Глава 2: Наше «Пространство» – это рюкзаки
Цзи Чанмин жестом подозвал Шэнь Хуэйсинь и Цзи Синжань поближе:
— Прикройте меня, чтобы никто не видел.
Мать и дочь переглянулись и придвинулись вплотную. Сердца их учащенно забились.
Они обе читали романы о попаданцах и знали, что в таких историях чудес хватает. Магическое Пространство было стандартным набором любого героя.
Но до этого момента они обе безуспешно пытались нащупать нечто подобное в себе. Кто бы мог подумать, что первым Пространство обнаружит Цзи Чанмин, который в жизни не открывал ни одной книжки про попаданцев.
Едва эта мысль промелькнула у них в головах, как Цзи Чанмин неуловимым движением руки явил миру флакон лекарства, который возник прямо у него на ладони.
— Это же я положила перед поездкой! — Ахнула Шэнь Хуэйсинь.
Как заведующая отделением крупной больницы, она всегда заботилась о мерах предосторожности.
Цзи Синжань тоже пришла в восторг:
— Папа, у тебя появилось Пространство?
Цзи Чанмин перевел дух и усмехнулся:
— Не только у меня. Думаю, оно есть у всех нас.
Пространством Цзи Чанмина оказался тот самый туристический рюкзак, который был у него за плечами в момент перемещения.
Пока Шэнь Хуэйсинь осторожно обрабатывала раны мужа, Цзи Синжань задумчиво произнесла:
— Единственное отличие между нами и папой в том, что его избили. По законам жанра, нужно попробовать капнуть кровью.
— Если кровь не поможет, — добавила она серьезно, — придется тоже подставляться под кнут.
Цзи Чанмин кивнул:
— Давай, ты в этих книжках больше смыслишь, пробуй.
Он не удержался от смешка:
— Хорошо, что я раньше не запрещал тебе их читать. Когда ты пыталась готовить какие-то странные блюда из романов, я думал – баловство, а видишь как, пригодилось.
— В каком-то смысле, — подхватила Шэнь Хуэйсинь, — это можно назвать сбывшимся сном наяву?
Видя, что родители сохраняют бодрость духа и уверенность, Цзи Синжань тоже расслабилась.
— Папа, мама, как хорошо, что вы рядом. Если бы я была одна, я бы точно свихнулась.
Когда она спускалась в тот овраг за телефоном, родители могли остаться наверху. Но они пошли за ней, потому что волновались.
Если бы они не спустились, возможно, не перенеслись бы вместе с ней. Тогда папу бы не били кнутом, а мама не оказалась бы в этом немощном теле, да еще и в ссылке.
Чувство вины в душе Цзи Синжань смешивалось с жутким страхом.
Цзи Чанмин и Шэнь Хуэйсинь в один голос принялись ее утешать:
— Глупости. Главное – выжили, а счастье еще придет. Мы же семья, мы вместе.
— Не бойся, милая. Папа и мама всегда будут с тобой.
Цзи Синжань шмыгнула носом:
— Угу! Папа, мама… то есть, папа и мама, теперь я должна звать вас «отец» и «матушка». И всё, что касается нашего мира, нужно держать в строгом секрете.
— Ох, точно. Поняли.
— Да, так и нужно.
Тем временем в руке Цзи Чанмина появился швейцарский армейский нож и маленький флакон с антисептиком.
— Держи, сначала продезинфицируй, — сказал он.
Цзи Синжань взяла нож, обработала его спиртом и решительно кольнула палец.
Выступила круглая капелька крови.
Спустя мгновение она исчезла.
И тут же в сознании Цзи Синжань возник образ ее собственного рюкзака!
Внутри лежала походная куртка, рулон теплоизоляционного коврика, пачки бумажных и влажных салфеток.
Из еды: большая упаковка нарезанного хлеба, четыре булочки с начинкой из йогурта и батата, три порции лапши быстрого приготовления, по пакету вяленой говядины и свинины.
Две пачки чипсов, по пакету Найтан и фруктовых леденцов, пара упаковок сушеной сливы.
Пакет сушеной мандариновой корки, семечки и две пачки острых куриных лапок.
Из питья: две бутылки минералки и два спортивных энергетика в пластике.
Плюс по мелочи: наушники, ключи, складная сумка для покупок…
Даже одежда, в которой она была в момент переноса, оказалась там!
Слава небесам, там было и ее нижнее белье! Честно говоря, здешние панталоны от талии до колен были не то чтобы плохи, но крайне непривычны. Всё время казалось, будто на тебе вообще ничего нет.
Осмотрев содержимое, Цзи Синжань резюмировала:
— Почти вся еда у меня.
Шэнь Хуэйсинь пыталась вспомнить свой багаж. Еды у нее было немного – в основном легкие перекусы для быстрого восполнения энергии, зато было много лекарств и средств первой помощи. Привычка врача.
