Глава 7 — Глава 7

*** Лира закатила глаза с такой силой, что Гермионе показалось, будто они вот-вот выскочат из орбит. — Джеймс, ты придурок, — бросила она и повернулась к Гермионе. — У него напрочь отсутствует способность к сопереживанию, так что не обращай внимания. — Кто бы говорил, — фыркнул Джеймс. — Не ты ли всего неделю назад довела Пенелопу Кристал до слёз? — Отличное замечание, — Лира коротко кивнула. — Так зачем мне общаться с тем, кто мне не нравится? — Я… я не знаю? — неуверенно пробормотала Гермиона. — Вот и я не знаю, — почти небрежно отозвалась Лира. — Так почему мне кажется, что ты выглядишь так, будто думаешь, что мы выглядим так, будто считаем тебя занудой? Гермиона невольно сжалась и слабо пожала плечами. — Что? — переспросил Седрик. — Да, — подхватил Джеймс, — в этом не было ни малейшего… — В этом был идеальный смысл, — Лира предостерегающе подняла палец. — И раз уж я позволяю тебе находиться рядом — значит, в тебе определённо есть что-то особенное. Когда в прошлый раз первокурсник попытался тратить моё время, я подвесила его за лодыжки на Астрономической башне. — Это Лира так притворяется, будто внутри она не сущий добряк и не помогает каждому встречному мелкому, — вставил Седрик. — Гермиона, — Джеймс заговорил медленно, тщательно подбирая слова. — Мне кажется, в твоём прошлом есть нечто такое, из-за чего тебе неуютно среди сверстников. Я не собираюсь преуменьшать твой негативный опыт, но поверь, не всё в мире устроено так, как ты привыкла думать. Ты славная девочка и заслуживаешь всего того доброго, что есть в этой жизни. И не позволяй никому убедить тебя в обратном. — Ну да, в общем, всё то, что он сейчас сказал, — добавила Лира. Будь на месте Гермионы кто-то другой, его бы задело это напускное безразличие, но Лира была язвительной по натуре. — Ты умна, у тебя доброе сердце, и ты верный друг — отличные причины для того, чтобы я занялась твоей радикализацией. И вообще, — продолжила она, как будто это было в порядке вещей, — ты гораздо взрослее обычных одиннадцатилеток. Настолько, что я бы не удивилась, окажись ты путешественницей во времени, застрявшей в теле ребёнка. Прямо как мы с Джеймсом. — Никакие вы не путешественники во времени, — протянул Седрик. — Седрик, если не замолчишь, я позволю тебе снова умереть, — голос Лиры прозвучал пугающе серьёзно. — Дизентерия — скверный способ уйти, Седрик, — добавил Джеймс и снова повернулся к Гермионе: — А если серьёзно: ты нам дорога. Обещаем. Он выхватил палочку. — Клянусь своей магией. Да будет так! Лира ударила его в горло. *** Гарри, Рон и Гермиона сидели за столом в хижине Хагрида, в очередной раз пытаясь убедить его избавиться от драконьего яйца. Но лесничий, казалось, твёрдо решил игнорировать любые доводы. Гермиона уже собиралась разразиться новой тирадой о безумии содержания дракона в деревянном доме, когда в дверь постучали. — О, а это, небось, Дамблдор, — пробасил Хагрид, отстраняя Гермиону с пути так легко, словно она была привидением. За порогом и впрямь стоял Альбус Дамблдор. Его взгляд скользнул по комнате, и в уголках глаз собрались весёлые морщинки, когда он заметил троицу. — Ах, кажется, у тебя уже есть гости, — сказал он. — Добрый день, юные друзья. — Извиняйте, ребятки, — проворчал Хагрид. — Нам с профессором надобно кое о чём потолковать. Гермиона, проигнорировав его слова, обратилась к директору: — Профессор, вы ведь скажете Хагриду, что нельзя держать драконье яйцо в деревянной хижине? Сквозь густую бороду Хагрида проступил густой румянец. Дамблдор же удивлённо приподнял бровь. — Я посмотрю, что можно сделать, — ответил он с явными нотками забавы в голосе. — Но нам с Хагридом действительно нужно обсудить важные дела. — Ага, в лесу в последнее время убийства пошли… — Хагрид. — Ой, точно… виноват, профессор, — Хагрид покраснел ещё сильнее. — Убийства? — переспросил Гарри. — Не о чем беспокоиться, — улыбнулся Дамблдор. — Но мы уйдём на некоторое время, так что вам лучше вернуться в замок. Прошу прощения, что прерываю ваш вечер. — Всё в порядке, профессор, — ответила Гермиона с довольным видом. — Идёмте, вы двое. Стоило им выйти на порог, как на смену удушающему жару хижины пришла бодрящая прохлада раннего весеннего вечера. Гарри невольно передёрнулся