Распространяя зловонные миазмы своего человеческого присутствия, я нёсся по этому храму первозданной кристально-магической природы. Спешил я, несясь на всей скорости, что позволяли мне развить водяные ролики, в сторону одного из проходов, подмеченных мной ещё в первые дни. Особенность этого была в относительно большом тоннельном размере и маленьком, но стабильном уклоне, уносящем тоннельчик вертикально вверх. Это, конечно, мало что на самом деле говорило, и совсем не факт, что этот тоннельчик действительно собирался вывести меня куда-то наверх, но это был один из лучших вариантов.
Так, перебарывая неприятные мысли, определённо наводимые на меня в том числе при посильной поддержке многострадального организма, изнывающего по нормальным условиям жизни, я и передвигался. Мысли в голове были разные, но практически все упаднические и пораженческие. Собственно, в какой-то мере именно из-за того, что в голове и роился ураган, состоящий исключительно из негатива, я и мог так легко от этого урагана отстраниться, впадая в необычное состояние потока. В этом состоянии, ни капли не отвлекаясь на мысли, я просто делал дело, на автомате выполняя необходимое. На автомате двигаясь, на автомате решая, куда дальше, и так же на автомате вступая в немногочисленные стычки с местной фауной.
Наконец, прибыв в нужное место, я огляделся лучом внимания, после ступая внутрь тоннеля, через время ощущая под своими ногами уже много менее гладкий каменный пол, вновь стартуя разгон.
Хотелось бы рассказать, как камень проносился мимо меня, поражаясь моей скорости, оставаясь позади навечно застывшей удивлённой массой, но реальность была бессердечна, и когда подъём стал маломальски ощутимым, мой способ передвижения стал требовать от меня чуть больше сил, а выдавать заметно меньшую скорость.
Собственно, так, через время и не без трудностей, тоннель вывел меня в небольшой зал, из которого, в свою очередь, отходило ещё 11 ходов, в которые я смог бы поместиться, и ещё больше, в которые я поместиться бы не смог. Походил этот испещрённый тоннельчиками зал на логово каких-нибудь муравьёв или ещё какой насекомовидной дряни, однако таковой в местных пещерах просто не водилось.
Заглянув в каждый, я пошёл по пути наименьшего сопротивления, выбрав вновь осторожно стремящийся вверх тоннель.
Путь оказался недолгим и разочаровывающим. Какие-то десять минут — и мне приходилось идти обратно, оставляя позади первый за этот день тупик.
Второй тоннель кончился вовсе через сотню метров. Кончился он водоёмом, и водоёмом неотравленным. Даже больше: через каких-то двадцать метров этот водоёмчик выходил в новый тоннель, отчётливо уходящий ввысь. Так что бесполезным этот путь было не назвать, по крайней мере, в нём я наполнил флягу и знаю, что в случае чего тут можно и поплавать, хоть последнего и очень не хочется.
Так началась великая инспекция:
Третьим, я, не оставляя надежд, выбрал тоннельчик с отчётливым уклоном. Неоправданно. Пара сотен метров — и очередной тупик.
Четвёртый, самый широкий из всех, немного уходящий горизонтально вверх. Итог — тупик.
Пятый, неприметный тоннельчик, вход в который располагался на высоте в два метра. Сложность входа не оправдалась — тупик.
Шестой, широкий, уходящий немного вниз, был пройден на километр. Снижение хода только увеличивалось, а прикинув, ориентируясь на карту и свои воспоминания, я развернулся, ибо, похоже, этот тоннельчик из кристальной области стоял у меня третьим в списке потенциальных выходов.
Седьмой, обычный горизонтальный, был пройден на полтора километра. Выйдя в широкий тоннель, подобный тому, в котором я очутился после подводных догонялок, я развернулся, возвращаясь в зал. Потенциально неплохо, что есть хоть какие-то пути, но я тут выход ищу, а они обычно располагаются именно в залах, подобных тому, в который я возвращался. В общем, без проверки всех ходов в этом искать новый зал было просто глупо.
Восьмой — тупик через триста метров.
Девятый вывел к глубокой расщелине. До дна усиленный луч не достал, так что вела эта расщелина как минимум до низа второго уровня пещер, а может, вовсе доставала до третьего или и того глубже, неважно.
Десятый — бассейн отравленной воды через семьсот метров.
Вернувшись в зал, я сразу отправился во второй ход — за пополнением водяного баланса во фляге.
