Глава 10 — Глава 10.

Как и ожидалось от великолепного актёра Ли Чонхён мгновенно превратился в уставшего и измученного жизнью «Чувона». Во всём, что он изображал по сценарию можно было чётко ощутить усталость Чувона. Хотя Чувон был готов поддержать любое начинание своей сестры, он не хотел, чтобы она заходила так далеко. Чувон много раз говорил своей сестре, что это дело было не по зубам для новоиспечённого учителя, вроде неё, но женщина и слушать его не желала. Это была первая ссора с момента гибели их родителей. Чувон издал протяжный вздох. — Мистер! Это ваш мяч? – заговорил с Чувоном подошедший к скамейке мальчик. На его голове была надета жёлтая шляпа. И хотя мальчик был не маленького роста, его яркая улыбка не позволяла относиться к нему не как к ребёнку. А ещё из-за того, что он произносил «йо» как «ё»*. *П/П: В корейском языке есть два варианта буквы «ё»: «여» (йо) и «요» (ё). Разница между ними в произношении. Например, «여» произносится с открытым как у рыбы ртом, но не вытянутыми в трубочку губами; «요» произносится также, как русская «ё». ГГ использовал второй вариант. — Нет, – ответил Чувон, даже не взглянув на мальчика. В его голосе слышалось неприкрытое раздражение. — Можно, я тогда его ненадолго возьму? Я обязательно потом его верну! – не сдавался мальчик. Он улыбнулся ещё шире и немного похлопал ресницами. — Оставь меня в покое. Какое отличное произношение и выражение лица тоже что надо! Чувон посмотрел на мальчика разъярённым взглядом и тот в страхе отступил на несколько шагов назад. Его глаза были широко распахнуты. Теперь ребёнок-актёр должен был выйти из кадра, а Чувон – вздохнуть. Это стало бы концом сцены. Посмотрев на готовый результат на экране камеры, Ким Чохан довольно улыбнулся. Сочетание Чувона, который был мрачнее тучи, и ярко улыбающегося мальчика оказалось просто невероятно удачным. Ребёнок-актёр, утверждавший, что никогда раньше нигде не снимался, вёл себя в кадре естественнее настоящих актёров. Но что ещё важнее, мальчик не пытался быть в кадре дольше положенного. «Я правильно поступил, что не взял на его роль профессионального актёра», – кивнул сам себе Чохан. Ким Чохан настаивал на том, чтобы взять на эту роль ребёнка, которого они нашли бы прямо в этом парке, так как он смог бы искренне отыграть свою роль. В отличие от таких детей, актёры, будь они детьми или взрослыми, часто были жадными до экранного времени. Стоит дать актёру пару фраз, как он тут же воспринимает это как возможность преодолеть свои пределы и показать себя во всей красе. По мнению Ким Чохана это было глупо и высокомерно. Он ненавидел, когда актёры пытались вложить в свои короткие реплики какой-то глубокий смысл. Это стало ещё одной причиной, по которой Чохан настаивал на нахождении исполнителя этой второстепенной роли прямо в парке. «Должно быть, этот мальчишка очень смелый.» По рассказам члена съёмочной группы, который представил Ким Чохану этого ребёнка-актёра, он обладал очень ярким и жизнерадостным характером. Возможно именно поэтому его поведение казалось естественным, а не просто изображением данной ему роли. Но куда сильнее Чохана поразило то, что этот мальчик не обращал совершенно никакого внимания на то, как он выглядел в кадре. Но только улыбающийся Ким Чохан начал думать, что скоро сможет крикнуть «снято», как вдруг актёры на площадке перед ним стали импровизировать. — Неудачник… – донеслось с площадки бормотание одного из актёров. *** О, так вот какая она настоящая актёрская игра. Я с восхищением наблюдал за тем, как по команде режиссёра «мотор» лицо актёра Ли Чонхёна мгновенно изменилось. Его нежные глаза, по которым можно было предположить, что Ли Чонхён и мухи не обидит, мгновенно сделались свирепыми. Вместе с нахмуренными бровями и шаркающими шагами они отлично передавали его раздражённость. Превратившийся в Чувона Ли Чонхён медленно брёл к скамейке в парке. Как только он сел на скамейку и протяжно вздохнул, пришло моё время появиться в кадре. Отсчитывая оставшиеся до моего появления секунды, чтобы появиться точно вовремя, я продолжал повторять про себя: «Я Ким Сухан. Я Ким Сухан». Ким Сухан был моим соседом по парте в последнем семестре пятого класса. Он даже пригласил меня сходить с ним в компьютерный клуб после церемонии