Бянь Чанси прожила на свете немало лет, но, честно говоря, ни разу не сидела в полицейской машине. Кто бы мог подумать, что этот пробел в биографии она восполнит только после перерождения и наступления конца света.
Она оглядывалась по сторонам, словно преступник, которого везут по улицам на потеху толпе. Вскоре машина остановилась на Южной площади вокзала — той самой, которую она видела из окна своей комнаты на четвертом этаже.
Сегодня выживших, прибывающих в Новую зону, было явно больше, чем вчера. На Южной площади, забитой машинами, яблоку негде было упасть, повсюду царил невообразимый шум. Люди выстраивались в очереди, сжимая сумки и держась за своих близких, в ожидании допуска внутрь. Несколько рабочих в синей униформе принимали ресурсы и вели регистрацию. Тех, кто уже сдал припасы, отводили в сторону, к билетному залу, завешенному шторами — вероятно, там проходил медосмотр. Время от времени оттуда выходили радостные люди, которых затем провожали внутрь вокзала.
Бянь Чанси с интересом наблюдала за происходящим. Здешние процедуры, за исключением недостаточной стандартизации и детализации, мало чем отличались от порядков в будущих крупных и малых базах. Ей пришлось признать: в этом мире всегда найдутся люди, способные воспользоваться моментом и развернуться в полную силу. Шел всего лишь шестой день апокалипсиса, а здесь уже начали организованно формировать силы. Разве это не прообраз полноценной базы?
Внезапно в зале ожидания начался переполох. Из дверей выволокли растрепанного мужчину:
— Ах ты щенок! Тебя зомби цапнул, здоровая рана, а ты все равно пытаешься проскочить в мутной воде? А ну катись отсюда подальше, пока я не разозлился!
Мужчину швырнули на площадь, что вызвало панику в толпе. Люди шарахались в стороны, желая оказаться как можно дальше от зараженного. Повсюду раздавались крики: «Гоните его!», «Убейте его!», и ситуация грозила выйти из-под контроля.
Однако тот здоровяк в полицейской форме, что вышвырнул бедолагу, ничуть не спешил. Лишь когда мужчина забился в конвульсиях, издал звериный рык и, подпрыгнув, попытался броситься на толпу, полицейский ослепительно взмахнул рукой. Вылетели несколько золотых лезвий, которые, словно при казни тысячью ножей, начали кромсать плоть зараженного, а затем, подобно граду стрел, пронзили его тело.
Мужчина затрясся, как решето. Он только начал превращаться в зомби: ни защиты, ни атаки у него толком не было. Вскоре вспышка золотого света пробила его лицевую кость, и он рухнул на землю. Только тогда из его тела медленно потекла темная, испорченная кровь.
Толпа разразилась пронзительными криками и аплодисментами.
Полицейский сдержанно стряхнул невидимую пыль с лацканов кителя, надменно вздернул подбородок и развернулся, чтобы широким шагом вернуться на вокзал. Его фигура казалась такой внушительной, что обычные люди смотрели на него с невыразимым восторгом, повторяя: «С таким сильным защитником на вокзале мы точно не ошиблись местом». Лишь Бянь Чанси сразу заметила легкую дрожь в его руках и неуверенность походки — явные признаки истощения способности.
Она слегка прищурилась и снова перевела взгляд на труп мужчины, который умер с открытыми глазами. Вдруг она что-то почувствовала и подняла глаза.
У входа в зал ожидания стоял мальчик с покрасневшими глазами. Все его тело дрожало, он кусал губы, не сводя взгляда с тела мужчины. Его мать изо всех сил удерживала его, глотая слезы и раз за разом сдавленно повторяя:
— Нельзя туда! Не плачь, сынок, нельзя плакать!
Она прижимала лицо ребенка к своей груди и, под брезгливыми взглядами окружающих, без конца униженно извинялась. Но это не помогло: двое грубых мужчин бандитской наружности толкнули её:
— Вы с тем мужиком заодно? Вас тоже зомби покусали?
— Нет-нет, нас не кусали! Когда зомби бросился, отец ребенка заслонил нас.
— Ой ли, так вы одна семейка? Говоришь, не кусали? Надо раздеться и проверить!
— Точно, раздевайся для проверки! — поддакнул второй. Эти двое решили покуражиться и устроить бесстыдство прямо на глазах у всех.
Окружающие сами были измучены до предела, кто бы посмел вмешиваться не в свое дело? Те немногие, кому это было противно, услышав, что мать с сыном — семья погибшего, тихонько отступили на пару шагов, опасаясь, что те и вправду заражены.
Бянь Чанси нахмурилась, её пальцы медленно сжались в кулаки. Она колебалась, стоит ли что-то предпринять, когда над площадью раздался низкий окрик:
— Что вы творите?!