Тот факт, что последние, по меньшей мере, четыре часа скитаний не принесли мне практически ничего, немного разочаровывал. Причём не только меня, но и желудок, отчего-то раньше ведший себя смирно, а сейчас решивший разбушеваться, выпрашивая еды и посылая неприятные волны боли. Несколько хороших глотков воды немного исправили ситуацию, но не сильно.
Устало привалившись к стене, я присел, переводя дух. Все эти блуждания наводили меня на некоторые мысли. Мысли о том, что я, возможно, не очень умен и сообразителен и ищу вообще не то, что нужно искать.
А основывается моя блестящая мысль на том, что кристальная зона наполнена действительно хорошими кристальными ингредиентами, которые можно продать за отличные деньги. Вот только на Плато Трёх Пик распространены ресурсы, наполненные жизненной энергией, ещё ядовитые и стихии земли, а также стихии тьмы. Причём «распространённые» ресурсы стихии тьмы по большей частью добываются всего несколькими группами, что осмеливаются спускаться на третий уровень подземелья. Всё это я к тому, что если бы ресурсы из кристальной зоны добывали, то я бы об этом узнал. Не о самой зоне или её местоположении, а банально о существовании ресурсов этой стихии в реалиях местного рынка.
Но их не было. Из этого может следовать всего пара выводов.
Либо существует кто-то, кто упрямо скрывает наличие подобной зоны в местных пещерах, монополизируя её, причём не продавая ресурсы после добычи, а вывозя куда-то далеко. Очень дырявая и сомнительная версия, хотя бы потому, что за всем никогда не уследить.
Либо о кристальной зоне просто не знают. И это вообще-то не такая уж и удивительная теория. Всё-таки исследуются подземные глубины исключительно самостоятельными группами мальцов удалых, и какой-то «сверки карт» или чего-то подобного здесь не происходит и в помине. То есть пещеры исследуются фрагментированно, и мотивации «лезть туда, куда ещё никто до меня не лазил» у авантюристов нет, потому что никто и не знает, где находятся места, куда «ещё никто до меня не лез». Всё это означает, что «тёмных мест» на карте пещер полно — в особенности из-за невозможности нормально видеть под водой и невозможности большинства быстро определить, где отравленная вода, а где обычная, там, где проход может быть немного затопленным...
Скосив «взгляд» на стоящую посреди мёртвой тишины воду, я быстро поднялся, подходя к источнику воды как можно ближе, готовясь использовать усиленный луч внимания на полную мощность, может, даже немного выходя за пределы.
Двадцать метров. Какие-то двадцать метров обычной воды отделяло меня от тоннеля, так заманчиво и резко уходившего наверх. Вот только до дна водоёма я так и не достал...
В голове всё сильнее разгоралась, в общем-то, логичная мысль о том, что за моей спиной ещё несколько непроверенных проходов, в одном из которых легко может оказаться выход. Но моё тело уже медленно и осторожно погружалось в такую бодрящую колодезно-холодную жидкость...
Вдох — и за телом в воду погрузилась и голова.
В этот раз не было никаких метаний. Внимание сфокусировано на далёких глубинах, тело расслабленно гребёт, быстро приближаясь к цели, готовясь выжимать максимум, если придётся, и получится.
Но.
Ничего не происходило.
Неспеша доплыв и спокойно выйдя, вновь глотая пещерный воздух, я неожиданно для самого себя обнаружил на лице довольную улыбку. Прервав феерию тяжёлым вдохом, я поспешил вперёд, с удовольствием ощущая, как тоннель уходит всё выше и выше.
***
Удивительно, насколько проще оказалось сражаться с обычными ящерицами. Отсутствие необходимости выцеливаний слабых мест и других танцев с бубном, позволяющих точно поразить их кристальных собратьев, ощущалось глотком свежего воздуха, впрочем, быстро омрачаясь абсолютно смешной добычей.
Однако, проходя мимо трупов маленькой ящериной стайки, я действительно вдохнул посвежевшего воздуха. Может, это было иллюзией, но воздух на первом уровне пещер, на который я определённо поднялся, чувствовался намного более свежим, чем ниже.
— Но на поверхности вкуснее...
Так что, наугад определив дальнейшее направление, я продолжил путь, сменив объёмные тоннели на хаотичную массу вечно расширяющихся и сужающихся проходов, сулящих мне за каждым поворотом долгожданное спасение.
Проходясь среди уже менее мрачных сводов, я вспоминал, насколько живыми эти пещеры могут быть. Насекомые и маленькие ящерки сновали тут и там, создавая непередаваемую атмосферу подземной жизни. Особенно заметно это было из-за отсутствия у меня факела, от которого местная живность имеет привычку прятаться. Твари побольше, представляющие собой, обычно, одну-две охотящихся ящерицы, тоже встречались, но те быстро отправлялись на покой.
