Быстро закончив с обедом, пока остальные продолжали отдыхать, Жун Гуан вместе с рабочей группой отправился отснять несколько кадров – актеры для этого не требовались, нужны были лишь переходные планы с пейзажами.
Такие кадры снимались довольно просто: нужно было лишь дать операторам, Цзян Вэю и Цзэн Цзяню, привыкнуть к визуальному стандарту. Вторая половина фильма должна была сниматься на 35-миллиметровую кинопленку, и им требовалось прочувствовать кадр.
Дав Цзяну и Цзэну снять по одному плану, Жун Гуан заметил, насколько они измотаны. Он тут же скомандовал прекратить работу:
— Брат Цзян, брат Цзэн, быстро идите отдыхать. Днем еще репетиция. Оставшиеся кадры я сниму сам.
И в самом деле, утренняя непрерывная двенадцатиминутная пробежка с камерой на плече, дубль за дублем, выжала из операторов все соки.
— Гуанцзы, ты точно справишься? — Осведомился Цзян Вэй.
— Без проблем, не волнуйтесь. Эту катушку пленки все равно нужно до конца отснять.
Назначив художника-постановщика своим дублером, чтобы тот временно заменял его при расстановке мизансцен на репетиции, Жун Гуан продолжил съемку.
— Сестра Чжан, побудь пока помощницей режиссера, — распорядился Жун Гуан, давая указание гримёрше. Дождавшись ее согласного кивка, он притянул к себе оказавшуюся рядом Ян Са:
— Сяо Ян, в следующих паре кадров тебе нужно будет мелькнуть в эпизоде.
— Мне? — Ян Са округлила глаза от изумления, но тут же кивнула:
— Хорошо, режиссер Жун.
На самом деле, во многих съемочных группах сотрудники частенько подрабатывали актерами массовки. К тому же Ян Са, будучи выпускницей Пекинской киноакадемии, тоже посещала уроки актерского мастерства. И хотя это не было ее основной специальностью, она все равно играла лучше любого статиста, пойманного на улице. А такие эпизоды, где и играть-то было нечего, в глазах Жун Гуана по сути мало чем отличались от деталей пейзажа.
Никаких накладок не произошло. Хотя Ян Са поначалу держалась перед объективом скованно, после нескольких пробных дублей кадры были успешно отсняты.
***
Вернувшись на место репетиции, Жун Гуан первым делом плюхнулся в принесенный с собой шезлонг.
За годы, проведенные на съемочных площадках, некоторые привычки въелись в самую душу Жун Гуана. Например, эта – использовать каждую свободную минуту для отдыха!
Работа в кино изнурительна, и вечно случаются какие-то форс-мажоры. Поэтому, если можешь сидеть – не стой, если можешь лежать – не сиди. Нужно беречь каждую каплю сил, чтобы справиться с грядущими задачами.
К слову сказать, для актеров автодом для звезд – вещь крайне практичная, и изначально их использовали вовсе не для того, чтобы рисоваться или мериться статусом. Но там, где есть люди, всегда есть интриги, а уж в «красильном чане» шоу-бизнеса избежать подобного и вовсе невозможно…
Так что этот шезлонг Жун Гуан купил специально: на нем можно было и сидеть, и лежать – своего рода режиссерский трон. Конечно, об актерах и персонале тоже подумали: для них зоной отдыха служили те два автомобиля.
Наблюдая за ходом репетиции, Жун Гуан про себя удовлетворенно кивал. До совершенства было далеко, но еще несколько прогонов – и они выйдут на достойный уровень. Стоило признать, что большинство нанятых актеров были из «штурмующих столицу», но у всех имелась база, да и усердия им было не занимать.
Однако, вглядываясь в детали, Жун Гуан слегка нахмурился. Он внезапно осознал, что к актерам вопросов нет, а вот со стороны операторов наметились кое-какие проблемы.
