Глава 132 — Глава 132.

*Глава 132.* ***** – Мисс Ластел – это мисс Стелла. Вскоре после того, как его рыдания стихли. Эйден с покрасневшими от слёз глазами протянул Психее носовой платок. Затем вынул карманные часы и проверил время под светом факела. – Она всегда приходит в это время, так что скоро покажется. – Понятно, – Психея утёрла платком влажные глаза. – Не знал, что Вы ищете Стеллу. Знай я об этом заранее, сказал бы Вам. – Нет. Лучше скажите, почему мисс Стелла стала одеваться как благородная леди? Именно так. Рыцарь сказал, что, когда Стелла приходит навестить Лилиан, она одевается в имперский наряд, а не свойственную западным кочевникам робу. ***Вот почему её не смогла найти ни информационная гильдия, ни Эрик.*** – Ну, не знаю, – Эйден ответил, что ему неизвестно. – Мне казалось, что она сама по себе человек уникальный во всех аспектах. ***Догадываюсь, зачем она замаскировалась, ***– но Психея согласно кивнула и сложила ставший мокрым платок. – Я постираю его и верну. – Нет, можете отдать так, – Эйден забрал у неё платок. После чего добавил пару слов насчёт Стеллы. – Честно говоря, я и сам не знаю, зачем человек вроде неё, скалящий клыки на императорскую семью, регулярно наведывается во дворец. Во все времена род Стеллы ненавидел императорскую семью и даже империю как таковую. Пусть они и принадлежали империи, но самолично правили западом, словно тот был обособленным государством. Потому было удивительно, что она проделала весь этот путь лишь для того, чтобы встретиться с Лилиан. Психея медленно моргнула. – Должно быть, из-за Лилиан. – Что? – Не знаю подробностей, но Стелла говорила, что Лилиан для неё как маленький ребёнок. ***По словам Джесса, именно Стелла забрала брошенную в пустыне Лилиан.*** ***Не из сочувствия. Была какая-то другая причина.*** – Насчёт инцидента в «Королевстве Кукол». Вы знали, что мисс Стелла кого-то там искала? – Да, знаю. – Это была Лилиан. ***Любит кукол, упрямая и жадная. Просто идеально описывает Лилиан.*** ***Почему я тогда этого не поняла?*** ***Причиной, по которой она извинилась в нашу первую встречу в лабиринте, была Лилиан, из-за которой меня, скорее всего, могли выгнать. Поэтому она попросила прощения.*** – Как такое… ***Принцесса Лилиан… Нет, Лилиан и мисс Стелла знакомы?*** ***Невообразимо, ***– Эйден был сбит с толку. Психея тихо спросила: – Вы слышали, о чём она говорила с Лилиан? – Они ни о чём не говорили. Потому что Лилиан не в состоянии вести разговор. Он поведал, что она, видимо, потеряла рассудок от шока и теперь днями сидела, глупо глядя в никуда и не говоря ни слова. – Должен же её кто-то кормить в таком случае. ***Всё, что она уже сжимала в руках, исчезло в мгновение ока. Шок, должно быть, оказался крайне силён, ***– Психея понимала её чувства, но совершенно не сочувствовала ей. – ***Разве не она до моего рестарта сама отняла у меня жизнь, поскольку не смогла отобрать всё остальное?*** – Кстати, принцесса, к кому Вы пришли? – Эйден спросил, к кому из троих, Логану, Лилиан или Ленноксу, она пришла, поскольку все трое сидели здесь взаперти. Естественный вопрос, ведь заместитель капитана буквально только «направил», после чего сразу же вернулся. – К вам, сэр Эйден. – Что? – Я здесь, потому как хотела с вами увидеться. Эйден залился краской, а его глаза забегали. Мужчина взглянул на Психею, после чего торопливо опустил взгляд в пол. – В-вот как. Пусть и запоздало, но поздравляю с возвращением Силькисия. И с тем, что имя госпожи Реас было очищено. – Благодарю, – Психея, из-за полумрака не сумевшая разглядеть цвет лица Эйдена, мягко улыбнулась. Они так открыто говорили о том, чего не могли сказать прежде. То был разговор, какой обычно вели близкие люди, делясь рассказами о простой повседневной жизни, вроде сражения на севере и тренировок в ордене Арденталь. Затем их прервали чьи-то шаги: некто спускался по лестнице в подвал. ***Это Стелла?*** ***Если это и правда Стелла и если она даже замаскировалась, лишь бы избежать нашего с герцогом внимания, очевидно, что уйдёт сразу же, как увидит меня.*** Так что Психея схватила Излета, прежде неловко стоявшего в стороне, и вошла в тень, где не доставало пламя факелов. А когда сбитый с толку её неожиданным поступком Эйден попытался было её окликнуть, принцесса приложила к губам указательный палец. ***Тс-с.*** Эйден тут же замолк и притворился, что всё это время был здесь один. *Скрип, *– железная дверь отворилась. В коридоре показался простой рыцарь, пришедший в качестве сопровождающего, и дама средних лет с изящно собранными длинными волосами цвета охры. Она производила впечатление мягкости и нежности, но от твёрдо очерченного рта становилось не по себе. ***Это и есть мисс Стелла?