Чуть побродив и присмотревшись к тому, где я нахожусь, я наконец вновь заскользил, найдя длинный тоннелеобразный проход вроде того, по которому я ходил однажды в составе группы, периодически проверяя также отходящие ходы, в особенности те, в которых виднелся подъём.
В общем-то, ничего по-настоящему интересного в пещерах и не было, однако даже снуя по ним и не находя выходов, я всё равно не сбавлял темп, будто бредущий по пустыне бедуин, за каждым барханом, или, в моём случае, за каждым поворотом, ощущая прохладу приближающегося оазиса.
И счастливый момент моего единения с пусть и блеклым, лишь отражённым, но солнечным светом однажды настал.
Трудно было сказать, что моё сердце наполнилось восторгом или воспроизвести другой восторженный эпитет. Нет. Скорее, ноша, лежащая на моей спине, стала чуть легче, в особенности когда глаза засвидетельствовали наконец своё существование, обозревая окружающий мир и быстро находя направление, ориентируясь на далёкие тёмные шпили.
Было громко. Какофония шелеста, далёких скрипов, криков зверей и тихого, но многоголосого бубнежа насекомых после несколько стерильной тишины второго подземного уровня были готовы сбить меня с толку, но я сдержал наплыв таких знакомых звуков, уверенно направляясь в сторону цивилизации.
И пусть, судя по трём пикам, ближе мне было бы пойти в другой городок, но особенного смысла в этом не было. Как-то не виделось мне угроз на ночном плато, в особенности учитывая, что находился я пусть и близко, но не в центре плато, то есть посреди извечных предместий, которые, как я считал, несли для меня минимальную опасность. В особенности учитывая ночь, во время которой гоблины не склонны охотиться, предпочитая отсиживаться в своих логовах.
Путь, как обычно на плато бывает, был скорее вертикальным, чем горизонтальным, вытягивая бесконечными подъёмами и спусками из меня, кажется, остатки моих и так невеликих сил. Мой импровизированный кристальный посох уже давненько использовался скорее как трость, помогая мне преодолевать последнее испытание этих дней. Прямо говоря, я давно продолжал путь только благодаря мыслям о сытной горячей еде, вкусном безымянном зелёном отваре и мягкой постели, призывающих к себе моё истощённое тело.
Так, неторопливые шаги вывели меня наконец к моей цели. Пусть я немного заблудился, выходя не к привычным лестницам авантюристов, а оказываясь у резкого обрыва, однако вид мирных полей, тускло освещаемых лунным светом, и городка, утопающего в огнях ночной жизни, примерял меня с необходимостью сделать небольшой крюк к лестницам, ведь главное не это. Главное — я выжил.
***
Азуми аккуратно ворочалась в постели, неспособная уснуть. Аккуратно, потому что, несмотря на бессонницу, последнее, что она хотела, — так это разбудить мягко посапывающую рядом воспитанницу.
Мрачные, навязчивые мысли, как и многие ночи до этого, возвращались к одному и тому же человеку. Сердце сжималось тисками от мыслей о том, что могло произойти с Александром.
А ведь началось всё буднично. Александр ушёл в одиночку в пещеры, да, она переживала, но знала, что, как и десятки раз до этого, он справится. Вот только, вернувшись вечером с Рафталией со своего рейда, Александр не вернулся. Как не вернулся и на следующий день, и на следующий, и на следующий.
Опасения быстро превратились в реальную панику. Азуми узнала всё, что могла: в гильдии он не появлялся, в пещерах каких-то серьёзных событий не происходило. А самое плохое, что даже отправиться искать его было попросту невозможно, так как она не знала даже место, в котором Александр вошёл в пещеру, не говоря уже о других необходимых деталях.
Все всё понимали. Люди, которых она опрашивала, сама Азуми, да и Рафталия, в последние дни каждый вечер проводившая в слезах. А с каждым днём шанс его возвращения терялся, заставляя Азуми впервые сталкиваться с одним из привычных ужасов жизни авантюриста.
Внезапно посреди ночи раздался приглушённый стук.
Подняв голову, девушка недоумённо посмотрела в сторону двери, не находя ни единой разумной догадки, кто бы это мог быть.
Однако так же неожиданно смелая догадка прогремела в мыслях пушечным выстрелом. И девушка резко подорвалась, вскакивая с постели и подбегая к двери, не замечая, как сзади на неё недоумённо и капельку сердито смотрят два глаза.
