе, и он был рад согревающим чарам, которые поддерживали уютную температуру для него и его одежды. Это, конечно, объясняло, почему волшебники всегда носят одни и те же мантии, независимо от погоды. Он открыл дверь, не потрудившись постучать, и прошел в заднюю часть здания, в магазин. Там было пусто, но вскоре из задней комнаты вышла Сабина, которую скрип входной двери предупредил о присутствии Гарри.
— Гарри! — тепло поприветствовала она его. — Рада тебя видеть.
— Я тоже рад тебя видеть, — вежливо ответил Гарри, хотя и не так тепло, как она ожидала. Поначалу Гарри находил её личность весьма привлекательной, но за последние недели он понял, что поощрять что-то большее, чем простое знакомство, с дочерью фальсификатора, было неразумно и, возможно, даже неправильно.
— Ты пришёл как раз вовремя, — с нетерпением сказала она ему. — Мы только что получили сообщение от нашего человека в Министерстве, что твоя лицензия была зарегистрирована. Она настолько реальна, насколько это вообще возможно, и тебе даже не пришлось сдавать экзамен! Когда придет время продлевать лицензию, зайди в свободный день, заплати пошлину, и ты станешь добросовестным гражданином.
— Это замечательно, — ответил Гарри, хотя и не с таким воодушевлением.
— Ты ведь знаешь, как аппарировать? — дразняще спросила она .
— Конечно. — Это была правда. Просто в свое время он так и не смог получить лицензию, а к концу его прежней жизни уже никого не волновало, что у него её нет.
— Хорошо. Пока ты не раскроешь себя и не дашь всем знать, что ты не мог её получить, никто не догадается что, что она подделана.
— Если только ты им не скажешь, — прокомментировал Гарри, его голос был достаточно сухим, чтобы передать юмор, а не оскорбление.
— Конечно, не скажу! Было бы нехорошо продавать наших собственных клиентов, не так ли? — серьезно ответила она. После некоторого колебания она заговорила снова: — Послушай, почему бы тебе не остаться на вечер и не поужинать со мной и моим отцом?
Гарри на мгновение взвесил все за и против, а затем смиренно произнес.
— Всё может пойти не так как ты хочешь, — тихо сказал он ей, немного исказив правду. — Боюсь, что для тебя и твоего отца будет лучше, если мы не будем слишком часто видеться друг с другом. — Он почти сдался, когда на её красивом лице промелькнуло выражение обиды, но оно почти мгновенно исчезло.
— Конечно, — сказала она ему нейтрально и печально, хотя Гарри показалось, что он уловил в её голосе нотки понимания.
— Мне очень жаль, правда… — начал Гарри, но его прервал бесстрастный взмах её руки.
— Всё в полном порядке. Позволь мне только отдать твою лицензию.
Гарри вздохнул и кивнул, когда она снова скрылась за дверью. Сабина вернулась через минуту, протягивая ему свернутый лист пергамента.
— Вот, пожалуйста. Тебе кажется, что это достаточно реально?
— Конечно. — Гарри посмотрел на предмет в своих руках, не особо заботясь о том, что он не может определить, подделка это или подлинник, потому что он никогда не видел настоящую, потянулся к своей мантии и достал мешочек с золотом.
Дочь фальсификатора тоскливо взяла его, спрятав деньги под прилавок. Они стояли и смотрели друг на друга, Гарри пытался придумать, что сказать, чтобы смягчить боль, которую она, должно быть, чувствовала.
— А другие твои бумаги прошли проверку? — спросила она после нескольких минут неловкого молчания.
— Прости?
— Когда авроры явились после того, как ты избил ту группу чистокровных до полусмерти, — напомнила она ему. — Если старина Муди был там, как писали в газетах, то тебе пришлось показать ему все документы, которые у тебя были, чтобы избежать ареста.
— Я отделался тем, что показал только удостоверение личности, — ответил он. — С чего такое любопытство?
— Приятно знать, что наша работа прошла настоящую проверку.
— Настоящую проверку? — спросил Гарри. Ему казалось, что люди, которые чаще всего заказывали поддельные документы, были из тех, кто регулярно сталкивался с законом, отсюда и необходимость в чистых поддельных документах.
Сабина ухмыльнулась.
— Нет смысла придумывать себе альтернативную личность, если все и так знают, кто ты есть. Таким образом, наши продукты не подвергаются испытаниям, потому что очевидно, что они не могут быть подлинными.
— Наверное, да, — медленно признал Гарри.
Сабина приподняла бровь.
— Если повсюду висят плакаты с твоим изображением, то даже самая лучшая поддельная документация не убедит того, кто смотрит на твое лицо, что ты кто-то другой.
— Верно. — Гарри подавил дрожь. В конце концов, по всей Британии появились плакаты с его изображением. Волдеморт хотел его убить, очень хотел. Даже больше, чем Дамблдора, а это о чем-то говорит. В свое время Орден думал создать для него альтернативную личность, но из этого ничего не вышло. Гарри задался вопросом, обратились бы они к Сабине и её отцу за фальшивыми документами, если бы они решились на этот план.
Она заметила его короткое колебание.
— Тебя разыскивают? — подозрительно спросила она.
Отсутствие ответа заставило её сузить глаза.
— Гарри? — спросила она, немного более жестко, чем раньше.
— О, — сказал он, изо всех сил стараясь изобразить удивление, и на мгновение задумался, не сказать ли ей об этом, чтобы отпугнуть от себя. Он решил не делать этого, в конце концов, это, скорее всего, вызовет больше проблем чем хотелось бы. — Нет, я нигде и ни за что не разыскиваюсь.
— Понятно, — сказала она, не совсем веря. И он это заметил. Гарри почти видел сомнение в её глазах и понял, что большинство других её клиентов, вероятно, были из тех, кого разыскивали где-то, а может быть, и везде. Она взглянула на него. Он не показался ей злым человеком, хотя что-то в нем подсказывало ей, не лезть не в свое дело. — Тогда почему ты скрываешься? — спросила она.
— Кто сказал, что я скрываюсь? — ответил Гарри с улыбкой. — Всё, что мне было нужно, это личность.
— А что случилось с настоящей?
— Я потерял её. — В его тоне не было юмора. Эти слова задели его за живое, потому что они были правдой, насколько он мог судить. Пройдет много времени, если это вообще когда-то случиться, прежде чем он сможет вернуть себе свое настоящее имя. Возможно, он никогда не сможет снова стать Гарри Поттером, сыном Джеймса Поттера и Лили Эванс-Поттер, крестником Сириуса Блэка и почетным племянником Ремуса Люпина — бича всей жизни и уроков Северуса Снейпа. Даже если бы ему удалось пережить встречу с Волдемортом и каким-то образом убить его, а затем вернуться в свое время, продолжала бы существовать его жизнь? Он не знал. И в любом случае, это было маловероятно. Он не был полностью уверен, что переживет Волдеморта.
Неловкое молчание росло, пока Гарри не решил, что с него хватит.
— Думаю, мне лучше уйти, — Он встал и направился к входной двери. Дойдя до двери, он остановился, положив руку на ручку. — Не знаю, встретимся ли мы ещё, но… спасибо тебе за всё.
— Приходи ещё, если тебе снова понадобится помощь, — полусерьезно сказала она, сама не уверенная, хочет ли она снова его видеть. Хотя она должна была признать, что Гарри Эшворт показался ей хорошим человеком.
***
Обновлено: 17.01.2026