Бледный разоблачающий свет
OSR fanatic сказал:
Появится ли в этой истории дриада Кии?
Нажмите, чтобы развернуть...
Нажмите, чтобы свернуть...
Да. Можно смело предположить, что почти все персонажи аниме и манги так или иначе появятся в сюжете.
И-и-и вот часть 7 (или 8, если считать интерлюдию Смит).
--------------------
Кто бы что ни говорил, а аппетит у девочек-монстров был просто зверский.
Довольно быстро стало ясно, что объедков не останется. Папи сметала всё, что перед ней ставили, и в какой-то момент нам пришлось следить, не вдыхает ли она пиццу быстрее, чем воздух. По сравнению с ней Мия вела себя довольно скромно, хотя, впервые попробовав пиццу на вкус, она принялась за неё с огромным азартом. Центории еда, похоже, тоже пришлась по душе: она медленно, но верно в одиночку прикончила больше половины вегетарианской пиццы.
Когда мы закончили, Папи, потирая раздувшийся животик, со стоном откинулась на спинку сиденья.
─ Папи больше не хочет кушать... ─ проныла она.
─ Так, я так понимаю, пицца вам понравилась? ─ спросил я, скорее риторически.
Они хором подтвердили мои слова, хотя у Папи не получилось сделать это так энергично, как ей хотелось бы.
─ Было чудесно! ─ воскликнула Мия, радостно покачивая хвостом и улыбаясь. ─ И подумать не могла, что люди умеют готовить такое!
─ И впрямь, ─ кивнула Центория. ─ Столь многогранное блюдо, в котором найдётся сочетание на любой вкус!
─ Тебе бы в кулинарные критики податься, ─ усмехнулся я.
Она легонько рассмеялась и отмахнулась, будто отсекая мои слова.
─ Ох, я бы никогда на такое не решилась. Я не очень уютно чувствую себя в центре внимания.
─ Понимаю, ─ пожал я плечами. Я сверился со временем: было полдевятого. Я понятия не имел, когда именно девочки начнут ощущать на себе полное влияние полнолуния. Было ли это чем-то, что постепенно разъедало их самообладание, пока тормоза окончательно не отказывали, или всё происходило в один миг, как только пробивало полночь?
А вообще, почему бы просто не спросить их? Стоп, а вдруг, если они начнут об этом думать, то станут ещё более уязвимыми, или может быть...
Тьфу. С каких это пор обламывать Курусу стало моей работой?
─ Ты в порядке, Мастер Романтики? ─ спросила Мия. ─ Вид у тебя... раздосадованный.
Ну, на то были веские причины, но я всё же выкинул лишние мысли из головы, прежде чем ответить.
─ Прости, просто задумался. В общем, хотите ещё куда-нибудь сходить, пока мы не вернулись?
Это была шитая белыми нитками попытка удержать их подальше от дома, и Мия с Центорией это прекрасно поняли. Поняла бы это Папи или нет ─ вопрос спорный, но сейчас это не имело значения, так как маленькая гарпия явно впадала в пищевую кому.
─ Ну... на самом деле мне кое-что любопытно, ─ начала Мия, робко постукивая пальцами. ─ Насчёт того совета...
Полагаю, это было неизбежно, верно?
─ Прежде чем начнёшь, ─ перебил я её, подняв руку. ─ Может, выйдем на улицу? Думаю, Папи станет лучше на свежем воздухе.
Мия и Центория кивнули, а когда они встали, я осторожно тронул нашу самую крошечную спутницу за плечо.
─ Эй, Папи? Ты вообще встать сможешь?
─ Угуу-у~ ─ вот и всё, что я получил в ответ. Значит, нет.
Громко вздохнув и надеясь, что я случайно не отравил её каким-то неведомым, специфическим для её вида способом, я выбрался из-за стола с другой стороны. Я присел на край её диванчика спиной к ней и потянул за крыло, стараясь не выдергивать перья.
─ Давай, Папи, шевелись, ─ мягко проговорил я. ─ Пора ехать на закорках.
Папи что-то пробормотала, но без проблем подползла ко мне и медленно обхватила мою шею руками. Ощущение было странным: её перья касались моей одежды, но жаловаться было не на что. Когда она развела ноги так, чтобы они свисали по бокам, я осторожно подхватил её под бёдра, стараясь не делать резких движений. Пока я поднимался, её голова покоилась у меня на лопатках.
Боже, она была до нелепости лёгкой, даже с полным желудком. Для меня это стало настоящим шоком, так как я не был, мягко говоря, горой мускулов. Я, конечно, знал, что у неё полые кости, чтобы она могла летать, но почувствовать это самому ─ совсем другое дело. Уже не в первый раз я поймал себя на том, что меня искренне восхищает её уникальная физиология: как вообще у вида, по размерам и форме схожего с человеком, могли развиться полые кости? Как Папи может обладать такой невероятной силой, оставаясь при этом такой лёгкой?