Небольшой засов отлетел стремительным движением руки, а в следующее мгновение дверь распахнулась.
***
Едва Александр постучал, как тяжёлая деревянная дверь тут же распахнулась.
По ту сторону двери стояла Азуми. Её большие изумрудно-зелёные глаза, полные смеси надежды и страха, напряжённо впились в нежданного гостя. Напряжение, сковавшее её тело, медленно начало отступать, уступая место дрожащему изумлению.
Два человека замерли. Казалось, будто они общались взглядами, однако момент недвижимости был прерван, когда стремительно пронесшаяся мимо Азуми тень резко врезалась в тело вторженца, будто комета, рыжеволосая и дрожащая от слёз комета...
Почти сразу к нему прижалось и второе тело. Безмолвно вцепившись в одежду и отпуская долго копившееся напряжение. Отпуская потоком счастливых, но горьких слёз, тут же прячащихся в его одежде.
— Я вернулся?..
Решив не задерживаться в коридоре, он, мягко придерживая отчаянно вцепившихся в него девушек, вошёл в комнату, захлопывая за собой дверь.
Спустя полчаса, наполненных слезами, тихими утешениями и нежными поглаживаниями по головам, девушки наконец начали успокаиваться.
Первой пришла в себя Рафталия. Она затихла и с ещё большей силой, чем прежде, прижалась к его боку. Казалось, в отличие от своей подруги, ей не нужны были слова — ей было достаточно одного его присутствия. Хватало того, что он здесь, рядом, и с ним всё в порядке.
После настала очередь Азуми. Глубоко вздохнув, девушка подняла голову выше, встречаясь своими заплаканным, но твёрдым взглядом с мягким и успокаивающим. Но девушка не собиралась идти на поводу у своего друга, уверенно и твёрдо произнеся:
— Рассказывай. Всё...
Рассказ о событиях, что, казалось, растянулись на целый месяц, закончился всего за десяток минут. Даже сглаживая углы, Александр чувствовал, как, слыша про некоторые ситуации, девушки испуганно дрожат. Закончив, Александр вновь встретился с взглядом Азуми, только теперь в нём плескалось целое море мрачной уверенности, и, уже открыв рот, девушка одернула себя, продолжая безмолвно бурить взглядом собеседника.
Переведя взгляд на свою воспитанницу, устало ворочающуюся в попытках, не расцепляя объятий, найти удобное для сна положение, героиня вернула взгляд на Александра, тут же мягко, но настойчиво толкая его. А тот не пытался сопротивляться, послушно укладываясь на кровать и позволяя Рафталии занять место у его правого бока. Азуми легла рядом, вновь утыкаясь в плечо, через секунду поднимая голову, недовольно бормоча:
— Убери робу, она мокрая...
Дождавшись выполнения просьбы, девушка перестала себя сдерживать, собственноручно выставляя чужую руку так, чтобы та стала удобной подушкой, тут же устраиваясь на ней.
Тишина, нарушаемая лишь тихим сопением, была разрушена тихим, но твёрдым голосом.
— Теперь ты наша подушка. И. Никаких. Больше. Рейдов. В. Этом. Месяце...
В ответ раздался тихий голос.
— А если один, ма-а-а-аленький, а потом сразу долгий отпуск?..
— Я тебя убью...
В ответ девушка увидела лишь мягкую улыбку, расцветающую на его губах.
----------------------------------------------------------------
Конец первой арки.
Всем уёй с вами Luxxx
Итак, год. Ровно год мне потребовался на то, чтобы написать эту арку с начала (относительно) и до конца. Факапов было немало, и итоговый результат уж точно не мой максимум, но я доволен.
За время написания я успел пережить творческий кризис, а еще изрядно хапнуть горя в реальной жизни. Однако арка закончена, я еще жив и готов писать, а многие проблемы остались в далеком прошлом.
И что дальше?
Новая, пока безымянная книжная серия, первая глава которой уже лежит на бусти (БЕСПЛАТНО!!!!) писаться которая будет параллельно написанию щита.
Ну и, конечно, я не собираюсь бросать написание щита, второй арке которого БЫТЬ. Во второй арке изменится скорость повествования и общая структура, надеюсь, вам это придется по вкусу. А в остальном спасибо всем, кто читал меня, в особенности бустерам, вас немного, но я ценю вашу безмолвную поддержку. Читайте первую главу новой книжки, оценивайте. И до скорого) https://boosty.to/luxxx
Обновлено: 17.01.2026