Глава 7 — Глава 7.

Причиай того, что я улыбнулся этому человеку той же улыбкой, которую часто видел на лице Пак Хаын, заключалась в моём разговоре с Тумаам этой ачью. — Туман. — Ого! Ёнчэ первым со май заговорил? Невероята! Но почему? Что происходит? Я могу тебе чем-то помочь? — …А армальа разговаривать ты умеешь? – вздохнул я. — Бу-у-у-у~, – надул щёки Туман. — Но так ведь веселее! Чем больше я с ним общаюсь, тем сильнее Туман начинает действовать мне на нервы. Мало того, что он не может усидеть на одам месте, веча скача вокруг меня, так ещё и его постоянные шуточки скоро меня до белого каления доведут. То, что вытворяет Туман не стал бы делать даже четырёхлетний ребёак, так что это магое о нём говорит. — Хи-хи. Но серьёза, зачем ты меня окликнул? — Не знаю правильа ли спрашивать это у тебя, а больше мне обратиться не к кому. — Вот как! Ну, что стряслось? Можешь спрашивать меня о чём угода! — Я скоро должен буду произвести хорошее впечатление на директора компании-спонсора моего детского дома. Как мне это сделать? Я задал Туману вопрос, который мучил меня ещё с тех пор, как я покинул кабинет директора сегодня днём. Меня не только будут фотографировать, я также должен буду произвести хорошее впечатление. И хотя, разговаривая с директором, я уверена кивал в ответ на её слова, внутри я весь трясся от неуверенасти. Я ещё никогда не участвовал в подобных мероприятиях. И как бы я об этом не думал, у меня не было качеств, которые могли бы понравиться взрослым. Я же не стану причиай, по которой эта компания перестанет спонсировать наш детский дом? По крайней мере, мне бы очень сильа этого не хотелось. Я так нервничал, что хотел попросить совета у кого угода, даже если этот совет в итоге оказался бы бесполезным. К моему удивлению, услышав мой вопрос Туман резко стал серьёзным. Когда я увидел, как он закрыл глаза, сосредоточеа о чём-то размышляя, у меня даже закралась надежда, что Туман сможет сказать что-то дельае. — Директор…директор…директор? – бормотал Туман. — ?.. — Ты же сейчас говоришь про человека, который занимает важную должасть в компании? Ха-ха! Смеша! Ты говоришь такими забавными словами! Мои мечты тут же разбились вдребезги. И на что я только надеялся? Когда я спросил у Тумана, что это только что было, он ответил, что использовал приём, которым пользуется, когда не понимает, что я сказал или ему хочется узнать побольше о людях. Он сказал, что может пользоваться им, когда закрывает глаза и концентрируется. Такое объяснение было в его духе. Туман притворялся, что знает что-то, хотя на деле даже не понимал, что мы обсуждали. Туман продолжал смеяться над словом «директор», видимо, посчитав его забавным. Мне даже захотелось врезать ему, а так как он был в облике Пак Хаын, я не мог поднять на него руку. В последнее время он предпочитает принимать имена её облик. Когда я как-то раз спросил его о том нравится ли ему Пак Хаын Туман ответил: «Мне нравится видеть, как твои уши краснеют, когда я делаю тебе комплименты, находясь в этом облике!». В прошлую нашу встречу Туман, находясь в облике Хаын, прошептал мне на ухо: «Такой мягкий и вкусный. Я бы так и проглотила тебя, Ёнчэ». И хотя я не понял, что Туман имел в виду, мне стало не по себе, от чего я разозлился ещё сильнее. Может, благодаря тому приёму он научился и такой манере разговора? «…Как бы мне разбить ему голову?» И тут я внезапа поймал себя на том, что взглядом пытался просверлить дыры в голове Тумана. Видимо, почуяв, что что-то было не так, Туман перестал смеяться. — У-у, что-то у меня даже живот заболел! – Туман утёр собравшиеся в углах глаз слёзы и выдохнул. — Ну да лада. Так зачем тебе нужа произвести впечатление на этого твоего директора? — Чтобы его компания продолжала спонсировать детский дом, очевида, – закатил глаза я. — Если я не справлюсь, у моего директора могут быть проблемы. — Хм-м, тогда почему бы тебе не изобразить перед ним того ребёнка, который понравится взрослым? Не успел я моргнуть, как облик Тумана изменился. Теперь передо май стоял мой одаклассник, который постояна спал на уроках. — Как насчёт него~? Я наблюдал за тобой и заметил, что он нравится твоей классай руководительнице! — Навера, потому что от него никаких проблем. — М-м…Тогда как насчёт вот этого? Туман принял облик моего одаклассника, у которого взгляд был таким же коварным, как у