Смешок прервал ход моих мыслей. Я поднял глаза и увидел Мию и Центорию, которые смотрели на нас с улыбками.
─ И что тут смешного? ─ спросил я с вызовом, слегка поправив руки, чтобы Папи не сползла.
─ Просто вы смотрелись так естественно, когда заботились о Папи, Джанай-сама, ─ заметила Центория. ─ Мы не ожидали от вас такой нежности.
─ Оу, ─ только и смог выдавить я, прежде чем пожать плечами. ─ Наверное, проснулся старый инстинкт старшего брата. У меня дома осталась младшая сестра, но я уже давно не делал ничего подобного.
Мия снова хихикнула, и это зрелище меня порадовало: казалось, её тревога, пусть и ненадолго, была забыта.
─ Вы двое выглядите очень мило!
─ Да-да, только не вздумайте ничего такого себе вообразить, ─ проворчал я, уже направляясь к выходу из ресторана.
Официантка, обслуживавшая нас, спросила, всё ли в порядке с Папи, и я заверил её, что всё хорошо, она просто немного притомилась. Мия оплатила счёт, так как мои руки были заняты, и, уладив дела, мы вышли в ночь. Как и ожидалось, полная луна висела высоко и ярко, заливая весь мир своим бледным сиянием.
Я подавил дрожь и лениво направился в сторону парка. Какое-то время мы шли в тишине, так как вокруг всё ещё были люди, а я рассудил, что девочкам захочется уединения для разговора. Вскоре мы нашли в парке укромное местечко ─ скамейку, освещённую одиноким фонарём.
Я осторожно уложил Папи на скамью, сам немного удивляясь тому, насколько я с ней бережен. Она ведь не была смертельно больна, просто живот разболелся. Возможно, я перегибал палку.
Когда я её усадил, она часто захлопала своими янтарными глазами и хихикнула.
─ Это было клёво! Спасибо!
Улыбка сама собой появилась на моём лице. Наверное, я и впрямь переигрывал, но эта гарпия начинала мне нравиться. Я знал, что она вовсе не ребёнок и далеко не невинна в определённых аспектах, но ничего не мог с собой поделать. В любом случае, такой тип отношений мне нравился больше, чем альтернатива.
─ Без проблем, ─ ответил я, с тяжёлым вздохом плюхнувшись рядом с ней. ─ Тебе лучше?
─ М-м! ─ Папи начала было энергично кивать, но поморщилась и схватилась за живот. Тем не менее, она продолжала улыбаться. ─ Вроде того!
─ Ну, тогда отдыхай. Мы здесь задержимся.
Я надеялся на это. Бросив быстрый взгляд на нависающую полную луну, чтобы проверить, на месте ли она (спойлер: на месте), я посмотрел на своих спутниц ─ ламию и кентавра. Мия кусала губы и теребила край футболки, так что костяшки пальцев побелели. Центории удавалось скрывать это лучше, но, судя по её подрагивающим ногам и машущему хвосту, она тоже начала ощущать действие луны. Папи повезло ─ она отвлеклась на боль в животе, что, оглядываясь назад, было просто манной небесной, ведь я сильно сомневался в своей способности удержать возбуждённую гарпию от того, чтобы она просто не улетела. Но у двух других такой роскоши не было.
Я не мог представить, каково это ─ когда какая-то там луна так сильно влияет на разум. Перспектива потерять самоконтроль меня совсем не прельщала. Слава богу, что технически я был лишь лиминалом.
─ Ну, выкладывайте, ─ предложил я, похлопав по пустому месту рядом со мной. Мия нервно подползла и села, отказываясь смотреть мне в глаза. Центория осталась стоять напротив нас ─ высокая белокурая стена едва сдерживаемого напряжения.
─ Я, эм... ─ выдохнула Мия, ерзая на месте. ─ Это даже забавно. ─ Она печально улыбнулась. ─ Я не помню, о чём хотела спросить!
─ Из-за луны трудно соображать, да? ─ спросил я. Она медленно кивнула. Если ни она, ни Центория не собирались начинать, значит, эта задача ложится на меня. И я перешёл сразу к делу. ─ Я знаю, что он скажет вам всем завтра.
«Это» привлекло их внимание. Но совсем не так, как я рассчитывал.
«Гх! Не... могу... дышать!»
Прежде чем я успел моргнуть, я вновь ощутил то, что уже испытал в свою первую ночь здесь. А именно ─ из меня вышибали дух.
