Глава 20 — Глава 20. Присвоить всё себе?

— Что это значит? — нахмурившись, спросил Лу Тэн, не уловив сути. Ван Лянь пояснила: — Погребённый в водах Будда изначально был обычным водным духом. Он поглотил множество останков буддийских духов, впитал их изначальную энергию, пропитанную силой Будды, и лишь благодаря этому медленно эволюционировал. Но его основа по-прежнему осталась водной, что отличает его от истинных буддийских духов. Обычно стихии воды и будды в нём гармонично сосуществуют, не создавая проблем. Но стоит нарушить этот баланс, как поглощённая энергия Будды обратится против него самого. — Так вот оно что… — задумчиво протянул Лу Тэн. — Но как нарушить этот баланс внутри него? — Этого я не знаю, — покачала головой Ван Лянь. — В древнем фолианте было написано лишь это. Пока они разговаривали, на поле боя произошло нечто непредвиденное. Цинь Цзыюй внезапно отступил на несколько шагов и, сжав обеими руками рукоять меча, высвободил всю свою силу. Пурпурно-лазурная энергия взвилась таким мощным потоком, что сам клинок засиял переплетением двух этих цветов. В тот миг, когда Погребённый в водах Будда ринулся в атаку, Цинь Цзыюй нанёс выпад. Острие его меча вспыхнуло зловещим пурпурно-лазурным огоньком. Этот удар пронзил защищённую чешуёй длань монстра. Не сбавляя ни скорости, ни мощи, клинок пробил чешую на груди твари и прошёл насквозь. Все ошеломлённо застыли. «"Тайная Техника Лазурно-Пурпурной Энергии" воистину несравненна, — восхитился про себя Чэнь Гуань. — Достичь такого уровня владения…» Цинь Цзыюй, успешно поразив цель, грациозно отпрянул назад. Разъярённый монстр бросился в погоню, но через несколько шагов его скорость резко упала. Лицо твари исказилось, глаза вылезли из орбит, а из раны, словно из пробитого шланга, хлестала кровь. Погребённый в водах Будда попытался зажать рану рукой, но это было бесполезно — кровь продолжала фонтаном бить меж его пальцев. Бултых! Монстр рухнул на землю и забился в предсмертных конвульсиях. Все трое возликовали и уже хотели было осыпать Цинь Цзыюя похвалами, но тот вдруг пошатнулся и тяжело осел на землю. — Цзыюй! — встревоженно воскликнула Ван Лянь и тут же подбежала к нему, чтобы проверить его состояние. — Я в порядке. Просто полное истощение, — ответил Цинь Цзыюй. Пурпурно-лазурное сияние вокруг него исчезло, сменившись мертвенной, бескровной бледностью. Ван Лянь, всё ещё изображая беспокойство, наклонилась, чтобы осмотреть его поближе. Цинь Цзыюй хотел было что-то сказать, но в этот миг случилось немыслимое. Изящные пальцы Ван Лянь с молниеносной скоростью пронеслись по его телу, нанеся десятки касаний. Он тотчас застыл в сидячей позе, словно окаменев. — Техника парализующих касаний… Ван Лянь, что ты творишь?! — Лу Тэн и Гунсунь Чжо в ужасе уставились на неё. Ван Лянь неторопливо выпрямилась, изящным жестом поправила густые чёрные волосы и, одарив их улыбкой, произнесла: — Благодарю вас за помощь, одноклассники. Дальше я справлюсь сама. — Что ты имеешь в виду? — не сразу понял Лу Тэн. Гунсунь Чжо уже сжимал в руке меч, принимая боевую стойку. — Ты ещё не понял? — холодно бросил он. — Ван Лянь хочет забрать Семицветный плод Люли себе. — Присвоить всё себе? Ван Лянь, ты думаешь, одна справишься с нами двумя? — наконец осознав происходящее, яростно прорычал Лу Тэн. Он инстинктивно вычеркнул Чэнь Гуаня из уравнения, не считая его за серьёзную боевую единицу. — Не-не-не, — с улыбкой протянула Ван Лянь. — Какой-то плод не стоит таких хлопот. Вашей вины в этом нет, но, к