Спустя тринадцать лет, тем душным летом, я горько жалел о содеянном.
А началось всё с билетов.
Мне внезапно приспичило вживую посмотреть матч Первой футбольной лиги Англии – проще говоря, третьего дивизиона. Но когда я спохватился, мест уже не осталось.
Впрочем, купить билет в день игры всегда было задачей не из лёгких. В Европе все помешаны на футболе, а в Британии – особенно.
Надо было бронировать заранее, но мне не хватило веры.
Я и в мыслях не допускал, что мой бывший клуб, ныне прозябающий на дне, сумеет подобраться к зоне плей-офф за выход в следующий дивизион, сократив отставание всего до одного очка.
Раз уж такое дело, я хотел лично увидеть триумфальное возвращение команды, которой когда-то принадлежал. Конечно, они могли, как и в прошлом году, пропустить на последних секундах финала и пойти ко дну, но об этом я решил подумать позже.
Хочу на матч, а билетов нет. Знал бы – купил бы сезонный абонемент, не глядя.
Пока я в отчаянии рвал на себе волосы, младшая сестра Хиджу протянула руку помощи.
— Оппа, помочь?
— И как же ты поможешь?
Трудно было поверить, что обычная студентка способна достать билеты на аншлаговый матч. Но Хиджу так и лучилась уверенностью.
— По сравнению с билетами на концерты айдолов, футбол – это детская забава. Ну так что, берём или как?
— Чего ты хочешь взамен?
— Сумку Chanel из новой коллекции.
— По рукам.
Хиджу тут же включилась в работу.
Её пальцы летали над мышкой с невероятной скоростью, а глаза выискивали варианты, словно хищник добычу.
Пятнадцать минут на билеты на ночной рейс, двадцать пять – на бронь отеля. Настоящий мастер-класс по выживанию в очередях за билетами. Неужели современные фанаты айдолов все такие профи?
— Послушай, сестрёнка, а почему самолёт первым классом, а в отеле номер люкс?
— Ну, у тебя теперь статус в обществе, разве нет?
— Сдаётся мне, тут замешан чей-то корыстный интерес.
А конкретнее – её желание увязаться со мной.
— Считай это комиссионными.
Ладно, спишем на это.
С билетами на стадион пришлось повозиться подольше – часа три. Всё это время она висела на телефоне, без умолку тараторя на английском. Так что моим нынешним присутствием в Англии на трибуне стадиона я обязан исключительно ей.
Проблема была лишь в одном: местом, которое она раздобыла, оказалась эксклюзивная ложа.
Такие VIP-кабины обычно сдаются в долгосрочную аренду на весь сезон. Снимать её ради одной игры – верх расточительства.
Стало даже как-то не по себе. Если бы я хотел просто сорить деньгами, справился бы и сам.
Впрочем, виновница этого торжества жизни сидела рядом и довольно скалилась.
— Уютно же? Здорово? Скажи, я молодец? Поле как на ладони, и никто локтями не толкает.
Зато ты меня толкаешь, так что разница невелика.
— Эксклюзивная ложа – это VIP-статус. Как раз под стать твоему положению.
— Спа-асибо, — уныло отозвался я. — Благодаря тебе у меня появился шанс поразмышлять о бренности моего социального статуса.
Для VIP-места тут было слишком пусто и неуютно. Из мебели – пара сиротливых кресел, на стенах – голый бетон. Ни закусок, ни даже приветственного напитка.
— Британская еда отвратительна, так что кейтеринг я заказывать не стала, — пояснила Хиджу.
А, вот оно что.
— Если честно, времени на дизайн интерьера просто не хватило. Как и на организацию фуршета.
— Времени, может, и не было… но почему этим должна заниматься ТЫ? Разве это не забота стадиона?
— Ну, это же долгосрочный контракт.
Кажется, я начинаю понимать. Контракт позволяет обустраивать всё по своему вкусу, но при выезде нужно вернуть помещению первоначальный вид.
Проклятая аренда.
— И во сколько это обошлось?
— Да не особо дорого. Примерно…
Сумма равнялась моим еженедельным выплатам в юности, умноженным на шестьсот.
— Дешевле, чем я думал.
— Видишь?
Тринадцать лет назад я о таких деньгах и мечтать не смел, но сейчас для меня это сущие гроши.