окончания семестра. Он был жизнерадостным и легкомысленным. Ким Сухан всегда улыбался, прямо как Пак Хаын. Вот только порой его улыбка становилась какой-то раздражённой. Решив однажды выяснить, что крылось за его раздражённой улыбкой, я выяснил, что Сухан раздражённо улыбался только, когда говорил о своём старшем брате. «Вчера мой брат снова играл в свою приставку у меня на глазах. Я думал, что умру настолько это было раздражающе.» «И он ведёт себя так постоянно. Когда я вчера попросил его дать и мне поиграть в приставку, он меня поколотил.» «Это раздражает, согласны? Хотя он купил её на собственные накопления с карманных денег, он никогда не даёт мне поиграть в неё…как неудачник какой-нибудь.» Чтобы лучше сконцентрироваться на своей роли я вспомнил не только его фразы, но и поведение Ким Сухана в разные моменты времени. Ким Сухан, раздражённый тем, что его старший брат не дал ему поиграть в свою приставку. Ким Сухан, улыбающийся, когда его отчитывали за невыполненную домашнюю работу. Ким Сухан, ёрзающий на стуле в ожидании звонка с уроков, чтобы побежать в компьютерный клуб. Прокрутив всё это у себя в голове, я вышел на площадку перед камерами. — Мистер! Это ваш мяч? К тому моменту, как эти слова сорвались с моих губ, я уже полностью вжился в свою роль. Всего мгновение назад я был словно глубоко погружён в свои мысли, но вот я уже стоял в парке как Ким Сухан. — Нет. — Можно, я тогда его ненадолго возьму? Я обязательно потом его верну! Холодный ветер, ласкавший мои щёки, немного действовал мне на нервы. Я забыл взять с собой запасной мяч и знал, что если сейчас вернусь домой, то уже больше сегодня не выйду на улицу, не в такую погоду. Я хотел, чтобы мужчина поскорее отдал мне мяч…почему-то он выглядел ужасно раздражённым. Я издал нервный смешок, пытаясь хоть как-то успокоиться, стоя перед этим пугающим мужчиной. — Оставь меня в покое. Мужчина не обратил на мой смешок никакого внимания и стал выглядеть ещё злее. Его пугающее поведение заставило меня неосознанно сделать шаг назад и развернуться к нему спиной. Мне было немного стыдно за то, что я испугался. Блин, лучше уж я тогда домой пойду. Хотя там всё равно делать нечего. Брат снова будет играть в свою приставку в одиночку. И почему он просто не может дать и мне в неё сыграть? — Неудачник… – случайно вырвалось у меня. Мужчина, видимо, посчитавший меня глупым ребёнком, закричал на меня. — Неудачник? Неудачник?! Что ты там вякнул, щенок? Я невольно вздрогнул. Мужчина выглядел по-настоящему злым. И не успел я даже рта открыть, чтобы оправдаться, как он окатил меня новой волной криков. — Ты прямо как моя младшая сестра! Если я дам его тебе, а этот мяч даже не мой, и случится что-то непредвиденное, кто понесёт за это ответственность?! Ты?! — … — Ты действительно похож на неё! Строишь из себя крутого, отказываясь при этом нести какую-либо ответственность! И ты смеешь называть меня неудачником? Пыхтевший мужчина успокоился только тогда, когда не получил от меня никакой ответной реакции. Я не удержался и сказал. — Вы тоже не даёте поиграть в свою игровую приставку вашей сестре? — Что? — Мой брат никогда не даёт мне поиграть в его приставку, прогоняя меня прочь. Неудачник…он всегда оставляет всё лучшее себе. Теперь мужчина смотрел на меня распахнутыми глазами. Я впервые говорил гадости о своём брате у него за спиной и это немного меня взбудоражило. — Вы тоже оставляете всё лучшее себе? — Эй…просто уйди, ладно? Ты слишком много болтаешь. На самом деле это он здесь болтает без умолку, а теперь ещё и ведёт себя раздражённо. Я надул щёки и продолжил. — Когда я вырасту, то куплю приставку, которая будет лучше, чем у брата, на свои собственные деньги. И я не буду давать ему играть в неё. — Делай что хочешь. — Вам стоит разрешить вашей сестре поиграть в вашу игровую приставку, пока ещё не слишком поздно. Мужчина состроил странное лицо, словно никогда раньше не встречал кого-то вроде меня. И хотя на его лице было сложное выражение, оно казалось мне странно знакомым. — Снято! Резкий голос вернул меня в реальность. Когда я повернул голову в сторону голоса, то увидел смотрящих на меня странными взглядами людей. Шире всех из них рот был открыт…у режиссёра. Ой, точно, мы ведь снимали сцену для дорамы. Я наконец