(ГЛАВА 2 — “Пятьсот крон и одна разрушенная жизнь” Часть 1 — Вчера умирал, сегодня в школу)
Утро началось так, как обычно начинается утро человека, который накануне:
а) чуть не умер,
б) получил по лицу грязными перчатками картельщиков,
в) пережил падение комиссара себе на лицо в самой эротично-ужасной манере.
То есть — отвратительно.
Я проснулся от того, что спина болела так, будто по мне ночью прошлись мертвецы из шестого круга.
Хотя… может, так и было.
Сон у меня чёрт знает какой.
— Твинки-и-и! — протянул знакомый голос из кухни. — Ты живой?
Я перевернулся на бок, зажмурился и понял две вещи:
Я хочу спать ещё три года.
Я не хочу разговаривать ни с кем.
Но выбора не было. Это же Челиса.
Она стояла у стола, опираясь на него локтями, в одной из своих фирменных маек, которые скорее намекали на одежду, чем ею являлись.
Майка сползала с плеча, открывая ключицу и полоску кожи — ровно столько, чтобы мозг решил: ага, этти-режим включён.
Её рыжие волосы были взлохмачены, будто она всю ночь билась с подушкой.
На губе — тонкая трещинка от вчерашнего удара.
Глаза — красные от слёз и недосыпа.
И всё равно она выглядела красиво, чертовски красиво — как всегда.
Красота — её талант. Беда — тоже её талант.
— Ты чего так смотришь? — она заметила мой взгляд и фыркнула. — Будто не видел меня вчера… в… таком виде.
Не напоминала бы, спасибо.
Я сел за стол.
— Как ты? — спросил я.
Она пожала плечами.
— Нормально. Жива. Синяки пройдут. Губа зарастёт. А вот долги…
Она покрутила пальцем в воздухе, будто рисуя огромный круг.
— Ты же понимаешь… нам нужны деньги.
— Я знаю.
Пятьсот крон.
Это то, что я получил вчера за смену.
За смену, где труп ожил.
За смену, где гвардеец хотел “поразвлечься”.
За смену, где на меня рухнула комиссар.
За смену, где картельщики избили мою сестру.
Пятисот крон.
Цена моего дня.
— Ты же ещё учишься, — сказала Челиса мягко. — Я не хочу, чтобы ты работал каждый день. Это… нехорошо.
Я усмехнулся.
— А быть должниками картеля — очень хорошо?
Она опустила глаза.
— Я… не специально… это грот… он делает голову мягкой… иногда…
Я резко повернулся.
— Ты опять его брала?
Она замерла, будто я её ударил словом.
— Нет… — она сглотнула. — Не… сегодня…
“Сегодня”.
Значит — вчера.
И позавчера.
И неделю назад.
Я вздохнул.
Не ругать её.
Не сейчас.
Не после того, что было.
— Ладно, — сказал я мягче. — Давай… попозже поговорим.
Она кивнула.
Но внутри — дрожала.
И вот это — самое страшное.
Не картель.
Не зомби.
Не комиссар.
А вот это дрожание.
После завтрака я собрал вещи в рюкзак.
Да, странно.
Я иду в школу.
В единственную академию 4-го круга.
Почему?
Потому что мой отец был важной фигурой.
И его дети, по закону, обязаны были получить базовое образование в академии.
Даже если потом их выкинут в грязь.
Так я и учусь — среди мажоров, наследников, детей богатых торговцев, офицеров, тех, у кого есть деньги, и тех, у кого есть влияние.
А у меня — только сестра, грот и 500 крон.
И главное — я в академии вижу шикарную штуку:
охрану.
Академию патрулирует Полиция Порядка.
Мелкие блюстители закона, которые хотят выглядеть круто.
Не гвардейцы комендатуры — те служат только там, где есть мертвяки.
А полиция — в стабильных секторах, как здесь.
И значит…
Сегодня я хотя бы не умру в первые 10 минут.
В коридоре дома меня нагнал Гуго.
Всё тот же здоровяк, у которого рюкзак весит больше, чем я.
— Твинки! — гаркнул он. — Сегодня без трупов?
— Сегодня — учёба, — сказал я.
— О, шик! Я тоже. Только у меня урок по физподготовке в старом gym-зале. Сегодня обещали дать нам деревянные копья, чтобы мы… ну… типа учились защищаться.
— Деревянные?
— Ну да! Металлические слишком дорогие.
— Ага… класс.
Он улыбнулся.
— Слышь, ты вчера такой был… как будто комиссар тебе душу оторвала и обратно вставила. Она… что сказала?
— Ничего.
— Ага, конечно. Ты на неё смотришь так, будто она тебе домашку проверяет… кулаком.
— Не твоё дело.
Он вздохнул.
— Ты стал грубее. Это хорошо!
— Гуго, заткнись.
— С удовольствием, друг!
Дорога в академию — как в другой мир.
Чистые улицы.
Патрули.
Фасады зданий, на которых нет крови.
Торговцы нормальной едой.
Люди, которые не смотрят на тебя как на мусор.
Разница между кругами — чувствуется кожей.
Академия стоит в центре сектора — большое здание, огороженное высоким забором с колючей проволокой.
Полицейский на входе лениво проверил пропуска.
— А, бедняк, — пробормотал он, глядя на мою карточку. — Проходи.
Как мило.
Вежливо.
Сдержанно.
Я бы ему втащил.
Но тогда меня выгонят.
А я не могу.
Потому что без академии — мы с сестрой обречены.
Внутри — шум
Студенты.
Крики.
Смех.
Мажоры, которые в жизни не работали ни дня.
Красивые девчонки.
Парни с волосами, уложенными так, будто они просыпаются в шёлковых простынях.
А я — в старой форме, выстиранной вручную.
Супер.
Но тут я кое-что вспомнил:
По выходным я работаю в зачистных сменах.
То есть в субботу и воскресенье меня ждёт новая порция трупов, мертвяков и пятьсот крон.
Пятьсот крон — это два дня еды.
Может, три, если экономить.
Мы живём на грани.
И это — только начало.
Я сел на своё место в аудитории.
Учитель вошёл, начал что-то про историю кругов.
Я слушал краем уха, пока мысли тянулись к дому.
К Челисе.
Она вчера дрожала.
Сегодня — улыбалась.
Ложная улыбка.
Я её знаю...
Обновлено: 22.01.2026