Этим вечером Амелия Боунс с командой авроров и родителями нескольких детей вместе с их семейными адвокатами аппарировали в Хогсмид и немедленно отправились в Хогвартс.
Ужин уже завершался, когда они появились в Большом зале.
— Мы можем вам помочь, мадам Боунс? — Дамблдор явно был обеспокоен, его голубые глаза даже перестали мерцать.
— Да, можете, Директор. У меня есть ордер на арест Долорес Амбридж… — как только Амелия произнесла это, студенты начали радостно вопить и свистеть.
Амбридж поднялась с места, ее лицо покраснело от злости. Она пыталась что-то сказать, но все утонуло в вихре детских голосов.
По залу внезапно пронеслась волна мощной магии, и все замолчали.
— Пожалуйста, продолжайте, мадам Боунс, — сказал Дамблдор.
— Как я уже сказала, у меня есть ордер на арест Долорес Амбридж за пытки студентов, ввереных ее попечению. Несколько родителей подали жалобы на применение к их детям темномагического артефакта. Я прошу встать всех студентов, которые проходили отработки у мадам Амбридж.
Поднялись студенты за всеми столами, кроме слизеринского. Боунс и авроры насчитали 20 человек, в числе которых был и Гарри Поттер.
— Во имя Мерлина! Как, Альбус, могли вы не знать, что здесь творится? Считается, что вы — величайший волшебник современности и Хранитель охранных чар Хогвартса! Как вы могли не знать? — буквально выплюнула Амелия, пока ее авроры арестовывали Амбридж, а родители студентов со своими адвокатами расспрашивали детей.
Альбус Дамблдор, в великой мудрости своей, предпочел промолчать.
***
— Мистер Поттер, — позвал Филиус Флитвик с вершины своей стопки книг в кабинете Чар, из которого как раз начали расходиться студенты. Это было через неделю после статьи об использовании кровавого пера в Хогвартсе. Всеобщее возмущение уже немного улеглось. Казалось, все затаили дыхание в ожидании того, что случится дальше.
— Да, сэр, — обернулся Гарри.
— Я хотел бы кое-что с вами обсудить. Мы можем встретиться сегодня, когда закончатся уроки?
— Да, сэр, — Гарри был явно удивлен.
Ближе к вечеру слегка нервничающий Поттер постучался в дверь кабинета Чар. К счастью, ему удалось ускользнуть от Рона и Гермионы, когда уроки закончились. Он совершенно не хотел обсуждать с ними ничто из того, что мог сказать Флитвик.
— Пожалуйста, пройдите в мой офис. Это не займет много времени, — пригласил профессор.
Гарри вошел в заполненную разнообразными артефактами комнату и улыбнулся. Она явно несла на себе отпечаток личности Флитвика. Все предметы были под стать его росту, хотя нашлись и стулья для гостей нормальных размеров.
Движением руки профессор закрыл дверь и невербально наложил мощные противоподслушивающие чары.
— Здесь нас никто не услышит. Присаживайтесь, Гарри, или лучше называть вас мистером Твистом? — улыбнулся Флитвик, направляясь к своему креслу.
Гарри слегка дернулся, но продолжил изучать стены комнаты, увешанные призами и грамотами турниров по магическим дуэлям. Он пытался сообразить, как бы из всего этого выкрутиться. Придется блефовать.
— Я не понял, о чем вы говорите, профессор.
— Гарри, всем прекрасно известно, что компетентный преподаватель со временем начинает различать стиль своих студентов. Хотя некоторые студенты считают, что они хорошо маскируются. Всегда можно узнать манеру, тон и даже ритм изложения и понять, кто это писал. Уметь это делать весьма полезно: помогает сократить списывание на экзаменах.
— И как это делает из меня Оливера Твиста? — небрежно спросил Гарри, опершись о книжный шкаф. А внутри звенело «Все пропало!» Игра началась, и так просто ему не отделаться. Очень многие люди хотели бы получить голову Оливера Твиста, не говоря уже о Мальчике-Который-Выжил.
— Присядьте, Гарри.
Гарри сел, мысленно застонав. Теперь оставалось только ждать, когда топор обрушится на его голову.
— Я хорошо знал вашу мать и был по сути ее наставником — она была моей аспиранткой по Чарам. У нее был блестящий ум. Признаюсь, я с нетерпением ждал, когда начну учить вас — до тех пор, пока не получил ваше первое эссе. Ваш почерк был ужасным, а ваша способность излагать мысли на бумаге — отвратительной. Я был в ужасе: как человек, настолько талантливый, как Лили, мог произвести на свет настолько посредственное дитя…
— Но, сэр, — попытался протестовать Гарри.
