Глава 6 — Глава 6

*Перевод: **Astarmina*** До Айзека часто доходили слуху о Клеа Рино, окутанной дурной славой. Он слышал, что она часто конфликтовала с супругой наследного принца, которая ей не нравилась, и что стоило чему-то не понравиться ей, как она в ярости переворачивала столы. Ходили слухи, что её личные служанки и слуги менялись чуть ли не каждый день из-за жестоких побоев. Среди множества слухов о ней не было ни единого хорошего. Конечно, что-то наверняка преувеличили в процессе распространения, но как говорится — нет дыма без огня, должно быть что-то, ставшее первопричиной этих слухов. Однако Айзек не беспокоился об этом. В конце концов, он не посещал светские мероприятия и редко появлялся на банкетах. При личной встрече она оказалась не такой злобной, как он ожидал, и была вполне адекватным собеседником. Хотя за её улыбкой могла скрываться любая ложь — этого он понять не мог. — Еда очень вкусная. — Рад, что вам нравится. Клеа, вставшая рано и сразу начавшая готовиться к выходу, не успела даже перекусить, и теперь её желудок, казалось, прилип к спине. Сейчас она могла бы съесть даже камень, настолько была голодна. — Действительно ли не нужно готовиться месяц, как вы сказали? — Да. Как я уже говорила, давайте пропустим свадебную церемонию и ограничимся бумажной процедурой. Если вы разрешите, я хотела бы переехать уже завтра. — ...Пусть будет по-вашему. Клеа уступила во всём. Теперь настала очередь Айзека идти на уступки, пусть это и было немного неудобно и непонятно для него. Откровенно говоря, он не понимал, что она вообще получит от этого контракта. Однако, учитывая постоянные расходы поместья на изготовление доспехов и оружия, это были невероятно выгодные условия. — Правда? — Да. — Спасибо, Айзек. Я никогда не думала о том, что у меня появится муж, и теперь мне даже немного любопытно. Клеа приложила указательный палец на подбородок и тихо засмеялась. От этого чистого, искреннего смеха брови Айзека невольно сдвинулись. Он молча смотрел на её лицо, затем опустил голову и сосредоточился на еде. — Кстати, я хотел бы узнать о вашей хронической болезни. — Что? Хронической болезни? — Да. Будь то полгода или месяц, я стану вашим близким человеком. Услышав слова Айзека, Клеа слегка удивлённо кивнула. Похоже, он действительно серьёзно относился к ситуации, что превзошло её ожидания. Честно говоря, она не особо на это рассчитывала. — Верно. Я хотел бы знать, если у вас есть какие-то проблемы. Вы говорили, что активные движения создают нагрузку на сердце. Насколько активными должны быть эти движения? — А, ну... кхм... примерно четыреста шагов, и у меня начинается одышка и я кашляю кровью. — ...Четыреста шагов? — Да. — Вы точно сказали четыреста, а не четыре тысячи или сорок тысяч? В ответ на недоверчивый вопрос Айзека щёки Клеа постепенно покраснели. На его бесстрастном лице ясно читалось недоумение и неверие. «Скажи я ему, что теряю сознание после тысячи шагов, он, наверное, обойдёт всю округу, расспрашивая, существуют ли вообще такие люди». Клеа опустила покрасневшее лицо и едва заметно кивнула. Хоть это и не было её настоящим телом, стыд жарким румянцем приливал к её лицу. «Проклятое... тело». Клеа мысленно глубоко вздохнула, проклиная ситуацию. — Вы точно уверены, что живы? — Айзек спросил с невероятно серьёзным выражением лица. Четыреста шагов. Не четыре тысячи, не сорок тысяч, а всего лишь четыреста шагов. Он сомневался, правильно ли расслышал. — ...Вы же понимаете, что это неприлично? После замечания Клеа Айзек наконец закрыл рот. Спрашивать человека, с которым ты нормально разговариваешь, действительно ли он жив — конечно, это неприлично. Просто Айзек был по-настоящему потрясён. Четыреста шагов. Это практически то же самое, что вообще не ходить. Он сам проходил не меньше пятидесяти кругов на тренировочном поле каждый день и ежедневно участвовал в спаррингах, тренируя своё тело. И тут — четыреста шагов. Это примерно расстояние от столовой до второго этажа особняка и обратно, не больше. — Разве кровохарканье не означает, что тело избавляется от вредных элементов? — А... — Клеа тихо ахнула. Она не подготовила ответ на этот вопрос. Упоминание о хронической болезни само вырвалось у неё тогда, как внезапная идея. — Да, когда я перенапрягаюсь, из сердца выходит застоявшаяся плохая кровь, — Клеа солгала, не задумываясь. Она не была экспертом в медицине и не могла предложить безупречное объяснение. К счастью, Айзек, казалось, тоже был далёк от медицины. — Понятно, — он кивнул. Если проблема только в ходьбе, нужно просто следить за этим. Он задумчиво подпёр подбородок, размышляя о служанке, которую стоит приставить к Клеа, и молча разглядывал