После того странного эпизода, когда каждый говорил о своем, больше никаких выкрутасов не последовало.
Добравшись до места назначения, они оставили «снаряжение» в машине и прямиком направились в отель, где расположилась съемочная группа.
Хотя Дин Чжи не испытывал особого трепета перед так называемым актерским мастерством и даже смутно представлял свое будущее в качестве артиста, в душе он всё же недоумевал:
— Как так вышло, что меня, боевика-профи, выбрали айдолом в шоу-бизнес?
Дин Чжи не скромничал – поначалу он действительно хотел предложить Лян Цюн поискать кого-нибудь поспособнее.
Но то, что он в итоге послушно пришел на прослушивание по ее указке, объяснялось не только влиянием памяти прежнего владельца тела. С момента попадания в этот мир он всё еще ощущал нереальность происходящего, будто пребывал в затяжном сне. И дело было не в том, что он подавлял свой истинный характер, боясь разоблачения, а скорее в том, что он чувствовал себя игроком в затяжной ролевой квест.
Замешательство, хаос и толика самоиронии.
Дин Чжи вошел в отель вслед за Толстяком. Тот всё устроил, получил на стойке регистрации пропуск на прослушивание, и дальше Дин Чжи предстояло «штурмовать крепость» в одиночку.
Если не считать обрывочных воспоминаний, Дин Чжи никогда не видел ничего подобного. Но он, в конце концов, был заслуженным бойцом триады: когда-то он с двумя подручными и спрятанным в рукаве ножом не побоялся идти на стрелку с залетным авторитетом, решившим прибрать к рукам чужую территорию. А тут какая-то толпа в коридоре – ерунда!
Вот только…
— Что-то здесь слишком много народу… — Дин Чжи уставился на номер на своем пропуске, а затем на забитый людьми коридор. Он впервые ощутил себя в роли актера, которого выбирают, словно кочан капусты на рынке.
Раз они получили пропуск на прослушивание в столь крупный проект, значит, за каждым из них стояла хоть какая-то сила. Многие даже заранее подобрали образы: кто-то был в традиционном халате-чаншане, вылитый сельский учитель времен Республики, кто-то приперся в полной военной форме – явно метили на конкретных персонажей или вовсе шли уже на полноценные кинопробы.
Прослушивание и кинопробы, хоть и звучат похоже, имеют существенные различия.
На прослушивании обычно нет сценария. Чаще всего это короткое интервью, иногда просят прочитать монолог или показать импровизацию.
Затем кастинг-директор, продюсеры и режиссеры проводят многоуровневый отбор, исходя из соответствия роли, известности актера, потенциала для пиара и множества других факторов. И только после этого рассылают приглашения на полноценные кинопробы.
Как правило, именно на этом этапе в шоу-бизнесе чаще всего и случаются всякие «непотребства». Да-да, те самые, о которых вы подумали.
А что до того, чтобы сразу получить сценарий, выбрать роль и заявить режиссеру: «Я хочу пробоваться на это»?
Мечтать не вредно.
Такая привилегия доступна лишь тем, у кого есть серьезный статус звезды и солидный послужной список.
Дин Чжи в своей повседневной одежде, без грима, да еще с копной развевающихся волос, небрежно разгуливающий перед подготовившимися конкурентами, выглядел бельмом на глазу. Казалось, он пришел не прослушиваться, а сам проводить кастинг.
Вскоре процесс начался.
В конце коридора специально обученный человек выкрикивал имена и номера, приглашая актеров заходить по очереди.
…
Тот самый режиссер Гуань, о котором Ян Фу упоминала в разговоре с Лян Цюн, считался лидером «третьего поколения» Пекинской тусовки в киноиндустрии.
Люди из этой тусовки обычно обладали уникальным шармом.
На столичном жаргоне это называлось «напускная крутизна».
Проявлялось это в том, что сам человек искренне считал себя невероятно крутым и ни на кого не похожим, предпочитая смотреть на мир через призму своего «особого» видения.
Они презирали всё вокруг, делали вид, будто им плевать на деньги и власть, но, что иронично, частенько были вынуждены этим самым деньгам и власти подчиняться. За это они могли обложить себя матом в порядке самоиронии, но не дай бог это сделает кто-то со стороны!
В общем, в глубине души они считали всех остальных идиотами, а за людей признавали только «своих» из тусовки.
Конечно, в последние годы Пекинская тусовка заметно сдала позиции.
Десятилетия назад их влияние на индустрию было неоспоримым, но за последние десять лет под натиском капиталов они начали угасать. Тем не менее «старый конь борозды не испортит».