от холода, пока они пробирались обратно к замку. На полпути он всё же не выдержал: — Как думаете, о чём они? Об этих убийствах. — Кто их знает, — отмахнулся Рон. — Это же Запретный лес. Там наверняка постоянно кого-то убивают. Гермиона уже открыла рот, чтобы возразить, но в этот момент сверху послышался топот — кто-то на полной скорости нёсся прямо на них. Прежде чем Гарри успел сообразить, кто это, в него врезались с такой силой, что он отлетел на землю. — Ой… — простонала Лира Малфой. Кряхтя, Гарри поднялся. Столкновение вышло жёстким. Лира тоже с трудом вставала на ноги, и всё раздражение Гарри мгновенно улетучилось при взгляде на неё. Под глазами залегли тёмные тени, а причёска представляла собой кошмарное зрелище — и это не был тот привычный, тщательно выверенный беспорядок, который она обычно носила, а самый настоящий хаос. — Простите, — рассеянно бросила она и уже собиралась уйти, даже не попытавшись уколоть их напоследок. — Стой! — Гермиона схватила её за локоть. — Что случилось? Лира затравленно перевела взгляд с одного на другого, а затем огляделась по сторонам, словно проверяя, нет ли поблизости лишних ушей. — Вы видели Джеймса? — спросила она. — Это… это важно. — Нет, но, может, мы поможем? Что бы там ни стряслось, — предложила Гермиона. — Что происходит? Лира замялась, неосознанно потирая карман мантии. — Мне просто… мне нужно поговорить с профессором Дамблдором. Профессор МакГонагалл сказала, что он пошёл сюда. — Его там больше нет, — ответила Гермиона. — Ага, он только что ушёл в Запретный лес с Хагридом, — добавил Рон. — Эти двое всегда были малость того. Новость оказалась сокрушительной. Лира в ужасе уставилась на них, и Гарри был уверен: не будь её лицо таким раскрасневшимся от бега, она бы смертельно побледнела. — Он в лесу? — выдохнула она. — Блядь. Гермиона поморщилась, но проигнорировала ругательство. — Лира, что произошло? — Он охотится за Камнем! — выкрикнула Лира, вцепившись пальцами в волосы. — Проклятье, я должна была догадаться… Она замолчала, бормоча что-то себе под нос и озираясь так, будто Дамблдор мог свалиться прямо с неба. Гарри почувствовал, как внутри всё похолодело. Гермиона в изумлении округлила глаза и выпустила руку Лиры. — Ты знаешь о Камне? — прошептала она. Лира закрыла лицо руками. — Да откуда вы-то про него знаете? — пробормотала она скорее себе, чем им. — Джеймс… чёрт бы его побрал, исчезает в самый неподходящий момент. — Мы поможем, — внезапно сказал Рон. Лира вскинула на него взгляд. Он немного стушевался под её напором, но не отступил. — Мы должны. Иначе… Сами-Знаете-Кто получит Камень, верно? Нам нужно остановить Снегга. Она долго смотрела на него, и выражение её лица было невозможно прочесть. Гарри никогда не горел желанием объединяться с Лирой Малфой, но сейчас он был полностью согласен с Роном. К тому же, ведьма калибра Лиры определённо не помешает, если им придётся сразиться со Снеггом. От этой мысли по спине снова пробежал холодок. Снегг никогда не любил своих учеников, а Гарри — в особенности. Если он заполучит Камень, и ему нечего будет терять… что он сделает с ним? — Вам по одиннадцать лет, — наконец произнесла Лира. — А тебе тринадцать, — парировала Гермиона. — Четырнадцать, — вздохнула Лира, снова потирая лицо. — И это не Снегг. Это Квиррелл. — Что? — Гарри впервые подал голос. — Нет, это Снегг. Он проклинал мою метлу! Лира так резко мотнула головой, что волосы разлетелись в стороны. — Нет, это Квиррелл проклинал твою метлу. Она обошла их и стремительно зашагала к замку. Им пришлось бежать следом. — Но я видела, как он что-то шептал под нос! — тяжело дыша, возразила Гермиона. Ей приходилось почти бежать, чтобы не отставать от размашистых шагов Лиры. — Контрзаклятие, — небрежно бросила та. — Я подожгла его мантию, и всё прекратилось! — И кто стоял прямо за спиной Снегга, Гермиона? — спросила Лира. — Слушайте, я слышала его. Слышала, как Квиррелл бормотал себе под нос о том, что пойдёт за Камнем. Слышала, как он шептал о своём господине, Тёмном Лорде. Нет! — отрезала она, когда все трое попытались возразить. — Мне не послышалось. Это он. И я не собираюсь об этом спорить. Он проклял твою метлу. Он впустил того тролля. Это он. Боже, поверить не могу, что не замечала этого раньше.