«Малец, они вышли на меня. Я прятался столько лет, но от судьбы не уйдёшь. Впрочем, я рад. За эти годы я встретил тебя, и теперь все мои знания и навыки будут жить дальше. Я прожил жизнь не зря. Малец, не вздумай мстить за меня. И не пытайся выяснить, кто такие «они». Их сила огромна. Ты даже не представляешь, с чем придётся столкнуться, тебе с ними не тягаться».
«Получив это сообщение, не возвращайся. Не ищи моё тело. Немедленно лети в Китай, устройся в любую больницу и делай то, что ты любишь больше всего — лечи людей. Живи спокойно, доживи до глубокой старости — это всё, чего я хочу для тебя».
«Если ты, упрямый осел, всё-таки решишь мстить... запомни: не смей даже приближаться к ним, пока не освоишь «Канон Долголетия» до четвертой ступени! До этого момента — тише воды, ниже травы. Я постарался стереть все связи между нами, но я не знаю, смогут ли они выйти на тебя. Поэтому будь осторожен»!
«И ещё. Все деньги, что ты заработал за эти годы, я сохранил. Карту швейцарского банка найдёшь в тайнике, код ты знаешь. Прощай, малец!»
Сидя в кресле самолёта, летящего в Китай, Е Сю прокручивал в голове эти слова снова и снова.
Это было последнее послание Старика.
Оно было отправлено за тридцать минут до взрыва. Вчера, отключив телефон на время операции, Е Сю не получил его сразу. Он прочёл его только после того, как покинул Гарлем, растерянный и одинокий.
В тот момент, глядя на светящийся экран, он снова разрыдался.
Даже перед лицом смерти Старик думал о нём. Заботился о нём!
Сердце Е Сю сжималось от невыносимого раскаяния. Почему он раньше не ценил уроки наставника? Почему ленился, почему не вкладывал всю душу в тренировки, которые давал ему Старик?
Если бы он был усерднее, если бы стал сильнее... возможно, вчера вечером он не был бы таким беспомощным свидетелем чужой расправы!
Но Е Сю понимал: сожалениями горю не поможешь. Сейчас нужно исполнить волю Старика — вернуться в Китай, залечь на дно и фанатично, одержимо наращивать свою силу.
Только став сильнее, он сможет покарать убийц.
«Старик, спи спокойно. Как бы трудно это ни было, сколько бы времени это ни заняло — я отомщу. Клянусь».
Спустя долгое время Е Сю сделал глубокий вдох, загоняя бурю эмоций вглубь души.
— А-а-а!
Внезапно тишину салона, где Е Сю только-только успокоился, глядя на облака, разорвал пронзительный женский визг.
Огромный детина, сидевший через проход, резко вскочил, схватил проходившую мимо стюардессу и мощной рукой сдавил ей горло. Именно она и закричала.
В ту же секунду с соседних кресел поднялись ещё двое крепких парней с волчьими взглядами. В их руках, словно по волшебству, сверкнули армейские ножи. Как они пронесли оружие через контроль безопасности — оставалось загадкой.
— А-а-а! Господи!
Пассажиры, осознав происходящее, впали в панику. Салон наполнился хаотичными криками ужаса.
— Заткнулись! Всем заткнуться, мать вашу! Иначе всех перережу!
Мужчина, удерживающий стюардессу, взмахнул ножом перед носом у ближайших пассажиров, рявкнув так, что заложило уши.
Вид холодного оружия и безумные глаза налётчиков подействовали мгновенно. Крики стихли. Люди вжались в кресла, боясь даже громко дышать, чтобы не привлечь внимание этих отморозков.
Десять тысяч метров над землёй. Бежать некуда. Помощи ждать неоткуда. А эти трое выглядели как законченные головорезы, для которых перерезать глотку — всё равно что высморкаться.
Угон?
Е Сю, сохраняя внешнее спокойствие, холодно наблюдал за действиями бандитов. В глубине его глаз вспыхнуло мрачное пламя. Его душа сейчас была переполнена болью и яростью, требующими выхода. И эти ублюдки, казалось, сами напросились под горячую руку.