— Позвольте мне закончить. Потом я нашел на полу черновик одного из ваших заданий и сравнил с тем вариантом, который вы сдали. И понял, что вы испортили свою работу! Представьте себе мое удивление! В том же году с вами случилось еще несколько вещей, которые привлекли мое внимание. Казалось весьма странным, что ученик, который использует магию так хорошо, как вы, совершенно не может нормально учиться. В это было трудно поверить. Очевидно, мозги у вас есть — думал я. Но почему вы их не используете? А потом я понял, что очень даже используете, просто не так, как мы ждем! Я прекрасно знаю, что ваша подруга мисс Грейнджер гордится тем, что она — лучшая ученица на курсе, и что ваш друг мистер Уизли весьма ревнив. И в итоге я пришел к выводу, что их дружба для вас важнее, чем успехи в учебе. Поэтому я и не пытался заставить вас лучше успевать по моему предмету.
Гарри свесил голову и ждал. Сердце колотилось. Он знал, что его исключат. Дамблдор практически пообещал сделать это с любым, в ком опознают Оливера Твиста.
— Я наблюдал за вами с тех пор, как вы приехали в школу. Когда я понял, что происходит, я не стал никому ничего говорить, да и кто бы мне поверил. Вы хорошо прикрыли тылы, даже слишком хорошо в некоторых случаях. У остальных преподавателей мнение о вас уже сформировано и «занесено на каменные скрижали».
Гарри посмотрел на профессора сквозь челку и увидел на его лице только заботу и капельку веселья.
— Так почему же вы сохранили мой секрет?
Флитвик вздохнул и пожал плечами.
— Вы должны отдавать себе отчет в том, что Альбус терпит меня только потому, что я заслуженный мастер дуэлей и хороший специалист по чарам. Ну, еще и за мои связи в «Гринготтсе». Министерство, даже если захочет, не может меня уволить, так как это приведет к неизбежным проблемам с гоблинами: я здесь достаточно давно, чтобы занимать должность пожизненно.
Профессор на мгновение остановился и посмотрел на студента. В сердце Гарри появилась надежда.
— Я думаю, что вас распределили не на тот факультет, мистер Поттер, — заявил Флитвик с улыбкой, меняя тему. — Конечно, Северуса ужаснул бы Поттер в Слизерине, но вы демонстрируете лучшие качества этого Дома. Я верю, что вы были бы выдающимся слизеринцем. Или рейвенкловцем. Я преклоняюсь перед вашими способностями. С храбростью Гриффиндора, хитростью Слизерина и умом Рейвенкло вы станете прекрасным дуэлянтом, когда вырастете.
— В смысле, если я доживу до взрослой жизни? — с горечью спросил Гарри.
Профессор помолчал и кивнул.
— Именно так, мой мальчик. Именно так, — Флитвик вздохнул и вернулся к основной теме разговора. — Об этих статьях. Как я уже сказал, хороший преподаватель узнает стиль студента. Но мне пришлось прочесть несколько писем и статей Твиста, прежде чем я уверился, что это именно вы. В прошлом на моем факультете были студенты, которые пытались протестовать против разных публикаций в «Пророке», но им это не удалось. Есть что-то такое в рейвенкловском складе ума, что засталяет их запихивать в свои статьи множество сухих фактов и цифр, как будто они пытаются пропихнуть в мозги читателей всю информацию разом. Кажется, они просто не понимают, что не всем нравится сухая статистика, что цифры надо давать маленьким ручейком, а не полноводной рекой. А вот вы хорошо понимаете, что факты и статистику надо давать меньшими дозами, которые хорошо перевариваются средним волшебником. Ваше первое простое письмо появилось как раз в нужное время, чтобы его заметили. Мои поздравления, мистер Поттер, — Флитвик поднялся со своего кресла и поклонился ошеломленному мальчику.
— Умм… И что теперь?
— Пока ничего, — с улыбкой сказал профессор. — Я уверен, что больше никто из учителей не догадался. Они делают ставки на то, кем окажется Оливер Твист, и ваше имя даже не попало в список. Так что ваш секрет пока надежно скрыт. А причина, по которой я попросил вас зайти, проста. Я помогу вам с некоторыми статистическими данными и малоизвестными фактами, когда они вам понадобятся. По секрету, конечно…
— Но почему? — Гарри был крайне изумлен. Он знал, что не может доверять главе своего факультета. Ее никогда не оказывалось рядом, даже если он шел к ней за помощью. На прошлой неделе он решил пожаловаться на отработки у Амбридж, а она сказала: «Не высовывайтесь, мистер Поттер, и избегайте наказаний». А уж Снейп…
— Ради вашей матери и ради вас самого, Гарри. Слишком многие тайны были скрыты слишком долго. Пора уже кому-нибудь открыть шторы и впустить солнечный свет.
Гарри шел со встречи с Флитвиком преисполненный надежд. Жаль, что он не обратился к профессору много лет назад, но он просто не знал, кому можно верить. Теперь, по крайней мере, он мог попробовать.
«Так, значит, они делают ставки на личность Твиста? — Гарри подавился хохотом. — Интересно, а близнецы принимают ставки у студентов? Они ведь всегда рады заработать…»
Обновлено: 15.02.2026