Режиссер Гуань на заре карьеры, опираясь на ресурсы тусовки и собственные недюжинные способности, снял немало качественных сериалов и артхаусных лент. Даже тот самый Кинокороль с «50-миллиардными сборами», известный своим высоким эмоциональным интеллектом, когда-то начинал под его крылом.
Нынешний масштабный военный фильм повествовал о последнем сражении в ходе обороны Шанхая – истории, развернувшейся у склада Сыхан в Маду.
Это была одна из немногих крупных инвестиций за последние годы, в которую вложилась увядающая столичная элита, и Гуань Ху, на чьи плечи легла эта ответственность, естественно, ощущал давление.
Фильм был ансамблевым, в нем было не менее двадцати поименованных главных героев. Режиссер Гуань лично правил сценарий и даже взял на себя функции кастинг-директора, намереваясь отобрать актеров самолично.
В таких патриотических блокбастерах, особенно с множеством персонажей, где нет одного ярко выраженного протагониста (или, вернее сказать, героями являются все), кассовые сборы зачастую зависят не от одной-двух звезд. Куда важнее масштаб постановки батальных сцен, высококлассные спецэффекты и самая суть киноремесла – умение рассказать историю.
А чтобы хорошо рассказать историю, нужны хорошие актеры. Причем настоящие актеры – недорогие и надежные, а не те «звездульки», что заламывают гонорары в десятки и сотни миллионов, крутят махинации с двойными контрактами, а потом еще могут вляпаться в скандал перед самой премьерой, вынуждая всё переснимать.
Стоит понимать, что кино – это не сериал. В сериалах можно провернуть такой финт, как замена лица актера при монтаже, а в кино это не прокатит – только пересъемка.
В конце концов, у нас нет тех революционных технологий замены лиц через ИИ, которыми владеет некий мастер накруток по фамилии Чжуан.
— Как тебе этот? — Спросил один из присутствующих.
— Типаж вроде ничего, оставь, посмотрим во втором туре. — Гуань Ху лениво откинулся на спинку кресла.
— А тот?
— Даже близко не стоит. Мы военное кино снимаем, а не сопливую мелодраму. Зачем нам эти неженки? И как только такие просачиваются? Только время зря тратят. — Режиссер Гуань безучастно листал резюме уже прошедших кандидатов, не проронив больше ни слова, пока кастинг-директор и продюсер вполголоса вели обсуждение.
На самом деле, на многие яркие роли кандидаты уже были найдены. Например, на роль генерала Се Цзиньюаня, у которого был реальный исторический прототип. Или на роль Дуаньу – персонажа, через чьи глаза подается история в первой половине фильма, что делает его почти главным героем. Эти места были забронированы заранее.
Когда началась рекламная кампания, прошел слух, будто Кинокороли из Гонконга вроде Лю Фужуна или Лян Чаовэя ведут переговоры с продюсерами и могут сыграть Се Цзиньюаня.
Но на деле это был лишь маркетинговый ход. Не говоря уже о том, что у столичных режиссеров есть старая привычка – держаться своих и снимать актеров из своего круга.
Да и с какой стати настоящему Кинокоролю приходить играть эпизодическую роль, которая даже не является главной?
В конце концов, это ведь не какой-нибудь монументальный проект вроде «Великого дела основания государства» или «Основания партии», посвященный великим датам.
Киностудия просто разослала нескольким Кинокоролям черновой сценарий в качестве чисто символического приглашения – вот и вышло, что они «вступили в контакт». Обычная рекламная дымовая завеса.
На роль Се Цзиньюаня давно был утвержден актер по имени Ли Чунь. В свое время он немного прославился, снимаясь у мэтров Пекинской тусовки, а позже почему-то стал типичным «ресурсным» актером, мелькающим в серьезных драмах. Молодежи он запомнился разве что ролью Симэнь Цина несколько лет назад.
Что касается Дуаньу, то эта роль была заранее отдана молодому актеру Е Хаожаню.
Этот господин, как и Дин Чжи, когда-то вышел из талант-шоу, но затем полностью забросил музыкальную сцену и ушел в кинематограф. Более того, он умудрился сойтись с девушкой из Северо-западной тусовки и влиться в их круг. Благодаря этим ресурсам он стабильно развивался и в итоге стал одним из самых успешных выходцев из тех ранних наборов айдолов.
А на те роли, что остались, как раз и претендовали сейчас люди в очереди.
Обновлено: 20.02.2026