Я вижу ценность людей. А благодаря опыту в молодёжке я твёрдо усвоил: личные усилия редко меняют рыночную стоимость.
Я могу это утверждать, потому что пахал до хруста в коленях.
Дальше всё было просто. Сменив амплуа на инвестора, я начал грести деньги лопатой. Facebook, Tesla, Netflix, Uber – я вкладывался в них и неизменно выигрывал.
Секрет успеха был элементарным. Я сравнивал стоимость основателя компании, которую видел своими глазами, с его текущим капиталом.
Если цифры совпадали – значит, пик достигнут. Если разрыв был велик – пора покупать.
Труднее всего пришлось с Amazon… У Безоса на лбу было столько нулей, что я замучился их считать.
Хорошо ещё, что Безос лысый, иначе я бы точно сбился.
В общем, денег я заработал немерено, и над моим собственным лбом тоже выстроилась внушительная шеренга нулей. Пару десятков миллионов вон за деньги не считаю.
С этой мыслью эксклюзивная ложа сразу стала казаться уютнее. Бетонные стены обрели «индустриальный шарм», а отсутствие мебели превратилось в «изысканный минимализм».
Даже лицо Хиджу вдруг показалось мне симпатичнее… Надо будет зайти к окулисту после матча.
Но похвалить её всё же стоило.
— Хорошая работа. Молодец.
— Хе-хе. Я же говорю: донат решает всё!
Сестра засияла, как довольный кот. Казалось, ещё немного – и по комнате разнесётся довольное урчание.
Улыбнувшись, я перевёл взгляд на поле.
Команды как раз начали выходить из подтрибунного помещения.
Красно-белые вертикальные полосы. Легендарные цвета ФК «Сандерленд».
Эту форму я носил тринадцать лет назад.
Клуб никогда не хватал звёзд с неба, но почти всегда держался в Премьер-лиге, лишь изредка вылетая в Чемпионшип.
И вот теперь команда, которой я отдал все свои подростковые годы, прозябает в Лиге 1 – третьем эшелоне английского футбола.
Хиджу рядом бесцеремонно заметила:
— Они ведь вылетали два года подряд, да?
— Осведомлена.
— Ну, я смотрела документалку.
Точно, недавно вышел сериал про «Сандерленд». Я слышал, он стал хитом.
Изначально планировалось снять историю о том, как случайно оступившийся клуб возвращает себе величие. Продюсеры были уверены, что такая команда не задержится в Чемпионшипе дольше чем на сезон.
Их прогноз сбылся ровно наполовину. «Сандерленд» действительно покинул Чемпионшип через год. Только вот ушёл он не вверх, а вниз. Попутно установив позорный рекорд: двадцать домашних матчей без побед.
— А я не смотрел.
— И правильно. Иначе бы умер со скуки. Или от тоски.
Скорее уж от ярости.
— Там ещё и второй сезон вышел.
Знаю. Задумывали как сагу о возрождении, но жизнь переписала сценарий. Даже самый гениальный режиссёр не мог предсказать, что в финале плей-офф команда пропустит решающий гол за шесть секунд до свистка.
Я до сих пор не решаюсь включить этот сериал – и так слишком хорошо знаю, что там внутри.
Заметив мою кислую мину, Хиджу тихо добавила:
— Но сегодня всё будет иначе.
Это был последний тур регулярного чемпионата Лиги 1.
«Сандерленд» шёл восьмым, но отрыв от лидеров составлял всего одно очко. Ничья давала призрачный шанс, а победа при удачном раскладе могла подбросить их сразу на третье место.
Впереди ещё были бы стыковые матчи, но искра надежды продолжала бы тлеть.
— Да, хотелось бы сегодня победить.
— Обязательно победят! Я в этом уверена, могу даже поспорить.
— Откуда такая вера?
Хиджу посмотрела мне прямо в глаза.
— Потому что я видела, как ты пахал. И я знаю, что даже с таким фанатизмом ты не смог пробиться в основу. А значит…
Весёлость исчезла с её лица. Она продолжила уже серьёзно:
— …Значит, те, кто всё-таки стал профи – настоящие монстры, верно?
Тогда Хиджу упускала одну важную деталь.
Это правило в равной степени работало и для игроков команды противника.