И виной тому было примитивное оборудование.
В то время, из которого Жун Гуан переродился, киноиндустрия давно перешла на цифру. После съемки можно было тут же отсмотреть материал и выявить ошибки.
Сейчас же увидеть качество отснятого можно было только после проявки пленки. Поэтому на репетициях Жун Гуан не мог заметить мелкие огрехи операторов – их просто невозможно было отследить через систему видеоповтора.
Хорошо, что он вовремя это почувствовал.
Сами по себе эти недочеты требовали лишь разъяснения и корректировки, исправить их труда не составляло. Но такие нюансы целиком зависели от практического опыта оператора.
На операторском факультете обычно обучают съемке на одну камеру. Многокамерную съемку проходят в теории, ведь Пекинская киноакадемия просто не могла обеспечить условия для практики с несколькими камерами. Да что там Пекинская академия – даже три ведущие киношколы США не могли позволить себе такого расточительства.
Теория теорией, но в практике всегда есть нюансы. И всё это – чистый опыт: как снять лучше, как потратить меньше сил, как не мешать друг другу в кадре, как правильно перемещаться.
В материковом Китае обычно использовали простые нижние точки съемки максимум с трех камер – этого хватало для сериалов и незатейливых фильмов. Но если речь заходила о четырех, пяти или даже шести камерах с высоких точек, то тут приходилось звать либо гонконгских спецов, либо личных операторов нескольких именитых режиссеров – только у них был богатый опыт в подобных вещах.
Именно поэтому гонконгские операторы оккупировали нишу элитных операторов-постановщиков. Они передавали знания от учителя к ученику, были весьма закрыты, и молодым операторам с материка было крайне сложно пробиться к ним на обучение.
Взять, к примеру, того же Цзэн Цзяня, который в будущем станет величиной! Ему все равно придется перебраться в Гонконг вместе с Мэй Тин, иначе он не освоил бы передовые техники съемки с высоких точек. И даже доведя мастерство работы с нижних точек до совершенства и получая награды на кинофестивалях, он долго не мог получить шанс стать главным оператором на высокобюджетном блокбастере. Возможно, он уже всё знал и умел, но ему просто не давали шанса! Инвестиции в такие ленты исчислялись сотнями миллионов, и никто не хотел рисковать.
А сейчас Цзян Вэй и Цзэн Цзянь были всего лишь новичками, которые даже техникой двухкамерной съемки владели не полностью. База для работы с одной камерой у них была железная, но съемка в две камеры требовала особых хитростей.
Ничего не поделаешь, парню на «Бафу» на роду написано пахать за всех!
Жун Гуан поднялся и хлопнул в ладоши, прерывая репетицию. Он подозвал Цзяна и Цзэна к себе и вполголоса проинструктировал:
— Смотрите, как я снимаю. Вникайте в каждое движение. Если что непонятно – спрашивайте сразу.
Не обращая внимания на их недоуменные лица, Жун Гуан взял камеру:
— Сейчас я покажу расстановку для брата Цзяна!
Стоило Жун Гуану вскинуть камеру на плечо и сделать первый шаг, как лица операторов изменились. По одному этому простому движению они мгновенно поняли: Жун Гуан – настоящий профи в операторском деле. А в следующий миг их глаза загорелись. Внезапно продемонстрированный маленький технический прием разом разрешил их внутренние сомнения. Это было похоже на внезапное озарение…
Цзян и Цзэн постепенно погрузились в учебу, боясь упустить хоть малейший жест Жун Гуана. Работая в других группах, они часто сталкивались с тем, что старые мастера придерживали профессиональные секреты при себе. Поэтому такая возможность поучиться была для них поистине бесценной.
А почему какой-то безродный «скиталец» обладает навыками, превосходящими уровень выпускников операторского факультета? Да кого это теперь волновало!
Раз он готов нас учить – значит, он наш настоящий босс!
Обновлено: 20.02.2026