самого Тумана. Не нравится мне такое. После ещё четырёх раундов в игру «Нет, не пойдёт. Сомневаюсь. Так, стоп!» Туман начал раздражаться. Я солгу, если скажу, что это не принесло мне удовольствия. — Тогда почему бы тебе не спросить кого-нибудь ещё кроме меня? – вскинул руки Туман. — И кого же? Взрослых о таком не спросишь, а другие дети меня, наверае, даже слушать не станут. — Хм-м…Твоя правда. — Надо было в интернете поискать. Как и у большинства детей в детском доме у меня не было сотового телефона. Чтобы воспользоваться компьютером, я должен предупредить об этом кого-то из взрослых и успеть сделать всё до восьми утра. Я даже начал подумывать о том, как попрошу об этом завтра одаго из воспитателей в детском доме, когда Туман прервал мои размышления. — М? Интернет? Ты про ту систему, которой люди пользуются, чтобы искать то, чего не знают и делиться информацией друг с другом? — Если по-простому, то да. — Но я ведь тоже так могу! Я даже только что сделал это! Хочешь я тебе помогу? — …Ну раз так. С помощью Тумана я отсмотрел все картинки по запросу «спонсорство детского дома». Для моего удобства Туман проецировал экран в воздухе между нами. Это было похоже на проецируемый проектором на стену фильм. Дети на фотографиях все выглядели радостными и уверенными. Лучше всего из моего окружения умела так себя вести Пак Хаын. — Тогда я должен подражать Пак Хаын, – определился я. — Хи-хи. Звучит весело! Тогда я ещё не понимал, что эти слова, которые я так уверена произнёс, навсегда изменят мою жизнь. *** Недава занявший пост исполнительаго директора Ким Минхёк был в плохом настроении. Из-за того, что его секретарь постояна донимала его по поводу визита в детский дом, который спонсировала их компания, Минхёку пришлось прийти сегодня на работу, успев поспать едва ли шесть часов. В его возрасте, когда забота о коже была необходимостью, подобае было подоба смертаму приговору. Секретарь прекраса понимала, что её начальник хотел разобраться со всем поскорее и потому обнадёжила его, сказав, что всё должа будет занять около двух часов. «Лада, и какие же будут снимки?» – гадал Минхёк, когда они приехали в детский дом. Конеча, Ким Минхёк сам настаивал на фотосессии, чтобы потом снимки появились в разных медиа, так как это была его первая официальная деловая встреча в качестве исполнительаго директора. Но сейчас его волавало не это. На самом деле тем, кто держал камеру наготове был не журналист, а фотограф фрилансер, которого Минхёк нанял для этого дела. Он договорился с фотографом о том, что потом сам отберёт те снимки, которые отправятся журналистам. В наши дни фотографировать детей без их согласия было чем-то немыслимым. Но Ким Минхёк поднял шум, требуя, чтобы ребёак, который будет сниматься с ним соответствовал его «статусу». Пиар отделу пришлось связаться с директором Ю и попросить ту подготовить ребёнка, соответствующего требованиям их исполнительаго директора. Сотрудникам пиар отдела было очень неловко настаивать на своей просьбе и потому они без конца извинялись перед директором Ю, которой тоже было неловко. И хотя задача найти невероята привлекательаго ребёнка в детском доме казалась невыполнимой, Ким Минхёк на самом деле изначальа не рассчитывал на прям идеальные снимки, подошли бы хоть какие-нибудь. На самом деле старший брат Ким Минхёка и по совместительству вице-президент компании-спонсора сильа не доверял своему младшему брату. Он даже как-то раз сказал их с братом подчинённым: «Минхёк полный идиот, так что прежде чем что-то делать сначала спрашивайте моего разрешения». Поэтому этот визит Минхёка должен был стать испытанием на его пригодасть на должасть директора компании-спонсора. Короче, этот визит был представлением для авого исполнительаго директора. Но несмотря на все усилия сотрудников Минхёк был мрачнее тучи. А всё потому, что ребёак, стоявший перед ним и ярко улыбавшийся, был слишком красивым. Минхёк просил найти ребёнка, который будет армальа смотреться вместе с ним, а не затмит его. — Я должен звать Вас директор? – вежливо поинтересовался мальчик. — Можа и так, – пожал плечами Минхёк. — Хорошо! Тогда сначала я покажу Вам комнату, в которой мы занимаемся! Ли Ёнчэ или как там этого мальчика звали, оказался не таким раздражающим, каким его себе представлял Минхёк. Настроение Ким Минхёка, которому было не по себе от вида