пришёл в себя. Меня занесло. И это ещё мягко сказано. Я тут же опустил голову и извинился. — Извин… — У меня прям мурашки по коже! Режиссёр, вы тоже это видели? Тебе точно нужно стать актёром! – перебил меня актёр Ли Чонхён. Подойдя ко мне, он спросил у меня действительно ли я раньше нигде не снимался. Затем, потянув меня за щёки, Ли Чонхён похвалил меня за отличную импровизацию. Остальные члены съёмочной команды наблюдали за нами любящими взглядами. Режиссёр подошёл ко мне с суровым выражением на лице. — Ты вообще…сценарий читал? — Что? – хлопнул глазами я. — Сценарий! Ты читал его перед тем, как мы начали съёмку?! – повторил свой вопрос режиссёр. На помощь мне, не знавшему как ответить, пришёл представивший меня этому режиссёру фотограф. Он сказал, что мне давали сценарий, но только той сцены, в которой я должен был сыграть. Однако не до конца убеждённый режиссёр переводил взгляд с меня на фотографа и обратно. Ли Чонхён тем временем подхватил меня на руки и закружился на месте. При этом он хвалил меня, называя гениальным актёром. — Эм, мистер, – выдавил из себя я. — Я же просил Вас звать меня хённимом! — Угу. Хённим…не могли вы уже опустить меня на землю? Не зная, что делать, так как оказался в таком положении впервые, я виновато склонил голову. Обнимавшие меня за талию руки вызывали у меня странные ощущения. Он держал меня крепко, не давая мне упасть, но мне всё равно было не по себе. Опустив меня на землю, Ли Чонхён потрепал меня по голове, сказав, что я выглядел очень мило, когда смущался. — Режиссёр, эта была отличная импровизация, согласны? Она отлично продолжает прошлую сцену, в которой Чувон поссорился со своей сестрой. Я думаю, нам стоит оставить всё как есть. — Нет. Давайте попробуем ещё раз. Но когда Ли Чонхён было опустил голову, расстроившись, режиссёр устремил свой пронзительный взгляд на меня. — Мы оставим реплики без изменений, но ты, ребёнок-актёр, сядешь на скамейку… — Режиссёр, его зовут Ёнчэ, – поправил Ли Чонхён режиссёра, когда он снова назвал меня «ребёнком-актёром». — Да-да, – махнул рукой режиссёр и продолжил. — Ёнчэ, ты должен будешь после своего появления сесть на скамейку и повторить всё, что сказал только что. Чувон, ты должен будешь выглядеть шокированным. Ёнчэ, справишься? И вот так я стал сидеть на скамейке вместе с Чувоном. Когда я снова повторил свои реплики, сцена закончилась на том, что Чувон смотрел на меня удивлённым взглядом. В отличие от прошлого дубля, когда всё внимание было сосредоточено на Ли Чонхёне, в этот раз мы сняли сцену с разных ракурсов. Иногда я должен был говорить свои реплики, глядя прямо в камеру, но я настолько увлёкся своим погружением в роль Ким Сухана, что даже не заметил оказываемого на меня давления. Всё прошло без сучка без задоринки. Только Ли Чонхён снова закружился со мной на руках, приговаривая, что мы должны будем в будущем снова снятся вместе, когда съёмка закончилась. *** — Тест пройдён~. Отлично! Ха-ха! — Ладно, а теперь отпусти меня… – попросил я Туман усталым голосом. Но принявший облик Ли Чонхёна Туман продолжал подбрасывать меня в воздух. Прекрати уже, придурок. — С тех пор, как я встретил тебя, у меня не бывает скучных дней! Как такое возможно?! Ты лучший! Испытание завершилось успехом. По-видимому, когда я представил, что я на самом деле Ким Сухан, мои частицы несчастья просто отвалились от меня. Конечно, они снова прилипли ко мне, как только съёмки закончились, но предсказанные Туманом несчастья не случились, так как поток частиц несчастья был временно нарушен. — И что ты теперь будешь делать? Почему бы тебе не попробовать притворяться разными людьми каждый день? — Ну не знаю. Всё не так просто. Притворяться кем-то другим оказалось намного утомительнее, чем я думал. — Кроме того, притворяться кем-то другим в повседневной жизни постоянно, как перед камерами, не выйдет. — Вот как? А я думаю, что это будет весело! — Тебе-то может и будет весело, но вот директору вряд ли. Неужели нет никакого способа избежать несчастий, не вызывая при этом у окружающих странных взглядов? «Если бы только у меня был ещё один шанс…» Я откинулся на спинку стула, который для меня создал Туман, и задумался. К моему удивлению, шанс, которого я так хотел, представился мне на следующий же день.