её. — Кстати, все эти слухи — полная чушь. Айзек цокнул языком и покачал головой. Женщина, которая задыхается после четырёхсот шагов, хлещет рабов кнутом и опрокидывает столы? Полный абсурд. Он считал, что слухи о ней, даже если не являлись полной ложью, были сильно преувеличены. Её запястья выглядели настолько хрупкими, что, казалось, могли сломаться от одной попытки перевернуть стол. Уже было бы удачей, если бы они просто не опухли после того, как она в гневе ударила по столешнице. Клеа была слабее любого человека, которого Айзек когда-либо встречал. Даже новобранцы из его войска не были столь хрупкими. «Четыреста шагов...» Айзек снова вспомнил её слова. Он внезапно почувствовал себя ошеломлённым. Незаметно для Клеа он сильно ущипнул себя за бедро. Почувствовав боль, он убедился, что это не сон. — О каких слухах вы говорите? — Вам стоило бы чётко опровергать такие нелепые слухи, если вы о них знали. — Нелепые... слухи? — Да. Например, что вы опрокидывали столы. Это было тем, что делала настоящая Клеа Рино. Согласно информации, полученной от тёмного лорда, Клеа Рино была настолько вспыльчивой, что опрокидывала столы, письменные столы — всё, что попадалось ей на глаза. — Или что вы жестоко обращались с рабами, — Айзек говорил с явным недоумением. Клеа не могла ответить и на это. Потому что и это тоже делала настоящая Клеа Рино. У Клеа Рино было хобби — коллекционировать рабов, и она находила удовольствие в их мучениях. Иногда она била их кнутом, иногда давала заведомо невыполнимые задания и смеялась над их отчаянием, прежде чем наказать. «...Так и было в воспоминаниях. Поэтому я и считала её плохим человеком». Более того, она ужасно издевалась над своим единственным младшим братом. Молва гласила, что брат так дрожал при упоминании Клеа Рино, что в конце концов отказался от фамилии «Рино» и покинул дом. Должно быть, у неё была поистине страшная злоба, раз она смогла призвать тёмного лорда и заключить с ним контракт. Злоба, способная призвать тёмного лорда — это было за гранью воображения. Говорят, родители Клеа Рино были убиты наёмным убийцей, нанятым кем-то, кто хотел отомстить за её злодеяния. После этого репутация Клеа Рино ещё больше ухудшилась. Демон, который в конечном счёте пожрал даже своих родителей. Клеа Рино присутствовала на похоронах, но не плакала. Слухи становились всё более зловещими, пока наконец она сама не стала жертвой чьей-то интриги и не выпила яд. Именно тогда она призвала тёмного лорда и умерла. Клеа была поражена настоящей Клеа Рино. Но больше всего её удивляла любовь Клеа Рино. «Странно, что такая женщина полюбила такого мужчину». Прямолинейный человек, который, очевидно, жил совершенно противоположно Клеа Рино. Хотя он был известен как красивый военачальник, одержимый сражениями, в нём не чувствовалось и намёка на презрение к окружающим. Он казался человеком, который даже в бою предпочёл бы прямую конфронтацию без подлых приёмов. За короткое время общения Клеа поняла, что Айзек почти ничего не знал о настоящей Клеа Рино. Вероятно, они мало контактировали. Очевидно, что при жизни Клеа Рино не пыталась сблизиться с Айзеком. Почему? Клеа задавалась этим вопросом. Будучи такой жестокой женщиной, почему она не пыталась завоевать любимого человека? С тем характером, о котором она слышала, Клеа Рино должна была бы всеми силами добиваться его расположения. — Когда я впервые сделала вам предложение, это была наша первая встреча, верно? — Предложение... — Айзек выглядел так, словно услышал нечто крайне странное, но потом кивнул. — Это был наш первый разговор. Хотя мы иногда встречались на приёмах. — Да, я имела в виду первый разговор, — Клеа непринуждённо ответила. На самом деле, у неё не было никаких воспоминаний о встречах на приёмах. Удивительно, но никто не замечал, что Клеа Рино изменилась. У настоящей Клеа Рино не было ни друзей, ни близких слуг, и помимо приказов, она редко вела личные разговоры. — После обеда я подумал вызвать нотариуса, чтобы оформить документы. Что скажете? — Звучит хорошо. Клеа наколола вилкой салат и отправила его в рот. Свежий хруст овощей был восхитителен. Наконец она взяла вилку и нож, чтобы приступить к основному блюду — стейку. «Хм... тяжеловато...» Вилка была ещё терпимой, но нож оказался тяжелее, чем она ожидала. Правая рука дрожала, и она напрягла мышцы. Рука побелела от напряжения. **[HP 1209/1210]** **[Ваша ослабленная мышечная сила не выдерживает вес ножа. Каждые 3 секунды вы теряете 10 единиц здоровья. Если будете держать более 30 секунд, возможен перелом. (Вероятность перелома: 76%)]** Увидев появившийся перед глазами индикатор здоровья и предупреждение, Клеа невольно замерла.