Глава 33 — Глава 32: «Продавщица чая» или «Пиньсиси»?

После окончания съемок в «Холодной войне 2» Дин Чжи надолго погрузился в то, что по праву можно было назвать его настоящими буднями. А именно – в будни забытой звезды. Проще говоря: дел у него было по горло, и все они сводились к безделью. Вообще-то совсем недавно он успел прославиться благодаря коротким видео – как раз в тот период, когда Лян Цюн выбивала ему роль в «Холодной войне 2». Тогда на него посыпались предложения о съемках и рабочие графики. Среди них попадались весьма недурные ресурсы: например, веб-дорамы по адаптациям известных IP, где ему сулили роли второго или третьего плана. Времена изменились. Лет пять-шесть назад веб-дорамы считались чем-то вынужденным: их выпускали на онлайн-платформах только если материал был слишком острым для цензуры или качество не позволяло пробиться на ТВ-каналы. Но теперь ветер переменился. Сменились и зрительские привычки молодежи: мало кто из них теперь сидит перед телевизором. Большинству нравится лениво листать ленту на компьютере – не нужно ни с кем воевать за пульт, смотришь что хочешь, чувствуя себя чуть ли не императором на отборе наложниц. А обладатели «привилегированных» VIP-аккаунтов и вовсе могут наслаждаться супер-ранним доступом, который платформы заботливо предоставляют своим «подопечным». Так веб-дорамы стали одним из ключевых направлений бизнеса для платформ. Появилось множество качественно сделанных проектов, и такой формат постепенно стал для зрителей основным. Это заставило многих актеров – особенно мужчин – слетаться на этот сладкий пирог как мухи на мед, наперебой желая уйти в BL. Даже девушки пробовали силы на этом поприще: например, недавно вышедшая дорама «Двойное зеркало» оказалась очень даже ничего. В конце концов, кто не любит полюбоваться на красавиц? Однако за любой мало-мальски приличный ресурс собственного производства платформы – будь то сериал или шоу – приходилось платить долевым контрактом. Исключение составляли лишь крупные величины с громким именем и трафиком, которые снисходили до съемок в телепроектах. Как, к примеру, в той дораме, что свергла с пьедестала жену Ван Тоутяо – условия сотрудничества с актерами такого уровня, разумеется, обсуждались отдельно. О долевых контрактах Лян Цюн уже просвещала Дин Чжи: после подписания такого договора в течение следующих N лет платформа будет забирать определенный процент со всех доходов артиста, включая кино, шоу и рекламные контракты. И даже на такую участь – «просить милостыню на коленях» – претендовало столько желающих, что многим просто не доставалось места. Дин Чжи в свое время решил не вставать на колени и выбрал «Холодную войну 2». И вот теперь, когда он вернулся со съемок, из-за отсутствия продвижения и маркетинга популярность от коротких видео почти сошла на нет. Такова уж их природа: стоит человеку пролистнуть еще шесть роликов, и первый он уже не вспомнит. Популярность здесь в сотни раз эфемернее, чем даже у самой раздутой трафик-звезды. Так что все прежние приглашения испарились, проявив куда большее хладнокровие, чем парень, который натягивает штаны и сбегает сразу после секса на одну ночь. Впрочем, Дин Чжи не особо расстроился. Он и не горел желанием принимать те предложения, иначе не оставил бы их без ответа ради «Холодной войны 2». Максимум, что он чувствовал – это легкое, смутное ощущение в духе: «Эх, моя безответная любовь больше не сохнет по мне, а побежала сохнуть по другому». Такая вот меланхолия закоренелого бабника. Если вдуматься, в каком-то смысле он стал настоящим пофигистом. … — Ха! Хо! Ху! Со всех сторон доносились выкрики, полные тестостерона. Дин Чжи стоял в стороне, сосредоточенно обрушивая на боксерскую грушу один тяжелый удар за другим. — Бэм! — Бэм! — Бэм! Глухие удары кулаков в перчатках по снаряду заставляли Ли Сююаня, стоявшего неподалеку, невольно ежиться. Короткая стрижка Дин Чжи, сделанная ради роли в «Холодной войне 2», уже немного отросла. Капли пота сбегали по затылку к шее и при