— Неизвестно, будут ли нас здесь кормить, — задумчиво произнесла Шэнь Хуэйсинь. — А если и будут, то вряд ли чем-то съедобным. Запасы нужно экономить.
— Без крайней нужды ничего не трогаем, — добавил Цзи Чанмин.
Цзи Синжань кивнула и помогла матери тоже «активировать» ее рюкзак.
У Шэнь Хуэйсинь нашлись шоколадные батончики, маленькие пакетики с арахнисом и бобами, три коробки молока и пачка жевательной резинки.
Увидев жвачку, Цзи Синжань охнула:
— Беда, мы же не взяли зубные щетки!
Вещи остались в отеле, с собой они брали только то, что нужно для подъема в гору.
Родители переглянулись. Шэнь Хуэйсинь первой нарушила тишину:
— Здесь наверняка есть лошади. Конский волос или свиная щетина подойдут. На худой конец соль, ивовые прутики, чайные листья, гвоздика… Как-нибудь выкрутимся.
Цзи Синжань разделила свои запасы еды и воды на три части.
— Стражники сказали, что нас отправят в ссылку. Неизвестно, будем ли мы всё время вместе, так что пусть у каждого будет свой неприкосновенный запас.
Она раздала большую часть провизии, получив взамен от матери молоко, шоколад, жвачку, а также шерстяную шаль и тюбик солнцезащитного крема.
От Цзи Чанмина мать и дочь ничего особого не ждали. Мужчины в поездки обычно ничего не берут, кроме самого необходимого. Цзи Чанмин лишь захватил шесть бутылок воды, которые давали в отеле.
Однако лицо отца приняло странное выражение. Он протянул руку и начал доставать… предмет за предметом.
Сначала сверток с цзунцзы, затем пакет Юйми, огромный кулек вареного арахниса, пакет мандаринов, сетку яиц и несколько стеблей сахарного тростника.
Вещи словно по волшебству вспыхивали на ладони и исчезали, сменяясь новыми.
Цзи Чанмин неловко почесал затылок:
— Пока вы с мамой стояли в очереди в туалет, я увидел, как старикам из группы тяжело идти. Оказалось, они набрали с собой кучу еды. И нести тяжело, и бросить жалко. Ну, я и предложил помочь дотащить до вершины, чтобы там им вернуть.
Вышло неловко – вернуть теперь точно не получится.
Цзи Синжань рассмеялась:
— Папа, вот уж точно – за добро воздастся!
Цзи Чанмин, хоть и не получил высокого образования и рано ушел на заработки, всегда сохранял в себе дух благородного рыцарства.
В итоге они распределили всё добро. Благодаря дедушкам и бабушкам из тургруппы, у них было десять яиц, четыре из которых забрала Цзи Синжань. Цзунцзы и вареной кукурузы было по шесть штук – девушке досталось по два каждого вида.
Остальную мелочевку Цзи Чанмин тоже отдал дочери:
— Ты молодая, тебе голодать нельзя. Если совсем прижмет – ешь потихоньку, чтобы никто не видел. А я уж придумаю, как раздобыть еду для нас с мамой.
Шэнь Хуэйсинь, закончив прибираться, легонько толкнула мужа и дочь локтем:
— Опять за старое? Как вы друг друга называете?
Те на мгновение замерли и тут же исправились.
— Батюшка, ну вы и герой! — Восхитилась Цзи Синжань.
— Дочка, — наставительно произнес Цзи Чанмин, — делай добрые дела, не сквернословь, и после великой беды обязательно придет великое счастье.
Семья, забившись в угол камеры, дружно рассмеялась.
Но их веселье было недолгим. Не успела Цзи Синжань познакомиться с тюремным рационом, как стражники вывели их наружу. Пора было отправляться в путь.
Триста шестьдесят семь человек. Большинство – женщины и дети. Мужчин едва набралось чуть больше сотни. Несмотря на перенесенную порку, на ноги взрослых мужчин нацепили кандалы.
Тяжелые цепи весом в добрых пять-шесть килограммов терзали лодыжки Цзи Чанмина. На это было больно смотреть.
От столицы империи Даюй до пути Цзинши было около трех тысяч семисот ли – почти тысяча восемьсот километров.
Судя по скорости этой толпы стариков, женщин и калек, путь займет не меньше двух месяцев изнурительного марша.
Только у стражников были повозки с провиантом. Все остальные были предоставлены самим себе под открытым небом. Днем – палящее солнце, ночью – сон на голой земле под порывами ветра и проливными дождями.
Если к концу пути в живых останется хотя бы половина – это будет чудом.
При этой мысли лица Цзи Синжань и Цзи Чанмина стали предельно серьезными. С нынешним состоянием Шэнь Хуэйсинь, она вряд ли входила в ту «счастливую» половину.
Обновлено: 20.02.2026