Серия обгонов Шу Луна была настолько яростной, что многие забыли: в самом начале он попал в серьезный замес. Едва он пересек черту, адреналин схлынул. На него навалилась такая усталость, что боль в руке и ребрах стала тупой и далекой. Зрение начало меркнуть, он видел лишь крохотное пятно в центре. Он едва дотянул до зоны безопасности и остановил машину. Шу Лун попытался встать, но каждая мышца ныла и дрожала. Он бессильно откинулся в кресле и поднял руку, призывая маршалов на помощь.
Последствия управления одной рукой были тяжелыми. На гоночных картах нет ремней безопасности. Чтобы его не выкинуло из кокпита на скорости, Шу Луну приходилось весь заезд держать мышцы в предельном напряжении, компенсируя нехватку точки опоры.
В итоге Шу Луна вынесли с трассы на руках. Он не смог даже выйти на награждение титулом чемпиона мира. Когда медики разрезали пропитанный кровью рукав комбинезона и увидели распухшую фиолетовую руку с четырехсантиметровой рваной раной, в комнате воцарилась тишина. «Он ехал с этим всю гонку? Прорвался из хвоста в лидеры... с такой рукой?!»
Пока медики оказывали помощь, в штабах топ-команд закипела работа. Новости летели на столы руководителей одна за другой.
В следующие дни в отеле телефон Шу Сюна не умолкал. Роуминг сожрал все деньги на счету. Звонили все: от команд младших формул до представителей академий. Все звали на просмотры и тесты! Для Шу Луна попадание в молодежную программу (академию) было жизненно важным шагом. Академия берет на себя все расходы и дает гонщику ресурсы и связи, о которых «одиночка» не может и мечтать.
— Хорошо, спасибо за предложение. Я подумаю. — Шу Лун с облегчением выдохнул и вернул телефон отцу. Общение с боссами команд выматывало его сильнее гонки. Он бы лучше еще раз проехал заезд со сломанной рукой, чем выслушивал очередной звонок. Его вежливая улыбка, казалось, приклеилась к лицу намертво.
Чжан Синь уже собирала команду юристов в Китае, чтобы лететь на помощь, а пока все переговоры вел Шу Лун. Не бросать же это на Шу Сюна, чей английский едва позволял купить еду.
— И кто в этот раз? — Сидящий в кресле старик закинул ногу на ногу с видом победителя. Это был тот самый странный дед с Ред Буллом — Хельмут Марко, глава молодежной программы Ред Булл. Кстати, он уже оплатил все счета Шу Луна за лечение и отель, так что его присутствие здесь было вполне законным... вроде как.
— Говорят, это из молодежки Макларен. — И что ты думаешь? — Я...
За эти дни звонили из Мерседеса, Вильямса и даже из Феррари. Все бренды звучали круто, и Шу Лун всерьез страдал от мук выбора.
Первым делом он исключил Феррари. Не потому что они плохи — они велики. И пусть они семь лет сидели без титулов, их база и история были непревзойденными. Но там был Чжоу Гуаньюй. Он проводил отличный дебютный сезон в F4 и шел на вице-чемпионство. Если Шу Лун пойдет туда — они с Чжоу станут прямыми конкурентами внутри системы, и положение одного из них неизбежно станет шатким.
Маленькие команды он не рассматривал. Кроме Ред Булл, единственным реальным конкурентом был Мерседес. Они взяли оба титула в прошлом году и, судя по всему, собирались повторить это в нынешнем. Шу Лун чувствовал симпатию к «серебряным стрелам» — ведь их взлет совпал с его началом карьеры. Знак судьбы? Но Хельмут Марко быстро спустил его на землю.
В словах конкурента всегда есть доля лукавства, но логика доктора Марко была железной. Мерседес сейчас — это «самовоз», космолет. Их пилоты на пике формы, и в ближайшие годы мест для новичков там не будет. Феррари же вечно гонялась за готовыми чемпионами со стороны, и пробиться туда из академии было почти невозможно — приходилось годами сидеть в клиентских командах.
Ред Булл был другим. Их академия славилась жесточайшей дисциплиной: малейшая ошибка — и тебя вышвыривают без второго шанса. В 2000-х они выгоняли парней за длинные волосы, за очки или просто потому, что лицо не понравилось... Но это был самый быстрый лифт наверх для парней без связей. У них в руках было сразу четыре места в F1 (основная команда и молодежная).
— Ты знаешь Макса. Он сказал мне, что вы помогли ему в трудную минуту. И добавил, что ты чертовски крут. Я не верю словам на сто процентов — Йоса я знаю слишком хорошо, чтобы доверять его мнению. Поэтому я пришел сам. Результат налицо. Ты сотворил чудо ради победы, преодолев предел боли. Это и есть дух Ред Булл, не так ли?
