Получив огромное количество инструментов, Ли Циньу был в восторге. Теперь ему было плевать на людей, влачащих жалкое существование в Поселении Тягот. У него была только одна мысль: строительство, строительство и ещё раз, мать его, строительство!
Оставив Хобгоблинов наблюдать за людьми, всех остальных гоблинов Ли Циньу отправил на работу!
Он приказал им валить лес, выкорчевывать пни. Срубленные деревья тут же обрабатывались: шли на строительные материалы, вбивались в землю как сваи. Пустыри перекапывали под посадку принесенного картофеля.
Когда каждый гоблин получил своё жилье, Ли Циньу приказал вырыть в земле яму, набросать туда кучу древесины, поджечь и засыпать землей. На следующий день, раскопав яму, они получили отличный древесный уголь.
Имея уголь, Ли Циньу тут же построил печь для обжига. Пройдясь вдоль реки, он нашел глину и слепил несколько пробных горшков.
Гончарное дело оказалось не таким уж сложным: лепишь из глины нужную форму, раскаляешь печь и ставишь изделие внутрь.
Если первый обжиг не удался и пошли трещины — не беда. Разбиваешь брак в пыль, подмешиваешь во вторую партию глины, и успех почти гарантирован.
В тот же день Ли Циньу успешно обжег партию керамики: горшки, миски, тарелки. Выставив новенькие котлы в ряд, он собрал всех гоблинов.
Держа в руках глиняную миску, Ли Циньу торжественным голосом диктора новостей обратился к племени:
— Братья! С этого момента мы широким шагом выходим из дикости сыроедения в эру приготовленной пищи! Это маленький шаг для племени, но огромный скачок для всего рода гоблинов! Пусть вы пока не понимаете, что это значит, но время всё расставит по местам. Сегодня работы не будет, набивайте животы, ешьте столько, сколько влезет!
По команде Ли Циньу гоблины погрузились в океан радости. Следуя его инструкциям, они развели костры, установили глиняные котлы, налили воды и закинули туда свежее мясо и овощи.
С этого дня гоблины под началом Ли Циньу навсегда простились с сырым мясом и кровью. За поедание сырого или питьё сырой воды теперь полагалась порка.
Люди на стене молча наблюдали за ликующими гоблинами, не понимая, какая муха их укусила на этот раз.
Последние дни гоблины не атаковали замок. Они только рубили лес, копали ямы и строили. Граница леса отступала всё дальше, хижин становилось всё больше, вырисовывался контур настоящей деревни. Скорость строительства поражала людей до глубины души.
Гоблины построили деревню меньше чем за месяц! Людям на такое потребовалась бы куча денег, еды, а лорду с писарем пришлось бы ночами корпеть над планами и распределением рабочих, чтобы осилить такой объем.
Хана, Монд и Лео стояли на стене, с мрачными лицами глядя на деревню гоблинов. Шум оттуда не утихал с утра, заставляя их нервничать в ожидании атаки.
А оказалось, у тех вечеринка! Они варят суп! И самое ужасное — запах мяса доносился до замка, заставляя голодных людей страдать. Неужели эти твари готовят так вкусно?!
За эти дни вскрылась фатальная проблема: если еды могло хватить месяца на три, то вода кончилась.
При строительстве замка они думали только о защите от магических зверей и не предполагали осады, поэтому источник воды внутри не предусмотрели.
Оказавшись в блокаде больше месяца, они выпили все запасы. Теперь вся надежда была на Хану, которая магией конденсировала водную стихию.
Хана превратилась в живой кулер. Целыми днями она либо колдовала воду, либо медитировала, восстанавливая ману. Она осунулась, под глазами залегли темные круги.
Уставшая Хана потянула носом воздух. Она различила в запахе супа крольчатину, оленину, морковь, лук... Густой мясной аромат заставил её рот наполниться слюной.
— Проклятье! Эти ублюдки шумят с самого утра, что они празднуют? Праздник Света?
Дворецкий Монд, учуяв запах овощей, тоже сглотнул:
— Наши запасы тают, без свежих овощей у меня уже давно запор...
Лео горестно вздохнул:
— Без свежего мяса солдаты слабеют. Если гоблины пойдут на штурм, воины даже мечи поднять не смогут. А господин Ланс с момента возвращения не выходит из комнаты, он совсем... эх...
Все трое вздохнули. После спасения Ланс стал дерганным, заперся у себя и боялся высунуть нос. Такое состояние лидера вогнало гарнизон в глубокое уныние.
Пока они предавались упадническим настроениям, к стене подошел один из Хобгоблинов. Сердца людей сжались.
Гоб-Копьё подошел прямо под стену и громко спросил:
— Эй, человеческая самка, говорящая по-гоблински, ты тут? У Босса есть вопрос!
Хана опешила, перевела это остальным.
Переглянувшись, она спросила:
— Что хочет узнать ваш вождь?
— Босс говорит, сегодня знаменательный день, гоблины шагнули из одной эпохи в другую. Я хз, чё это значит, но короче: какое сегодня число? Эту дату потом в учебники гоблинской истории запишут.
Люди переглянулись в недоумении. Что за бред?
Хана решила, что ответ на этот вопрос безопасен:
— Сегодня 20-е число 4-го месяца 4352 года Эры Богов.
Гоб-Копьё постоял пару минут, запоминая цифры, а затем поднял мешок и потряс им.
— Босс предлагает сделку: мешок овощей за набор письменных принадлежностей!
Ха? Гоблины хотят письменные принадлежности? Этот мир окончательно сошел с ума?
Троица смотрела на мешок с едой, судорожно глотая слюну. Как и сказал Монд, они давно не видели овощей. На одном черном хлебе без клетчатки люди страдали от запоров, даже у прекрасной Ханы испортился цвет лица.
Пока они колебались, Гоб-Копьё начал терять терпение.
— Меняемся или нет, рожайте быстрее! Босс сказал, вы, люди, вечно тормозите. Он клянется своим великим именем Короля Гоблинов, Поработителя мириад рас, Бича мира, Разрушителя богов, Единственного законного владыки Магического Леса, Артура Луи Романова Цинь Шихуанди, что в овощах нет яда! Шевелитесь, я жрать хочу!
В итоге старый дворецкий Монд сбросил свой письменный набор и получил овощи.
Позже они проверили еду — яда действительно не было. Верхушка замка разделила овощи между собой, немного облегчив свои страдания. Что до простых крестьян — не до них сейчас, пусть терпят.
Гоб-Копьё прибежал в лагерь, отдал инструменты Ли Циньу и побежал набивать брюхо.
Ли Циньу развернул пергамент, макнул перо в чернила и начал чертить. Он планировал столицу будущей Империи Гоблинов!
* * *
Обновлено: 22.01.2026