Бросив взгляд на кухню, Лу Бэйфэн направился к переднему двору. Время было ещё раннее, до обеда для учеников было далеко.
Первыми обедали, конечно же, управляющий, мастера, начальники и охранники в своей отдельной комнате. Затем в большой столовой ели работники лавки. И только после них наступала очередь учеников.
Он вынул из кошелька четыре монеты, зажал их в руке, а сам кошелёк спрятал обратно.
Подойдя к отварной №3, он, под выжидающими взглядами двух мальчишек, протянул им деньги. Каждому по две монеты.
— Спасибо, брат Лу! — просияли они, сжимая в ладонях медяки.
Теперь на обед можно будет взять порцию мяса!
Лу Бэйфэн проводил их взглядом, когда они вернулись в отварную, чтобы продолжить чистку трёх варочных печей, а сам присел на скамейку у стены, глядя на две другие отварные напротив.
В переднем дворе располагались три отварные:
Отварная №1: Великий всеукрепляющий отвар.
Отварная №2: Отвар Восьми Драгоценностей.
Отварная №3: Отвар Шести Гармоний.
Первая и вторая находились ближе к входу, третья — подальше. «Лавка отваров Пяти Зверей» продавала только эти три вида отваров.
Первые два в основном закупали школы боевых искусств, таверны, банды и другие организации. Доставкой занимались штатные работники лавки. Последний же отвар предназначался для розничных клиентов, и его развозили они, ученики.
Средний двор был отведён под кухню и тренировочную площадку. На заднем дворе жили управляющий, мастера и прочее начальство со своими семьями. В боковых постройках обитали работники и ученики. Впрочем, семейные работники предпочитали жить за пределами лавки.
Прислонившись к стене и греясь на солнце, Лу Бэйфэн почувствовал приятное тепло. После суматошного утра это была единственная возможность немного отдохнуть.
Он закрыл глаза и сосредоточился на том, что пришло с ним из прошлой жизни — на «Печи Восьми Триграмм».
Это была бронзовая печь, в которой едва теплился огонёк. Ножек у неё не было, и формой она больше напоминала большую тыкву-горлянку. Впрочем, по очертаниям это была именно печь.
Вокруг царила непроглядная тьма. В верхнюю часть печи было вплавлено бронзовое зеркало с восемью триграммами. На нём мерцали огненные слова:
【Эссенция Печи】: 2985/3000
«Ещё пятнадцать крупиц эссенции — и она запустится!»
Лу Бэйфэн не смог сдержать волнения. Он не знал, что такое эта «эссенция», но понимал, что за каждую сваренную порцию «Отвара Шести Гармоний» он получал пять-шесть её крупиц. Он отвечал за три варки, одну утром и одну днём. Каждый день выходило больше тридцати крупиц.
Именно это и заставляло его почти три месяца после пробуждения работать без какой-либо платы. В его прошлой жизни за такое работодателя бы разнесли в сети.
— Х-х-х…
Выдохнув, он подавил волнение и снова уставился на печь, погрузившись в размышления. У него были догадки о её происхождении.
В прошлой жизни, перешагнув тридцатилетний рубеж, он был признан «ценным кадром» и выставлен на вольный рынок труда. Как представитель класса «трёх нет» — ни квартиры, ни машины, ни жены — накопленных денег на спокойную жизнь без работы ему не хватало. Приходилось и дальше вкалывать как проклятому, сгорая на работе.
Перед этим он решил съездить развеяться, отдохнуть душой. Проезжая мимо храма Лао-цзы, он купил два маленьких брелока — бронзовую тыкву-горлянку и зеркальце с триграммами, — собираясь зайти помолиться и прогнать неудачи.
Проходя мимо огромной Печи Восьми Триграмм перед храмом, он бросил на неё взгляд. И в тот же миг печь вспыхнула, и её призрачный силуэт устремился прямо к нему. Одновременно он почувствовал, как брелоки в его руке раскалились. Сердце ёкнуло, в глазах потемнело…
А «очнулся» он уже в этом мире.
«Эта Печь Восьми Триграмм, похоже, и есть комбинация той бронзовой тыквы, зеркала и призрачного силуэта настоящей печи»,
— подумал он.
— Брат Лу, время почти пришло, мы пошли обедать.
Двое учеников, закончив с чисткой печей, вышли из отварной.
Лу Бэйфэн открыл глаза, его затуманенный взгляд скользнул по высушенному жмыху на деревянных полках. Он поднялся и пошёл за ними.
Парнишки уже привыкли к его странностям и не обращали внимания. При мысли о мясе у них заходили желваки, и они сглатывали слюну.
Лу Бэйфэн, заметив это краем глаза, мысленно вздохнул. Его предшественник вёл себя точно так же. Тех нескольких монет, что перепадали в день, хватало лишь на одну мясную добавку к обеду. Что поделаешь, в этом возрасте организм растёт. Да и работали они с утра до ночи. А бесплатная еда для учеников была совсем постной. Неудивительно, что тело инстинктивно жаждало мяса.
