Тряслось, как осиновый лист на ветру, креачурье это старое. Тряслось, да только пыталось всеми силами притвориться, будто страха у него нет и в помине. А ведь по совести сказать, вчера он держался куда хуже.
Сидя в кресле напротив портрета леди Уолбурги в доме на площади Гриммо, я размышлял о вещах, внешне вроде бы нехитрых: о слизеринском медальоне, например. Не хотелось мне без нужды провоцировать расспросы с портрета той самой леди, открыто и без объяснения причин приказывая Креачеру достать эту безделушку. Да и сам я окончательно не решил пока, что с этим медальоном делать. Разумно было бы уничтожить, да и, скорее всего, так я и поступлю. Но вот сейчас или позже? Впрочем, об этом рассуждать отдельно, потому что леди Уолбурга уже подозрительно на меня посматривает. Даже Креачер куда-то незаметно испарился.
— Леди Уолбурга, есть у меня к вам вопросы, которые обсудить нам непременно стоит.
— Ну давай, Макс, спрашивай, — дама прикурила свою нескончаемую нарисованную сигарету, удобно расположившись в столь же нарисованном кресле.
— Как вы и предполагали, — продемонстрировал я перстень главы рода, то бишь, лорда. — Я встречался с Сириусом, и мы вроде как пришли к некоему уговору по поводу передачи перстня. Отдал он его удивительно легко и даже с радостью.
Уолбурга на портрете только печально покачала головой.
— Правда вот только, говорит Сириус, он этим перстнем не дорожит. «Документы, мол, уже приготовлены какие-то». Как вы думаете, что бы это могло быть?
Задумчиво выпуская неаристократичные колечки табачного дыма, леди Уолбурга с десяток секунд поразмышляла.
— Завещание или что-то вроде кадастра недвижимости. Но волноваться не о чем. Так семейное имущество не передаётся. По крайней мере, не без согласия всех членов семьи, а уж наследование титула внутри рода и подавно не так происходит. В общем, личное имущество этот предатель таким способом переписать может. Как и Альфард, собственно, свой дом и сбережения ему перевёл.
— То есть, теоретически у меня могли бы попытаться запросить согласие на переоформление семейного имущества на кого-нибудь другого?
— Теоретически, — кивнула Уолбурга. — Так что тебе следует быть вдвойне внимательнее. Единственное, что никак не передаётся и никому не будет доступно и в случае полного пресечения рода — это дом и его содержимое. Конечно, отдельные мелкие вещицы можно вывезти и продать, какие-нибудь вещи выбросить, подарить, но делать это должен именно Блэк, а не кто-то другой, сколько бы прав у него ни было. Последний рубеж и не продаётся.
— Понятно. И что с Сириусом делать?
— Что думаешь?
— По возможности отстраняться всячески.
— Правильно.
— Честно говоря, я опасался, что вы будете возражать.
— Я всего лишь портрет, Макс, — слабо улыбнулась Уолбурга. — Кричать и говорить, что я думаю, я, конечно, могу. Мне бы, разумеется, хотелось, чтобы Сириус исправился, поумнел и всё такое… Но ведь ты же понимаешь, что он не исправится? Даже если через себя перешагнёт и начнёт род продолжать, то неискренне это будет, без желания, и только хуже получится. Хотелось бы мне сказать, что это конец тяжёлым временам, да нет. Тяжёлые времена ещё только грядут, а присутствие в семье такого неустойчивого и непредсказуемого фактора, как Сириус, всё только усугубить может.
— Можно ли как-нибудь закрыть доступ к дому?
— Так Креачер всё сделает. Тебе волноваться не стоит. Но если интересно, всю необходимую литературу найдёшь в библиотеке, а с механизмом управления защитой дома тебя Креачер ознакомит. Впрочем, дело это сложное и долгое, и советовать тратить на него время пока не стану.
— Хорошо.
Креачер в тот же миг появился рядом со мной, беззвучно хлопнув в ладоши, мгновенно материализовав столик и сервировав его чаем и печеньем.
— Спасибо, — коротко кивнул я. Домовик же незаметно пристроился в уголке. Привыкает потихоньку к моей манере колдовать? Кстати, чего это он меня побаивается?
"Кричер!" - резко произнесла Вальбурга с портрета. - "Не пускай в дом никого, кроме Лорда Блэка. А ты, Макс, - помягче, своим обычным тоном, - привыкай командовать домовиком."
- Хорошо, я понял. Но у меня ещё вопросы. Как мне приготовиться к встрече с леди Гринграсс?
- Оденься прилично. Кстати, ты ничего не сказал мне о письме.
- Да не о чем рассказывать. Леди Гринграсс быстро ответила и назначила встречу завтра в "Авалоне", на ланч.
- В "Авалоне"? - задумалась Вальбурга. - На всякий случай возьми с собой деньги и обязательно обрати внимание на кольца на её левой руке. Если там будет кольцо Главы, то встреча - сугубо деловая, и платит она. Если нет - веди себя как молодой, но галантный джентльмен.
- Можно ли вообще носить такие регалии, но не показывать их? - поинтересовался я, потягивая горячий чай, возвращая чашку на стол и поигрывая на пальце кольцом Блэков.
- Я же уже говорила тебе, что иногда бывают случаи, когда настоящий Глава рода не афиширует себя. Причины могут быть самые разные. У Гринграссов я не знаю точных причин этого, но судя по бумагам, которые мне зачитывает Кричер, Дельфина до сих пор не афиширует своего главенства, везде выдвигая на первый план своего прирученного мужа-консорта. Об этом знают очень немногие...
Обновлено: 08.04.2026