Аято только-только начал погружаться в свои думы, как Эйсиро, издав смешок, горделиво выпятил грудь.
— Всё элементарно! Мы просто ищем занятия по душе и способы подзаработать, которые не подразумевают мордобой на Фесте. Для меня, например, это школьная газета.
— Понятия не имел, что в газетном кружке так прилично платят.
Грести деньги лопатой ради личной выгоды – это было последнее, что обычно ассоциировалось со школьными клубами в представлении Аято.
— Эй, полегче на поворотах, прояви уважение. Не хочу хвастаться, но дела у нас идут весьма недурно. Ты же наверняка видел снимки Астериска в сети или по телеку? Так вот, если фото сделано на территории кампуса, можешь не сомневаться – это работа одного из студенческих журналистских клубов. Существует негласное соглашение, по которому внешним СМИ вход на территорию академий заказан.
Теперь картинка в голове Аято наконец сложилась.
— Ха-ха, ясно… Значит, ты и твои коллеги-репортёры приторговываете подобными кадрами и инсайдами, сливая их медиа-гигантам.
— В яблочко!
Эйсиро расплылся в улыбке и наставительно поднял палец.
— Тут полно народу, который крутит свои дела. Взять хоть Общество изучения метеоритной инженерии… Они берут заказы на настройку Люксов и справляются с этим на порядок лучше, чем Департамент материального обеспечения. Ну, с Аллекантом им, конечно, не тягаться – те вообще лучшие по технологиям среди всех шести школ – но всё же. И только не болтай об этом на каждом углу, но за многими ставками на школьных дуэлях стоят студенты-букмекеры.
— И школа на это никак не реагирует?
Аято искренне казалось, что азартные игры и тотализаторы выходят далеко за рамки невинной студенческой самодеятельности. Однако Эйсиро лишь погрозил пальцем и пренебрежительно цокнул языком.
— Да кому в наше время придёт в голову возмущаться из-за того, что деньги переходят из рук в руки? В конце концов, всеми школами заправляют ИФО.
Интегрированные фонды предприятий превыше всего ставили стимуляцию и развитие экономики. Главным инструментом для достижения этой цели был постоянный денежный оборот, а потребительство насаждалось как глобальный тренд. Астериск, к слову, строился именно с расчётом на это.
— Что бы ещё вспомнить… Эйсиро продолжал разглагольствовать. — Точно, есть и те, кто пристраивается в свиту к сильным ученикам. Особенно это касается тех, кто входит в список Первая страница. Близость к таким личностям сулит немало бонусов.
— Вот как? Значит ли это… что у Лестера тоже есть подобные прихлебатели?
Аято вспомнил ту парочку, что вечно маячила за спиной великана.
— Ты про этих ребят?
Эйсиро развернул ещё два окна, на одном из которых красовался тощий паренёк, а на другом – пухляш. Несмотря на разительный контраст в комплекции, в глазах у обоих читалось одинаковое подобострастие.
— Ага, именно они.
— Тощий – это Сайлас Норман. Он Данте, но похвастаться ему особо нечем. Так, мелкий телекинез. А тот, что покрупнее, — Рэнди Хук. Когда-то он даже светился в Именном списке, но те времена давно прошли. Его Люкс – это лук.
— Твоя осведомлённость просто поражает…
Аято был искренне ошарашен. Одно дело – следить за топовыми бойцами, но знать в лицо даже их свиту – это уже совершенно иной уровень подготовки.
— Хе-хе. Впечатлил, да?
Смеясь, Эйсиро свернул окна и спрыгнул с кровати.
— Ладно, пошли. Пора бы подкрепиться. Покажу тебе местную столовку.
— Погоди, прежде чем уйдём, я хотел спросить кое-что ещё про Лестера.
— А?
— Между ним и Юлис… что-то произошло?
Услышав вопрос, Эйсиро понимающе оскалился.
— О-о, я всё понял. А я-то гадал, с чего ты вдруг так заинтересовался этим здоровяком. Так ты действительно нацелился на Принцессу, а?
— Д-да вовсе нет…
Хотя, по правде говоря, мысли об этой девушке не давали ему покоя, и Аято сам не мог толком объяснить почему.
— Да расслабься, мне без разницы. Но как я уже говорил, эта инфа будет стоить тебе денег.
Эйсиро дождался, пока Аято обречённо кивнёт, и открыл очередное светящееся окно.
Обновлено: 08.04.2026