Из вокзала вышел полноватый мужчина средних лет в сопровождении нескольких человек и указал на хулиганов, гневно их отчитывая. Те лишь ухмыльнулись:
— Глотка-то луженая. Ты кто такой? Знаешь, под кем мы ходим?
Рабочие, занятые у входа на вокзал, услышав это, тут же бросили свои дела и воинственно выступили вперед:
— Под кем вы ходите, мы не знаем, но прежде чем борзеть, посмотрите, на чьей вы земле! Это территория строительной компании «Чжунхай», а это наш босс Ду Чжунхай! Еще раз вякнете — вышвырнем отсюда!
Оказалось, это и есть Ду Чжунхай. Люди с самого прибытия в Новую зону знали, что он здесь главный, поэтому их взгляды тут же наполнились почтением и трепетом.
Ду Чжунхай набрал воздуха в грудь, собираясь продолжить, но тот самый полицейский — эвольвер Металла — внезапно вернулся и с фальшивой улыбкой произнес:
— Ай-яй-яй, босс Ду, чего вы так злитесь? Вы же первый человек в Новой зоне, если здоровье подорвете, на кого нам всем опираться? — Он поднял голову и наигранно удивился: — Ох, а чего это ваши люди работу побросали? Я же давно говорил: ваши работяги — профи в кладке кирпичей и управлении кранами, но регистрация и проверки — это не их профиль, верно? Ничего страшного, мои братья обучены, мы вам поможем.
— Вы чего застыли? А ну помогать! — рявкнул он своим. — С сегодняшнего дня вы будете здесь все контролировать. Наведите порядок внутри и снаружи вокзала, дайте боссу Ду передохнуть, понятно?
Он махнул своей огромной ручищей, и в одно мгновение множество людей в полицейской форме, вооруженных пистолетами и электрошокерами, заняли места рабочих. Действовали они слаженно, словно репетировали это много раз. И надо признать, атмосфера мгновенно изменилась: теперь вход на вокзал напоминал вход в Управление общественной безопасности.
Ду Чжунхай от злости трясся, его грудь ходуном ходила, помощники в панике кинулись его поддерживать.
Эвольвер Металла высокомерно усмехнулся:
— У Молодого господина Сяо еще есть поручения для меня, так что босс Ду, я пошел, — затем он помахал рукой в сторону Бянь Чанси. — Подозреваемую привезли, да? Живо ведите её внутрь, наверху ждут!
Сказав это, он удалился, и на этот раз в каждом его движении сквозило торжество.
Люди смотрели на это в оцепенении, не понимая, что происходит. Но Ду Чжунхай и его люди прекрасно поняли: это была демонстрация силы со стороны силовых структур, намек на то, что им пора по-хорошему уступить бразды правления.
Подумаешь, у них больше стволов! Чего вечно важничать? Они с таким трудом объединили людей в Новой зоне, наладили какой-то порядок, вложили столько крови и пота, а теперь им говорят «подвиньтесь»?
Рабочие сжимали кулаки до хруста, вены на их шеях вздулись от гнева, все наперебой спрашивали Ду Чжунхая, что делать. Ду Чжунхай с трудом сдержал рвущуюся наружу ярость, которая в итоге вылилась в тяжелый вздох. Он махнул рукой:
— Найдите место и похороните тело, — затем указал на мать с ребенком. — А этих впустите и устройте где-нибудь. Вдове с сиротой в будущем придется несладко.
Последнюю фразу он пробормотал себе под нос, но Бянь Чанси, которую уже вели к входу, услышала его и невольно внимательно посмотрела на мужчину.
Этот вокзал был практически достроен: огромный, современный комплекс. Всего четыре уровня. Минус второй этаж занимали железнодорожные пути, напрямую сообщающиеся с внешним миром, там людей не было. Принятых беженцев размещали в основном на минус первом этаже. На первом этаже царила суета, а Бянь Чанси повели на второй этаж — видимо, там располагалось командование.
Она ступила на остановившийся эскалатор. Плитка сверкала, высокие потолки, гигантские колонны и огромное пространство заставляли чувствовать себя ничтожной песчинкой. Каждые десять метров стоял часовой в полицейской форме, остальные люди постоянно сновали вверх-вниз, создавая видимость бурной деятельности.
Эвольвер Металла куда-то исчез. Навстречу вышли двое. Одним оказался тот самый босс Чжан из интернет-кафе, которого она видела вчера, а вторым — мужчина с интеллигентной внешностью, похожий на офисного клерка.
Босс Чжан улыбнулся:
— Привезли? Отлично, отлично, потрудились на славу.
Обновлено: 10.07.2026