Глава 3 — Глава 3

«Узнаешь завтра.» — Да куда мы, в конце концов, идём? Глубокая ночь. Редимейн вышагивал впереди, я плелся следом. Мне было не по себе. Во внутреннем кармане лежала круглая сумма – тысяча фунтов. «На наши деньги это почти полтора миллиона вон. А ну как наткнусь на грабителей в чужой стране?» Я спрашивал его раз пять, но он упорно молчал, пока мы не остановились перед… — Это еще что? Старая, обветшалая церковь. — Давай, заходи и положи деньги перед алтарем. — Что? Я вообще-то не католик. Или в Англии англиканство? — Слушай, что говорят. Иди и положи. На морщинистом лице играла вечная улыбка – мягкая, но не терпящая возражений. — Эх… Я толкнул дверь и вошел. Внутри – ни души. Казалось, люди не заглядывали сюда вечность. По углам свисала густая паутина. — Жуть какая, — невольно вырвалось у меня. Призрак не ответил. Я обернулся – он застыл на пороге. — Вы чего не заходите? — Спросил я Редимейна. — Мертвым вход заказан, — последовал невозмутимый ответ. Я поморщился и пробурчал под нос: — Надо же, какой набожный покойник попался. Мог бы и зайти. Но раз уж пришел, отступать было поздно. Я решил, что ради памяти бывшего тренера полторы тысячи вон – не такая уж большая плата. «В конце концов, он был единственным, кто в меня поверил…» За это я был ему благодарен. Он взял меня в команду без всяких предрассудков, оценив лишь мой тактический талант. — Ну, боженька, держи наличность. Я достал тысячу фунтов перед алтарем. В последний момент жаба всё же придавила, и я оглянулся на дверь, но в ночной тьме лица Редимейна было не разглядеть. — Эх, была не была! Я бросил купюры и развернулся. — Молиться же не обязательно? — Не-а! Услышав бодрый голос Редимейна, я снова почувствовал укол сожаления о деньгах. А не втянул ли меня этот призрак в какую-то загробную финансовую пирамиду? Впрочем, оставалось только смириться. — Фух… Положил. Вы просили не жадничать, так что там целая тысяча. Ну и что теперь? Я вышел на улицу, чувствуя себя опустошенным. А Редимейн, всё так же улыбаясь, выдал: — Вообще-то я не англиканин. — Чего? — Я пришел сюда, когда только начинал тренировать. Мы тогда проигрывали матч за матчем, и я в отчаянии пришел помолиться. Оставил десять фунтов там же, где и ты. И после этого начались чудеса. — Какие еще чудеса? Меня так и подмывало возмутиться: просил «от души», а сам в свое время отделался десяткой! Но любопытство пересилило. Я сглотнул, ожидая откровения. Однако… — Узнаешь завтра. Меня едва не разорвало от злости. — Да скажите вы сейчас! — Всё равно не поверишь. — Поверю! — Завтра сам всё увидишь. А мне пора. — Т-тренер… Не успел я и слова вставить, как Редимейн растворился в воздухе. — …вашу машу! Я кипел от негодования. Точно развели как лоха. В сердцах я рванул обратно в церковь. — Какого? Денег не было. Ярость вспыхнула с новой силой. — Ах ты старый маразматик! Верни бабло! Я орал так, что стены задрожали. На следующее утро, когда игроки собрались на восстановительную тренировку, началось нечто странное. «Что это за чертовщина с цветами?» Над полем плыло марево. От каждого футболиста исходило странное красное сияние. — Я же говорил: сегодня сам всё увидишь. — Твою ж! — я подскочил на месте. Оказывается, призраки и днем разгуливают. Я затравленно огляделся. И. О. Главного тренера Джеймс Конор и остальные сотрудники штаба уставились на меня как на сумасшедшего. Я поспешно прикрыл рот ладонью. Когда они отвернулись к полю, я шепотом спросил у Редимейна: — И на кой черт мне это красное марево? — Неужели только красный видишь? У меня после пожертвования спектр был побогаче. — Ну… — А шкалы видишь? — А? Да, это тоже. И впрямь – над головой каждого игрока висел какой-то график. Сначала они казались прозрачными и незаметными, но, если присмотреться, отчетливо проступали алые контуры. И тут Редимейн выдал очередную странность: — Гоняй их до тех пор, пока шкала не заполнится красным до краев. — Что за бред вы несете? — Сделаешь так – и их характеристики поползут вверх. — Мы вообще на одном языке сейчас говорим? — Просто делай, как я сказал. — Да как я это сделаю? У нас вообще-то есть тренер по физподготовке! — Ручаюсь: если ты предложишь подменить его, он с радостью согласится. — Обалдеть можно… Я нахмурился, чувствуя, как закипаю. Но делать было нечего. Хуже всего было осознание того, что я всё равно его послушаюсь. «Ладно, была не была». Я вышел на поле к тренеру, который как раз проводил разминку. — Эй, Джим. Его звали Джим Рейнер. — М-м? — Давай я сегодня проведу. — Что?! — Говорю, я займусь этой тренировкой. Я пытался изъясняться на своем ломаном английском, видя, как ко мне уже бежит переводчик. «Толку-то от него…» Убеждать Джима я не собирался. После бесед с призрачным наставником английский в голове почему-то начал укладываться по полочкам. «Если скажет „нет“ – просто уйду. И не надо меня уговаривать». Но результат меня поразил. — Спасибо! Чон! Спасибо! Джим хлопнул меня по плечу, как-то странно ухмыльнулся и зашагал прочь с поля. В его взгляде читалось: «Ну, валяй, флаг тебе в руки». «Это еще что за реакция?» Переводчик замер на полпути, и Рейнер увлек его за собой под трибуны. Странный клуб, очень странный. — Похоже, профессионализмом тут и не пахнет, а? — Подал голос Редимейн. — Точно… — Зато тебе проще будет. Теперь никто не станет совать нос в твои дела. — То есть вы хотите сказать, что весь здешний штаб – просто массовка? — Ну… Редимейн замялся, подбирая слова, но быстро перевел тему, глядя на игроков: — Ну, чего стоишь? Начинай. Все на тебя смотрят. — Черт… Действительно, я так увлекся спором с призраком, что не заметил, как команда застыла в ожидании. «Хорошо хоть, я по-корейски с ним ругался». Поймав на себе недоуменные взгляды, я буркнул в качестве оправдания: — А, не обращайте внимания. Бывает, вслух размышляю. Кое-как донес мысль на английском, вроде поняли. С трудом выдавил из себя команду: — Ну что, побежали? Хоть нас и представили друг другу в первый день, отношения оставались натянутыми. Не успели толком познакомиться, как я уже командую забегом. — Ого… Они и впрямь побежали. И тут… — Ого! — Шкалы начали заполняться, видишь? — Прозвучал рядом довольный голос Редимейна. Я кивнул и повернулся к нему: — И сколько кругов им мотать? Что будет, когда шкала заполнится? Я засыпал его вопросами, но призрак лишь загадочно улыбнулся: — Узнаешь завтра. Я скрипнул зубами. Опять он за свое! Издевается, не иначе. «Узнаешь завтра» Конец. =======================================