*** Пускай она уже несколько раз виделась со Стеллой, прежние встречи казались ей какими-то далёкими, ведь тогда принцесса видела лишь её глаза, а не лицо целиком, как сейчас. Когда рыцарь вернулся после сопровождения, Эйден спокойно заговорил с дамой: – Вы снова пришли на встречу с Лилиан Маюм? ***Лилиан Маюм, ***– когда она мысленно повторила непривычное имя, мужчине ответил знакомый голос. – Да. Это и правда была Стелла. Психея выскочила из тени. – Мисс Стелла. – …! – карие глаза расширились от удивления. Психея схватила Стеллу за руку прежде, чем та успела сбежать. – Простите, но могу ли я с вами поговорить? В дрожащих карих глазах читалось сомнение, но вскоре оно уступило покорности. ***Я даже переоделась, потому что не хотела попасться Лестиру или Силькисия, но не ожидала, что меня так поймают, ***– она бросила взгляд Психею, после чего глянула на грубые железные ворота позади Эйдена. И медленно открыла рот: – Могу я сначала пойти и увидеться с Лилиан? – Не возражаю. Поскольку она уже разыскала Стеллу, можно было не торопиться, так что Психея с готовностью согласилась. Услышав, что они пришли к согласию, Эйден открыл дверь темницы. *Скри-и*, – тюремная дверь отворилась, противно скрипя петлями. И тут же раздался отчаянный мужской вопль: – Психея-я-я-я!.. ***Логан? ***– Психея невольно напряглась от удивления. Излет так испугался, что подскочил на месте, Эйден был спокоен как удав, словно частенько слышал его вопли, а на лице Стеллы не отражалось ровным счётом ничего. За железной дверью располагался короткий коридор. В нём также находились другие железные двери, создавая ветвистую структуру, как в лабиринте, ради предотвращения побега. Эйден провёл Стеллу к одной из них. Через щель Психея увидела Лилиан, сидевшую в кресле-качалке. Как и говорил вице-капитан и Эйден, она сидела, ухмыляясь в пустоту, словно обезумевшая. Едва Эйден покинул её комнату, как Психея открыла рот: – Могу я тоже кое-кого навестить? – Вы к Логану? У неё нет причин навещать Леннокса, и она ничего не сказала, когда рыцарь открыл дверь в комнату Лилиан. Поэтому он предположил, что девушка хочет увидеть Логана. – Да. – Может быть опасно. – Для меня? По её тону Эйден запоздало понял, что сказал чепуху. Пускай Логан и обезумел, как он может представлять угрозу принцессе? – Прошу сюда. Он привёл их к камере Логана. Вошла только Психея, а Излет решил подождать снаружи. В коридоре по-прежнему эхом раздавался вой Логана, от которого кровь стыла в жилах: – Психея! Я должен был убить тебя ещё тогда. Должен был убить тебя, невзирая на императора!.. Когда Психея открыла железную дверь, вопли прекратились. Девушку встретили взъерошенные волосы, налитые кровью глаза и тот же рваный и мятый костюм, в котором он присутствовал на Конференции. Посреди скромной, но оборудованной всем необходимым для проживания, комнаты в плачевном состоянии сидел человек, прежде способный даже сбить птицу в полёте. *날아가는** **새도** **떨어뜨린다** – дословно «иметь возможность поймать птицу на лету». Означает владеть очень большой властью или влиянием.* Психея вошла внутрь, и Эйден закрыл за ней дверь. Она склонила голову вбок, глядя на Логана, уставившегося на неё как на кошмар во плоти. – Даже такой день сумел настать. – Психея! – Логан вскочил на ноги и с рёвом бросился на неё. Но Психея не стала уворачиваться и лёгким пинком сбила противника с ног. Падение смягчил ковёр, но ударившаяся о пол голова издала довольно гулкий звук. – Всё в порядке? – Психея-я-я!.. – Думаю, гостеприимство в самый раз для преступника, посмевшего извести герцогство империи, – сказала Психея, не давая ему снова наброситься. Переполненный яростью, Логан так хрипел, что принцесса бы не удивилась, если бы мужчина прямо сейчас лопнул, будто мыльный пузырь, и рухнул навзничь. – Убирайся! Сейчас, сейчас же вон! Будь ты проклята, с*кина… ***Я всё думала, откуда Леннокс набрался ругательств, а это, оказывается, наследственное.*** Было трудно вести нормальный разговор, поскольку мужчина всё продолжал кидаться на неё с кулаками. Так что Психея сбила его с ног и наступила на спину, не давая больше встать. – Сдохни, сдохни, говорю! – полностью подавленный Логан орал, чтобы девушка покинула темницу. Ту же его вопли совершенно не заботили. – Доказательства того, что император руководил крушением прежней Силькисия. Как и доказательства того, что он пытался обрести вечную жизнь с помощью запретной магии. На словах «вечная жизнь» вопли Логана резко смолкли. Он неестественно вывернул шею и уставился на неё в молчаливом вопросе: *«Откуда ты знаешь?»*. – Полагаю, вы сможете мне их дать. – Не смеши меня. Думаешь, я буду плясать под твою дудку? – Да, будете, – Психея скрестила руки на груди. Она высокомерно взглянула на мужчину, скорчившегося у неё под ногами. – Рано или поздно мы проведём суд и предадим огласке эти дела. Думаю, мне незачем говорить, какой выбор сделает император тогда. Вы и сами прекрасно знаете. *«Молчи, прими все грехи на себя и умри в одиночестве или же открой рот, раздели преступления на обоих и утяни его за собой».* Вот что за выбор она ему предлагала. – При таком раскладе роду Маюм определённо придёт конец. Но даже я не знаю, что произойдёт, если вы решите заговорить. Может, потомки сумеют выжить и продолжат ваш род? – … – Что думаете? Логан, царапавший пол в попытках вырваться, сжал кулаки. Он всё ещё лежал на животе, ощутимо дрожа. Спустя некоторое время он спросил дрожащим голосом: – Если откажусь от своих потомков, смогу ли я выжить? ***Сказал бы что-то осмысленное, ***– так подумала Психея. Однако и слова не сказала о том, что могло бы навести его на мысли о его напрасных надеждах.