Видя, что стадо присмирело, трое громил удовлетворённо переглянулись. Они потащили полузадушенную стюардессу в сторону кабины пилотов.
— А ну, открывай дверь! Живо!
— Нет... не могу... — стюардесса отчаянно замотала головой.
Она понимала: открывать дверь нельзя. Если террористы доберутся до пилотов, жизни всех людей на борту окажутся под угрозой.
— Ах ты дрянь! Жить надоело? Мой нож слез не понимает!
Лезвие прижалось к нежной шее девушки, и по коже побежала тонкая струйка крови.
Бандит явно знал, что делает. Его рука была твёрдой: он пустил кровь для устрашения, но не задел жизненно важных артерий.
— А-а! — стюардесса снова вскрикнула от ужаса и боли.
— Открывай, сука! Или я тебе глотку вскрою!
Главарь упивался страхом жертвы, его лицо исказила садистская ухмылка.
— Я... — девушка хотела снова отказаться, но вдруг замерла.
Её взгляд, скользнув поверх плеча мучителя, зацепился за движение в салоне. Один из пассажиров встал.
В то время как все остальные, дрожа от страха, пытались слиться с обивкой кресел, этот молодой парень просто встал и вышел в проход.
«Что он делает?»
«Он что, не понимает? Это смерть!»
На мгновение забыв о ноже у собственного горла, стюардесса испугалась за этого безрассудного юношу.
— Э?
Трое бандитов тоже почувствовали неладное. Проследив за взглядом заложницы, они резко обернулись.
И увидели Е Сю.
— Эй, пацан! Ты что творишь? Жить надоело? — рявкнул один из подельников, и в его глазах мелькнула угроза.
Е Сю промолчал. С абсолютно пустым, спокойным лицом он шаг за шагом приближался к ним.
— Ты покойник, щенок!
Поняв, что парень их не боится и даже идёт в атаку, бандиты озверели. Ближайший к Е Сю амбал с рычанием выбросил вперёд руку с ножом, целясь прямо в грудь. Он даже не сомневался в успехе — перед ним стоял тощий, бледный юнец, похожий на хилого студента.
— Ах!
— Осторожно!
Стюардесса и несколько пассажиров вскрикнули в один голос. Люди зажмурились, не в силах смотреть на то, как парня сейчас насадят на нож, словно кусок мяса.
Но звука вспарываемой плоти не последовало.
В тот момент, когда острие ножа уже касалось одежды, тело Е Сю странным, нечеловеческим образом изогнулось, пропуская лезвие в миллиметре от сердца. И одновременно с этим его кулак выстрелил вперёд.
Этот кулак, казавшийся таким хрупким, взорвался чудовищной мощью.
Удар пришёлся точно в солнечное сплетение. Огромный амбал, весивший под сотню килограммов, оторвался от пола и, пролетев пару метров, с грохотом рухнул в проход, хватая ртом воздух.
В салоне повисла мёртвая тишина. Люди остолбенели.
Двое оставшихся бандитов на долю секунды впали в ступор.
Этого мгновения Е Сю хватило. Он сорвался с места, словно стрела, выпущенная из лука, устремляясь к главарю, державшему стюардессу.
— Ах ты...
Главарь опомнился первым. Его лицо перекосило от ярости, и он дёрнул рукой, намереваясь полоснуть ножом по горлу заложницы, чтобы остановить нападавшего.
Но он опоздал.
Его рука ещё только начала движение, когда плечо пронзила адская боль, будто по нему ударили железным ломом. Пальцы сами собой разжались, нож отлетел в сторону, а хватка на шее девушки ослабла.
Не давая ему опомниться, Е Сю нанёс следующий удар. Словно кузнечный молот врезался в грудную клетку бандита. Тот отлетел назад, сбивая с ног третьего подельника, и оба кучей свалились в проходе.
Мгновенно вырубив двоих и освободив девушку, Е Сю слегка выдохнул. Он бегло осмотрел стюардессу, убедился, что рана неопасна, и перевёл ледяной взгляд на последнего оставшегося противника.
Обновлено: 20.01.2026