Прошло целых три часа, прежде чем Тянь-Тянь и Линь Цинь наконец пришли в себя.
— Странно, мы же были в ресторане. Как мы оказались здесь… — от внезапного провала в памяти у них разболелась голова. Но Цзяо Цзяцзинь терпеливо объяснил им, что произошло.
— Простите… — опустила голову Тянь-Тянь, готовая к упрёкам. — Это я виновата, не надо было её приводить…
— Эй, красотка, ты чего? — почесал в затылке Цзяо Цзяцзинь. — Ты тут ни при чём. Она так хорошо притворялась, что любой бы обманулся.
Но долгие годы унижений в реальном мире уже изменили её.
— Нет, — покачала головой она. — Ци Ся и Цзян Лин сразу поняли, что с ней что-то не так, а я всё равно позволила ей остаться… Это моя вина…
— Да, это твоя вина, — ровным голосом, в котором не было ни тени эмоций, произнёс Цзян Лин, подойдя к ней. — Я тебя накажу.
— Умник, может, не надо? Она же девушка…
— Напиши-ка мне объяснительную записку, не меньше пятидесяти иероглифов.
Цзяо Цзяцзинь и Тянь-Тянь замерли. Она-то думала, её сейчас хорошенько отлупят, а он всего лишь просит написать объяснительную.
— Ты не будешь меня бить? — с сомнением спросила она.
— Хватит болтать, живо за дело! — зная её характер, нарочито грубо рявкнул Цзян Лин.
Она вздрогнула и, подобрав с земли кусок угля, присела на корточки и начала писать. И даже не заметила, как на её губах появилась давно забытая улыбка.
Цзян Лин с удивлением смотрел на выводимые ею иероглифы. Хоть её профессия и не была почётной, но писала она на удивление красиво — плавно, изящно, как и подобает воспитанной девушке. Он вздохнул. Похоже, её жизнь была куда трагичнее, чем он думал.
Закончив, она робко встала рядом, словно школьница, ждущая оценки учителя.
Цзян Лин с важным видом проверил её работу.
— Ладно, проехали. Больше к этому не возвращаемся.
— Я думала, ты меня побьёшь… — с облегчением выдохнула она.
— С чего бы это? — небрежно махнул рукой Цзян Лин, чувствуя укол совести. — Я с девушками так не поступаю.
Когда с этим было покончено, они собрались снова отправиться на поиски игр Зодиаков. Но уже вечерело. По оригинальному сюжету, Ци Ся, лишившись всех своих «Дао», которые сожгла Сяо-Сяо, вернулся с Линь Цинь в тот магазинчик, чтобы занять одно «Дао» у Офицера Ли. Но вместо него он застал занимавшихся любовью Доктора Чжао и Сяо Жань, от которых и узнал, что Офицер Ли и Адвокат Чжан, из-за разногласий, покинули их.
Цзян Лин, припомнив, что ничего важного в эту ночь не происходило, остановил собиравшегося уходить Ци Ся.
— Постой, уже темнеет. Сейчас мы успеем дойти разве что до игровой зоны Земляного Быка, но там нужно слишком много людей. Двадцать человек мы сейчас точно не наберём. Так что предлагаю отдохнуть. Шансы, что мы сегодня чего-то добьёмся, слишком малы.
Ци Ся, подумав, согласился. Они исследовали меньше одного процента города. Впереди их наверняка ждали игры с куда более щедрыми наградами. Торопиться не было смысла.
На следующее утро их разбудил голод.
— Эх, если бы то мясо не было отравлено, я бы сейчас им объелся, — вздохнул Цзяо Цзяцзинь.
— В медвежатине много жира. Этой энергии нам хватило бы на два дня, — сказал Ци Ся. — Ты сейчас голоден, потому что у тебя пустой желудок. Если совсем невтерпёж, выпей воды.
Цзяо Цзяцзинь, услышав это, тут же схватил бутыль, которую Цзян Лин прихватил из ресторана, и принялся жадно пить.
Приведя себя в порядок, они покинули общежитие. К удивлению Цзян Лина, они случайно набрели на заброшенный клуб го. Это была игровая зона Человека-Свиньи.
Этот Человек-Свинья, как и Сяо Шухуа, был ярым поклонником Белого Агнца. Вот только был он с гнильцой. Он сам вызвал Ци Ся на «ставку на жизнь» и в итоге проиграл.
— Господа, не хотите сыграть в мою игру? — с улыбочкой обратился он к ним. — Это чистая удача. Если повезёт, сможете заработать много «Дао»!
Услышав про «много “Дао”», Ци Ся тут же заинтересовался.
— Какие правила?
— После начала игры я дам вам сто камней для го, пятьдесят чёрных и пятьдесят белых, — с энтузиазмом начал объяснять тот, видя, что они клюнули. — Вы можете как угодно распределить их по двум чашам. Затем я их перемешаю, надену вам на глаза повязку, и вы должны будете выбрать одну чашу и вытащить из неё чёрный камень. Если вытащите чёрный — вы победили, и я верну вам двойную ставку.
Бам!
На стол перед ним упал туго набитый мешочек.
— Ва-банк! — Цзян Лин швырнул перед ним все свои «Дао». — У нас тут больше сотни. Ставим всё!
— Цзян Лин, в этой игре нет стопроцентного способа победить. Ставить всё — слишком рискованно, — нахмурился Ци Ся.
Человек-Свинья тоже перепугался. А что, если этот придурок и впрямь выиграет? Он же разорится!
— Максимальная ставка — пять «Дао», — тут же добавил он новое правило.
— Ну, пять так пять, — пробормотал Цзян Лин и, толкнув Ци Ся в бок, подмигнул: — Ну что, сыграем?
— Не бойся, если будешь играть, я прослежу, чтобы он не мухлевал, — поддержал его Цзяо Цзяцзинь.
Ци Ся, подумав, протянул Человеку-Свинье пять «Дао» и сел за стол напротив него.
— Итак, игра начинается, — с презрительной усмешкой произнёс тот. — Если я замечу хоть малейшую подсказку, тут же накажу.
— Хватит болтать, начинай уже! — недовольно проворчал Цзяо Цзяцзинь.
Человек-Свинья усмехнулся, высыпал на стол сто камней и поставил перед Ци Ся две одинаковые чаши.
— Прошу.
Ци Ся тоже усмехнулся. Он сразу понял, что это не «игра на удачу» с шансами пятьдесят на пятьдесят, а задачка по теории вероятностей, замаскированная под азартную игру.
Он сгрёб все камни в одну чашу, а затем, взяв оттуда один чёрный, положил его в другую.
— Я готов. Можно начинать.
Обновлено: 22.01.2026