Столовая, соединённая с кухней, была просторной. На некоторых столах ещё виднелись следы от обеда работников. У них было жалованье, так что за еду они, разумеется, платили. Два серебряных в месяц, плюс подработки — выходило неплохо. Постная ученическая баланда им давно приелась. Даже если бы захотели, пришлось бы платить. Бесплатно кормили только учеников. Те работники, что жили за пределами лавки, обычно ходили обедать домой.
Обед ученика состоял из четырёх кукурузных лепёшек размером с детский кулак и миски овощного супа. Завтрак и ужин были примерно такими же, отличался лишь размер порций.
Лу Бэйфэн, как и двое его помощников, подошёл к раздаче и за три монеты взял себе мясную добавку. Овощей в ней было много, а вот мяса — всего несколько кусочков размером с ноготь. Его ещё нужно было вылавливать палочками. Младшие ученики были и этому рады, а вот те, кто постарше, как он сам, ели без особого аппетита.
После обеда и короткого отдыха Лу Бэйфэн и двое учеников снова собрались в отварной №3 и принялись за послеполуденную работу. Мальчишки отправились на склад колоть и носить дрова. Он же пошёл на склад трав, чтобы получить двадцать семь порций ингредиентов для «Отвара Шести Гармоний».
Хотя «ингредиентами» это можно было назвать с натяжкой. На самом деле это были уже вываренные травы, попросту жмых. Его привозили из «Зала отваров Пяти Зверей» во внутреннем городе, где травы заваривали уже дважды. Здесь была третья варка. Лечебной силы в них оставалось от силы процентов десять. Поэтому отвара получалось много, а цена на него была, можно сказать, бросовой. Говорили, в самом «Зале отваров» одна маленькая чашка такого отвара стоила целых триста монет.
Лу Бэйфэн встал у печи, привычно развязал верёвку на мешке и высыпал жмых в медный котёл. Поскольку травы были уже дважды использованы, особых церемоний не требовалось. Девять порций в один котёл, залить водой доверху, разжечь огонь и варить. Три печи, три котла. В итоге из каждого котла выходило по три цзиня отвара. Один цзинь на горшок — ровно девять штук.
Глядя на бушующее в топке пламя, Лу Бэйфэн сохранял бесстрастное выражение лица, но в душе его бушевало волнение. Как только эта партия будет готова, он получит последние пятнадцать крупиц эссенции, и его золотой палец — «Печь Восьми Триграмм» — наконец-то активируется.
Он пока не знал, на что она способна, но был уверен: она поможет ему, обладателю нижайшего ранга костей, сделать первый шаг на пути воина. А первым шагом было сгущение Энергии Крови.
Насколько это было сложно? Достаточно было взглянуть на его предшественника.
Тот с детства был бездомным побирушкой и почти не помнил родителей. Самым ярким воспоминанием был старший мальчик, который о нём заботился. Такой же бродяга. Два года они вместе выживали на улице, согревая друг друга в лютые зимы.
Он помнил ту весну. Они радовались, что пережили ещё одну зиму. Просили милостыню на улице, собираясь отпраздновать. И тут перед ними появился мастер Чжан из лавки отваров — тот самый, что заведовал их отварной. Он ощупал кости мальчика, сказал, что у него нижайший ранг, возраст — шесть лет. И «Лавка отваров Пяти Зверей» готова взять его в ученики. А главное — его будут кормить и дадут крышу над головой!
Обезумевший от голода мальчишка не мог отказаться. Он был заторможенным, но не полным идиотом.
А вот его старшему товарищу было уже десять, слишком много. Лавка брала в ученики только пяти-шестилетних.
Жизнь ученика была тяжёлой и утомительной, но мальчик был счастлив. Для него возможность каждый день есть досыта была высшим блаженством.
Первые несколько лет днём он таскал дрова и выполнял другую чёрную работу, а вечерами его учили грамоте и счёту. Позже по вечерам начались тренировки. Другие ученики, не видя результатов, быстро бросали. Но предшественник Лу Бэйфэна был упрям. Несмотря на дневную усталость, он каждый вечер упорно занимался больше часа. И так продолжалось уже семь или восемь лет.
«Кулак Пяти Зверей» он отточил до совершенства. Знал и приёмы, и стойки, и правильное дыхание. Лу Бэйфэн, пробудившись, продолжил тренировки. Но сгустить так называемую Энергию Крови ему так и не удалось.
С нижайшим рангом костей стать воином было невероятно трудно!
— Х-х-х…
Глубоко вздохнув, он отогнал лишние мысли и оглядел отварную. Просторное помещение было заполнено десятками котлов, из которых валил пар. Горячий влажный воздух сгущался, превращаясь в туман, который скрывал всё вокруг. Даже фигуры других учеников едва проглядывали.
Подбросив дров в свои три печи, Лу Бэйфэн принял стойку из «Игры Тигра» — «Тигр, бросающийся на добычу» — и стал ждать. Это тоже была привычка его предшественника.
За последние три месяца он часто думал: раз его предшественник инстинктивно вплёл тренировки в свою жизнь, значит, какой-то талант у него всё же был. Увы, нижайший ранг костей и спящее сознание не оставили ему шансов.
Огонь в топках постепенно угасал. Отвар в котлах загустел.
Три порции «Отвара Шести Гармоний» были готовы!
БУМ!
Обновлено: 03.02.2026