Макс Ферстаппен, тот самый беженец с заправки, в неполные восемнадцать лет уже стал боевым пилотом Торо Россо, поставив рекорды как самый молодой гонщик и самый молодой обладатель очков в истории. Ред Булл не боялся рисковать с молодежью, порой принимая безумные решения. Это был их стиль.
Ники Лауда недавно возмущался из-за Макса, но Марко знал: такие таланты на дороге не валяются. Он не давал Шу Луну гарантий места в F1, но предлагал реальный шанс. Макс был доказательством его глазомера. И хотя молодые пилоты часто грешат безрассудством, именно их энергия нужна была «быкам».
Шу Лун глянул на новый навык в интерфейсе и сделал выбор.
【Энергетическая настройка】: Употребление 300 мл любого энергетика повышает все характеристики тела на 5% на 2 часа. Спонсорский напиток (Ред Булл) дает +10%. (Внимание: побочные эффекты при частом использовании — бессонница, тревога, упадок сил).
Помимо этого бонуса, Шу Луну просто нравилась их форма — те самые цвета ракетки для пинг-понга. Идеальное совпадение с его вкусом.
На следующий день прилетела Чжан Синь. Условия Марко были настолько хороши, что даже её юристы не нашли подвоха. Команда Ред Булл была топовой: четыре титула подряд (2010-2013) и статус единственной силы, способной бросить вызов Мерседесу.
Если уж идти в F1 — то с ними. Это был лучший плацдарм. Конечно, условие было одно: Шу Лун должен оставаться лучшим. Иначе — забвение. А уверенности в себе Шу Луну было не занимать.
Сделка состоялась. Теперь Шу Луну нужно было залечить раны, а затем лететь в штаб-квартиру академии для тестов и оценок. Обычно сначала тесты, потом контракт, но Шу Лун был слишком лакомым куском, чтобы медлить. Академия — это не благотворительность, это инвестиции миллионов долларов. Марко обычно устраивал «гладиаторские бои» среди десятков кандидатов. Но Шу Лун был особенным. На него стоило поставить по-крупному.
Вернувшись домой с перевязанной рукой, Шу Лун первым делом пошел к деду хвастаться. — Деда, теперь иностранцы будут платить нам деньги, чтобы я гонял! — Молодец! Только цена великовата — тебя что, побили там? — Да ну! Это круче любой драки!
Он рассказал всё как было. Старик смеялся до слез. Он не понимал всех этих латинских букв в названиях гонок, но понял главное: его внук показал этим лаоваям, что у него есть яйца. Рана заживет, а такой опыт стоит дороже любых лет в армии. Старый солдат любил в людях мужество и не выносил нытиков.
— А деньги-то они тебе будут платить? — Ну... там есть выплаты на еду и жилье...
На самом деле — почти ничего. Но Шу Лун не хотел портить момент и продолжал раздувать щеки. Дед, почуяв неладное, тут же перевел тему на свое любимое. — Ой, ну тогда ты отстаешь. Мэнмэн-то помнишь? — Помню. Что она опять натворила?
Они не виделись три года, с начальной школы. Родители дружили, а дети разлетелись в разные стороны. — Дед Гань говорит, она на сайте «Дири-Бара» песни поет. Говорит, у неё там несколько десятков тысяч фанатов. — ...Чего? На Билибили? — Во-во, на нем. Не понимаю я ваши молодежные штучки. — Она? Десятки тысяч? Да врет старик!
Шу Лун почувствовал укол зависти. Он там кровь проливал на трассе — и его никто не знает. А она выложила пару видео — и звезда? Сайт Bilibili был популярен, Шу Лун как-то зашел туда, но попал на какие-то странные «философские» видео (гачимучи) и в ужасе удалил приложение. С тех пор он считал этот сайт притоном. Как нормальная девочка может там прославиться? Невозможно!
В своей комнате он первым же делом скачал розовое приложение. Через неделю из его комнаты по вечерам доносился то дикий хохот, то стоны боли — он смеялся над видео так, что болели сломанные ребра.
В школу он пока не пошел. Чжан Синь уже готовила документы на академический отпуск — гонки теперь стали полноценной работой. Чтобы сын не превратился в игромана, мать ввела санкции: телефон сдавался по расписанию, компьютер под паролем. Это было жестоко. Вместо гонок — солнце на балконе и тайчи с дедом. Шу Сюн уехал в Гуандун — друзьям-механикам понадобилась помощь с какими-то редкими деталями из его запасов.
#
Обновлено: 01.02.2026