каждом ударе разлетались мелкими брызгами по его мускулистой спине. Сейчас его мышцы казались еще более взрывными, чем раньше. Они с Ли Сююанем зависали в одном бойцовском клубе. Громкое название «клуб» на деле мало чем отличалось от обычных качалок, где на улице раздают листовки с предложением «поплавать и подкачаться». Сюда в основном ходили любители-непрофессионалы ради фитнеса, и никто не рассчитывал стать здесь мастером боевых искусств. Все началось с того, что Ли Сююань, ставший свидетелем мастерства Дин Чжи во время инцидента в «Тайку Хуэй», пришел в полный восторг. Он постоянно допытывался, где тот так научился драться. Дин Чжи, устав от расспросов, отмахнулся, сказав, что занимался в паре бойцовских клубов. Ли Сююань тут же загорелся: — Тренер! Я хочу научиться этому! Что ж, единожды солгав, приходится лгать снова, чтобы свести концы с концами. Дин Чжи попросил Толстяка найти клуб с мало-мальской репутацией – так они здесь и оказались. В итоге Ли Сююань, как и подобает человеку, считающему себя «бесполезным», проявил интерес ровно на три минуты. Не прозанимавшись и пары дней, он, умирая от усталости, заявил, что с него хватит. Кто бы мог подумать, что, пока один бросил, Дин Чжи, напротив, вошел во вкус. В последнее время, когда появилось свободное окно, он ежедневно и неукоснительно уделял время тренировкам. Дин Чжи умел драться, но в прошлой жизни на улицах это были настоящие свалки, где главной задачей было закончить бой как можно быстрее. В ход шло любое оружие: кирпичи, подобранные у дороги железные прутья – хватай и бей. Если под рукой ничего не оказывалось, он тыкал в глаза, бил в пах, по коленям или по почкам – все приемы были направлены на то, чтобы покалечить противника на месте. Коварно, жестоко и без всякой системы. В «пространстве снов» он тоже примерял разные роли. Не говоря уже о полицейском, ему доводилось быть и мастером ушу, и бойцом подпольных рингов. Но память памятью, а практика – совсем другое дело. Как говорится: «Песню не забыть, пока поешь, а кулак – пока бьешь». Боевые искусства – это прежде всего мышечная память. Поскольку времени у Дин Чжи сейчас было в избытке, он, решив, что нечего пропадать добру, занялся «посторонними делами» и увлекся боксом. Техника боя, смешанная с обрывками воспоминаний из снов, поначалу была хаотичной, но постепенно он начал сводить всё воедино, и его прогресс стал просто стремительным. Ли Сююань, который в последнее время ходил за ним хвостиком, окончательно выпал в осадок, уверовав, что его братец Чжи – уникальный гений боевых искусств, рождающийся раз в тысячелетие. — Братец Чжи! Повернись ко мне! Давай! Еще один удар! Ли Сююань с камерой в руках с самым серьезным видом нацелился на Дин Чжи, настойчиво требуя принять эффектную позу. В последнее время он то и дело твердил, что хочет снять документалку под названием «История становления мастера кунг-фу». Дин Чжи закатил глаза, игнорируя этого балбеса. Сняв бинты с рук, он подошел к Ли Сююаню и открыл бутылку минералки. — Динь! Экран его телефона, лежащего на скамье, внезапно вспыхнул. — Эй, А-Чжи, почему тебе в Вичате в последнее время так часто пишут? У тебя там что, наметилось что-то интересное? — Ли Сююань отложил камеру и, заметив оповещение, заговорщицки подмигнул. — Кто знает? — Дин Чжи взял полотенце, вытер пот и разблокировал экран. Это был запрос в друзья. Пролистав историю, он увидел, что этот пользователь получал отказ уже множество раз, но продолжал настойчиво ломиться. На этот раз отправитель, видимо, совсем вышел из себя, прислав целую череду восклицательных знаков. Все потому, что в прошлый раз Дин Чжи при отклонении написал: «Я не покупаю чай и не скачивал Пиньсиси, ничем не могу помочь». Неужели задел мошенника за живое? С каких это пор они стали такими настырными? Дин Чжи помедлил секунду и, ведомый каким-то странным порывом, нажал «Принять». Эх, ладно, пусть это будет наградой за упорство. Прочитаю ему нотацию, а потом заблокирую. Считай, сделал доброе дело на сегодня.