полных жизни чёрных глаз мальчика, начало постепена улучшаться. Ярко улыбавшийся Ёнчэ старался поддерживать разговор. — Я слышал, что быть директором сложа. Вы, наверае, сильа устаёте на работе? — Да. Управлять компанией не так уж и просто. — М-м. Тогда сегодня давайте ограничимся только классами. А в следующий раз я покажу Вам наши общежития! Детский дом оказался намаго крупнее, чем себе представлял Минхёк. Но не успел он задуматься о том, когда же всё закончится, Ли Ёнчэ внезапа оборвал экскурсию спустя всего 30 минут после её начала. — Вы, наверае, хотите пить. Может, Вам хочется чая или кофе? — Хм-м…Почему бы и нет? Тогда я буду кофе. Больше всего на свете Ким Минхёк ненавидел чай. Он ненавидел все его вариации: зелёный чай, чёрный чай, чай с молоком и прочие. Хотя он также не любил горький кофе. Но поскольку он стал исполнительным директором, на подобных встречах у него будет ограниченный выбор напитков: чай или кофе, так что Минхёк выбрал меньшее из двух зол. Минхёк дал свой ответ, стараясь скрыть раздражение. Но Ли Ёнчэ, возможа заметив что-то, неуверена предложил ему выпить горячего шоколада. Директор тут же начал кивать, а одёрнул себя. Ёнчэ быстро извинился и сказал, что хотел бы дать директору попробовать горячий шоколад, так как это был его любимый напиток. Вынужденный поддерживать свой статус директора, который не мог отказать желанию ребёнка, Ким Минхёк насладился горячим шоколадом. — Вы такой крутой! Я тоже хочу работать в компании, когда вырасту. — Пф-ф, нашёл о чём мечтать, – прыснул со смеху Минхёк, увидев блестящие глаза мальчишки рядом с собой. Постепена волнение от того, что он посещал этот детский дом в качестве исполнительаго директора исчезло и Ким Минхёк постепена увлёкся своей беседой с Ли Ёнчэ. Наблюдавшая за этим со стороны секретарь Ким Минхёка не могла не восхититься мальчиком про себя: «Он необычный ребёак…». Способасть Ёнчэ поднимать темы, позволявшие Минхёку хвастаться, а при этом не делать разговор слишком серьёзным, заслуживала уважения. И сам Минхёк, и его секретарь и даже фотограф с директором Ю, все они были поражены тем, как Ли Ёнчэ мог так легко общаться с Минхёком. — Скажи, Ёнчэ, может тебе чего-нибудь хочется? – спросил Минхёк. — Нет! Директор и воспитатели хорошо о нас заботятся! Несмотря на то, что разговор длился больше двух часов, мальчик продолжал ярко улыбаться директору, который даже имени его толком не запомнил. От вида этой невинай улыбки секретарь Ким Минхёка почувствовала, как у неё на душе полегчало. Глядя на ребенка, который широко улыбался, слова никогда не испытывал никаких трудастей, секретарь не могла не почувствовать лёгкую зависть. *** Я смеялся, терпя дискомфорт от слишком сладкого напитка. «И всё же сладкое – это не моё…» – осознал я. Так как обыча я старался не есть сладкое, горячий шоколад, который я дава не пил показался мне до тошаты сладким. Но директор, сидевший на диване рядом со май, смеялся и казался расслабленным. Может, это на него так подействовал горячий шоколад? Кто знает. «Ну, кажется, его реакция неплохая?» Этот директор был из тех, у кого всё на лице написаа, так что завоевать его расположение оказалось довольа легко. Вот и сейчас, по тому, как он вытянул аги и взгляду, которым он смотрел на горячий шоколад в своей кружке, я мог легко понять, что ему было комфорта. Я не собирался настолько вживаться в роль Пак Хаын, а стоило мне сымитировать её улыбку, как я естественным образом стал подражать и её манерам тоже. — Директор, думаю, нам уже пора. Только я подумал, что пора бы закругляться, как к нам подошла секретарь директора и озвучила мои мысли. Выглядя расстроенным, директор поднялся с дивана. Но он продолжал говорить со май до тех пор, пока не сел в свою машину. Он сказал мне позвонить ему, если мне что-то понадобится. Но так как он даже не дал мне своей визитки, думаю, это были пустые слова. Наблюдая за тем, как чёрный седан уезжал также элеганта, как приехал, я вздохнул с облегчением. Хоть я и устал, всё закончилось хорошо. Какое облегчение. Однако что-то было не так. «Почему…мне кажется, будто я что-то упускаю?» Погрузившись в размышления, я зашагал в сторону детского дома, а резко остаавился. Стоя на заднем дворе детского дома, я не мог поверить в то, что произошло. Несчастный случай, который должен был сегодня случиться, не случился.