несчастью, никто не должен узнать о том, что здесь произошло. Так что прошу вас помочь мне сохранить эту тайну. — Мы даже не знаем, что ты задумала, — сказал Гунсунь Чжо. Он не спешил нападать, нутром чуя опасность. Ван Лянь только что использовала редчайшую технику парализующих касаний — это означало, что она всё это время скрывала свою истинную силу и была куда опаснее, чем они думали. Он пытался избежать конфликта, надеясь, что им позволят уйти, даже если придётся отказаться от плода. Но Лу Тэн, не отличавшийся сообразительностью Гунсунь Чжо, выпалил: — Так ты всё это подстроила! Ты знала об этом месте и намеренно заманила нас сюда! «И ты только сейчас догадался? — подумал Чэнь Гуань. — Она "вспомнила" о слабости Погребённого в водах Будды, чтобы Цинь Цзыюй смог его убить. Всё это было частью её плана». — Совершенно верно. А теперь будьте добры сохранить мой секрет, — проговорила Ван Лянь и резким движением метнула два ножа — по одному в Лу Тэна и Гунсунь Чжо. Клинки летели заметно быстрее, чем когда она атаковала монстра. Парни едва успели взмахнуть оружием и отбить их, как в следующую секунду их руки свело судорогой, а мечи с лязгом упали на землю. В запястьях каждого торчала тонкая, как волосок, игла. — Парализующие иглы… — Гунсунь Чжо сразу понял, что это было. Вся его рука онемела, будто отнялась. Они попытались вытащить иглы другой рукой, но шанса им не дали. Ван Лянь вновь метнула рой ножей, и им пришлось, забыв об иглах, уворачиваться от смертоносных лезвий. Но ножи были лишь отвлекающим манёвром. Настоящим смертным приговором были бесшумные, невидимые иглы, летящие в их тени. Они не смогли увернуться. Через мгновение, получив ещё по несколько игл, оба рухнули на землю, безвольно дёргаясь в конвульсиях. Чэнь Гуань собирался было объединиться с ними — он прекрасно понимал, что после них Ван Лянь примется за него. Но он не ожидал, что Лу Тэн и Гунсунь Чжо падут так быстро. Увидев её коварные приёмы, Чэнь Гуань не решился бросаться в бой сломя голову, желая сперва увидеть, какие ещё грязные трюки есть у неё в запасе. Увы, Лу Тэн и Гунсунь Чжо оказались слишком слабы, чтобы заставить её раскрыть все карты. Из их отряда в семь человек остались только двое. Хуа Юнь и Хуа Цай были мертвы. Цинь Цзыюй, Лу Тэн и Гунсунь Чжо — обездвижены. Хотя Ван Лянь и не воспринимала Чэнь Гуаня всерьёз, она не собиралась терять бдительность. Расправившись с остальными, она перевела взгляд на него. Нож, неизвестно откуда скользнувший ей в руку, был зажат между тонкими пальцами. Она была готова нанести удар. Чэнь Гуань отступил, прячась за Ружа. Лу Тэн и Гунсунь Чжо не питали никаких надежд на его счёт. Если уж они, лучшие бойцы, были так легко повержены, что мог сделать какой-то Чэнь Гуань? В их сердцах кипела лишь горькая обида на самих себя — за то, что не смогли вовремя разглядеть ядовитую змею, скрывающуюся под прекрасной личиной. Полагаться на Зловещего Очаровательного Кролика? Даже если это редкий экземпляр, он не представлял для Ван Лянь ни малейшей угрозы. Ей, скорее всего, даже не понадобятся её иглы. Он не выдержит и простого удара ножом. Увидев, что Чэнь Гуань прячется за своим питомцем, Ван Лянь скривила губы в насмешливой ухмылке. — А тебе повезло, раздобыл редкого Зловещего Очаровательного Кролика. Жаль только, что такая зверушка твою жизнь не спасёт. Едва прозвучали эти слова, нож сорвался с её пальцев и, превратившись в полоску холодного света, в мгновение ока достиг мордочки кролика, намереваясь пронзить его голову.