Дорогу к Анклаву, или, как его теперь официально называли, Кварталу «Сердцевина» в Аргосвете, пятеро новых кандидатов проделали в тягаче «Вепрь». Их изумлению не было предела.
Ожидали они увидеть суровую крепость с башнями и дымящимися трубами. Вместо этого перед ними раскинулся… гибрид.
С одной стороны — знакомые каменные и деревянные постройки аргильского стиля, но невероятно аккуратные, с ровными улицами и странными стеклянными панелями на крышах. С другой — геометрически правильные здания из гладкого светло-серого материала, без видимых окон, с плоскими крышами, на которых поблёскивали какие-то конструкции. Над полями, засеянными невиданными, сочно-зелёными культурами с правильными рядами, без единого сорняка, тихо парили небольшие дроны, издавая нежное жужжание.
И патрули. Стража. Но не в грозных «Гоплитах» или даже в каркасах, как у Громова. Это были мужчины и женщины в лёгкой, облегающей форме защитного цвета. На поясах — не мечи, а странные продолговатые устройства, напоминающие укороченные арбалеты без тетивы. На головах — лёгкие шлемы с полупрозрачными щитками. Они передвигались не строем, а парами, постоянно обмениваясь тихими репликами и поглядывая на планшеты в руках. Они выглядели не как воины, а как… специалисты. Технические, собранные, смертоносные в своей эффективности.
«Это… они? — прошептала Силь, прилипнув к окну. — Те самые Железные Боги?»
«Боги, которые пашут землю и чистят улицы, — фыркнула Фирель, но и её взгляд был полон острого любопытства. — Где же летающие крепости и сияющие доспехи?»
«Они здесь, — тихо сказал Аранион, не отрывая глаз от сцены. — Просто… сняли доспехи. Они живут тут.»
Их привезли не в сердце Квартала, а на его окраину, в Кадетский гарнизон «Рассвет». Комплекс из нескольких функциональных зданий вокруг плаца для строевой подготовки. Всё было чисто, строго, без излишеств.
Их встретил не Громов, а пожилой унтер-офицер с седыми висками и живыми глазами — Мастер-сержант Кел. Он провёл для них «краткую и исчерпывающую», как он выразился, экскурсию: казарма, столовая, учебные классы, лазарет, спортзал с непонятными тренажёрами и, наконец, оружейная, где за толстым стеклом покоилось то самое разнообразное и непонятное оружие.
Затем он вручил каждому тонкий, но плотный планшет.
«Ваш график на ближайшие семь дней, — объявил Кел. — Он же — ваш вступительный экзамен. Вы не просто кандидаты. Вы — пробный камень для программы ускоренного набора. Провалите — отправитесь восвояси с почётной грамотой за храбрость и парой шрамов на память. Справитесь — станете кадетами нулевого курса. Всё просто.»
На планшетах горело расписание, от которого кровь стыла в жилах:
· 06:00 — Подъём, зарядка (кросс 5 км с утяжелением).
· 08:00 — Завтрак, затем теория: основы баллистики, тактическая медицина, картография «Стражи».
· 13:00 — Практика: разборка/сборка стандартного кинетического карабина «Булат-М», стрельбы на симуляторах.
· 16:00 — Физическая подготовка: полоса препятствий, рукопашный бой по системе «Клинок-Щит».
· 19:00 — Ужин, самостоятельная подготовка.
· 22:00 — Отбой.
И это — каждый день. С седьмого дня — комплексные полевые учения на полигоне.
Боргард, просмотрев список, ахнул: «Да тут… тут даже поесть нормально не дадут!»
Мастер-сержант Кел ухмыльнулся. «Правильно, косолапый. Здесь не кормят — здесь дают топливо. А топливо должно сгорать. Вопросы? Нет? Отлично. Заселяйтесь. Завтра в шесть ноль-ноль вы должны стоять на плацу. Опоздание — минус один балл. Три минуса — отчисление.»
Вечером они сидели в своей комнате в общежитии (чистой, на четверых, с двумя двухъярусными кроватями и письменными столами). Повисло усталое, но возбуждённое молчание.
Аранион первым нарушил тишину, глядя на планшет: «Баллистика… это про полёт стрелы?»
«Скорее, про полёт куска металла, выпущенного со скоростью звука без помощи тетивы, — мрачно предположила Фирель, лёжа на койке и уставившись в потолок. — Они хотят, чтобы мы стали… ими. Не рыцарями, не магами. Чем-то третьим.»
«Они хотят, чтобы мы выжили, — тихо сказала Силь, перебирая бинты в выданной ей индивидуальной аптечке. — Всё, что они делают — от полей до этих… карабинов — всё для выживания. Эффективного. Без лишних движений.»
Лейра, до этого молчавшая, сидела на подоконнике и смотрела в темнеющее небо, где зажигались не звёзды, а ровные, белые огни уличных фонарей. «Странно, — произнесла она наконец. — Нет стражи у ворот. Нет высоких стен. Только… порядок. Самый жёсткий порядок, который я видела. Он страшнее любой стены.»
Боргард тяжко вздохнул, потирая перебинтованные рёбра. «Ну что, команда… Похоже, наше «большое приключение» только начинается. И, чёрт возьми, — он внезапно широко ухмыльнулся, — я уже не могу дождаться завтрашнего забега с утяжелением. Интересно, они дадут мне гирю побольше, раз я «косолапый»?»
Его шутка, хоть и натянутая, разрядила напряжение. Они засмеялись. Страх никуда не делся. Но его затмило другое — азарт. Азарт перед лицом вызова такого масштаба, о котором они не могли и мечтать в своих походах за золотом и славой.
За окном, под искусственным светом фонарей «Сердцевины», кипела жизнь иной цивилизации — тихой, эффективной, непонятной. А в этой комнате пятеро бывших искателей приключений, каждый со своими шрамами и мечтами, делали первый шаг, чтобы однажды понять её правила и стать её частью. Завтра начинался их настоящий экзамен. Не на силу оружия, а на силу духа, способного вписаться в этот новый, стальной порядок вещей.
Обновлено: 08.04.2026