***
Предчувствия не обманули: всё пошло наперекосяк с первых секунд. Сразу после стартового свистка случился чудовищный обрез.
Виновником был наш нападающий – Уилл Григг.
Прошлой зимой его купили за рекордную для Лиги 1 сумму, но он тут же впал в глубочайший игровой кризис. Четыре гола за полгода – катастрофический результат для основного форварда, но сейчас те цифры казались манной небесной.
В этом сезоне он сподобился лишь на один мяч. Один гол в двадцати матчах. На этом фоне его прошлогодние провалы выглядели верхом мастерства.
Григг, давно ставший мишенью для насмешек и свиста болельщиков, сегодня оставался верен себе. Никаких проблесков, только стабильная, беспросветная серость. Чёрт бы его побрал!
После его паса в никуда игра превратилась в форменное издевательство.
— Это что, «между ног» прокинули? Опять? — Возмутилась Хиджу.
— Ага.
— А это что за финт? Эластико?
— Нет, «фантом». Обычно его называют ла крокета.
— Ого, как он крутанулся!
У меня голова сейчас кругом пойдёт.
— Это «марсельская рулетка».
Техника была безупречной, контроль мяча – на уровне. Единственный изъян заключался в цвете формы.
Небесно-голубые футболки. Игрок «Бристоля».
Нападающий из третьего дивизиона выглядел как Месси только потому, что защита «Сандерленда» напоминала проходной двор.
Через пять минут у наших пропал запал, через десять – был полностью проигран центр поля. К пятнадцатой минуте игра окончательно превратилась в избиение у одних ворот.
— Да что они творят?!
Даже Хиджу, слабо разбиравшаяся в тактике, лишь недоуменно хмыкала. Нас просто возили лицом по газону.
На двадцать первой минуте чудом удалось избежать гола, но на тридцать девятой оборона всё же треснула – мы пропустили.
До конца матча оставалось ещё пятьдесят минут, но я уже всё понял. Этот пропущенный мяч поставил крест на всём.
Интрига сдохла, путь в плей-офф закрыт. Воля к победе у игроков испарилась на глазах.
Тошно смотреть.
И в ТАКОЙ команде я мечтал играть тринадцать лет назад?
Ради ЭТОГО я гробил свои колени?
Наверное, такие же чувства испытываешь, когда встречаешь свою первую любовь в дешёвом борделе.
— Оппа, ты как? Лица на тебе нет.
— Всё в порядке.
На самом деле, ни черта не в порядке.
В памяти всплыла знаменитая цитата одного игрока, который тоже когда-то выступал за «Сандерленд». «Раз такие умные – выходите и играйте сами».
Позже, набравшись мудрости, он переиначил её: «Раз так тошно смотреть – я сам выйду и сыграю».
Мораль проста: когда становится невыносимо, кто-то должен взять ответственность на себя.
Но я больше не могу выйти на поле. Я не игрок. Мои колени мертвы.
Хиджу тяжело вздохнула.
— Не ради этого позорища мы летели через океан… Прости. Лучше бы я не смогла купить эти билеты.
— Забей. Ты тут ни при чём.
Виноваты те, кто внизу.
Футболисты, которым плевать на игру; тренер, который опустил руки; руководство, доведшее клуб до ручки.
И вдруг, прежде чем мысли оформились в план, слова сами сорвались с моих губ.
— Ты говорила, донат решает всё?
Хиджу тут же оживилась и весело подхватила:
— Точно! Донат – сила. Принести пива? Или виски? Говорят, алкоголь в Британии получше еды. Самое время приложиться к бутылке.
— Я бы предпочёл узнать, сколько стоит память, чтобы забыть увиденное.
— Ну, раз ты ещё шутишь, значит, жить будешь. Так что, виски? Чтобы память отшибло начисто?
— Чтобы я проснулся без кошелька и без сестры в придачу?
Хиджу прыснула со смеху.
— Не бойся. Я ещё не получила свою сумку Chanel, так что буду беречь нашего спонсора как зеницу ока.
— Тогда для начала отмени наши обратные билеты.
— Это несложно… Но ты что, собрался в запой уйти?
Выпить, конечно, не помешало бы, но у меня на примете есть цель для инвестиций поинтереснее.
Например, ФК «Сандерленд».
Обновлено: 23.01.2026