─ ГОВОРИ СЕЙЧАС ЖЕ! ─ закричала Мия прямо мне в ухо, сжимая кольца вокруг моего тела. Вместо ответа я выдал лучшую пародию на хрипящую, умирающую черепаху. Те немногие части тела, что оставались свободными, бесполезно дёргались в отчаянной попытке спастись...
─ Немедленно отпусти его! ─ взревела Центория. Ей удалось просунуть пальцы в щели и надавить изо всех сил, позволив мне судорожно вдохнуть драгоценный кислород. ─ Мы ничего не узнаем, если ты прикончишь его раньше времени!
Мне хотелось верить, что она ценит информацию больше, чем мою жизнь, только из-за влияния луны.
─ Чёрт побери, ─ пробормотал я, и каждый вдох давался с трудом. ─ Какого хрена я вообще это делаю?
Центория и Мия, которые до этого яростно спорили, замолчали. Хм, должно быть, я сказал это громче, чем собирался. В обычной ситуации мне было бы не всё равно.
─ О-ой нет, я с-снова это сделала, ─ прохныкала Мия, её кольца медленно разжались и отпрянули. ─ Мне так жаль...
Должно быть, это стало последней каплей, потому что внутри меня что-то оборвалось.
─ Вы хоть представляете, как вам повезло?! ─ спросил я, чувствуя, что мне всё труднее сдерживать яд.
Я не стал ждать ответа.
─ Курусу ─ чёртов святой, ─ продолжил я, отбросив вежливость, потому что, блин, я был в бешенстве. ─ Честно, я ума не приложу, как он со всем этим справляется. На его голову свалились три иностранки по обмену, способные раздавить его в лепёшку, а он для них готовит, заботится о них, терпит их побои, пока они вечно пытаются его трахнуть ─ и всё это с улыбкой на лице!
На какой-то нелепый миг я задумался, не из-за полнолуния ли я так взбесился. Эта мысль немного отрезвила меня: сама идея, что нечто подобное может диктовать мне поступки, была противна. Я остановился и увидел, какой эффект произвели мои слова ─ они попали в самую цель, и очень больно.
Мия и Центория выглядели совершенно пристыженными, уставившись в землю и замерев. Даже Папи, которая, что не удивительно, внимательно следила за нашей перепалкой, казалось, лишилась дара речи. Чёрт, я... редко когда так злился. Думаю, триггером стало то, что меня чуть не убили. Снова. Хотя нет, я точно знал, в чём причина.
Я ненавидел гаремы. Ненавидел саму идею, ненавидел сам факт их существования. Это была какая-то бредовая фантазия, низводящая девушек до уровня сексуальных объектов, слепо жаждущих какого-то безликого тупицу, который даже не понимает, как ему подфартило.
Я глубоко вздохнул. Нельзя было продолжать в том же духе, только не с этими девчонками. Нужно было исправлять то, что я натворил.
─ И всё же... всё же он видит в каждой из вас только хорошее.
Я сам не понимал, что творю.
Я замолчал на мгновение, обдумывая следующую фразу. ─ Он так сильно заботится о вас, что сама мысль о том, что он может сделать вас несчастными, ввергает его в панику. Он ценит твою страсть, Мия. Ему нравится твоя игривость, Папи. И он восхищается твоим благородством, Центория. Я даже не смогу перечислить всё остальное, хотя бы потому, что знаю вас не так хорошо, как он.
Глубокий, прерывистый вдох. Я облизнул пересохшие губы.
─ Поэтому, пожалуйста... не позволяйте этой херне со свадьбой всё испортить. Потому что я говорю вам: если вы пойдёте к нему в таком состоянии, всё закончится ужасно. Разве вы не предпочли бы быть с ним на своих условиях, а не когда луна играет с вашими чувствами?
Это всё? ... Нет. Ещё кое-что.
─ Он сам придёт к вам, если любит. Если так суждено, ─ твердо закончил я. ─ Это не конец света, ясно? Ваша жизнь продолжится, что бы ни случилось, и это самое главное.
Всё. Больше я ничего не мог из себя выдавить.
Девочки молчали. Я думал, кто-нибудь из них начнёт со мной спорить, скорее всего, Мия, но вся их энергия, казалось, бесследно испарилась. Каждая выглядела совершенно подавленной, и от этого зрелища у меня защемило сердце. «Переборщил», ─ с горечью подумал я. «Ну, молодец».
Когда молчание затянулось дольше, чем мне хотелось бы, я тяжело вздохнул и встал.
─ Нам пора домой, ─ объявил я, потягиваясь. ─ Не знаю как вы, а я уже по горло сыт этим днём.
Что-то мягкое коснулось моего запястья. Я обернулся и увидел Мию; её золотистые глаза в лунном свете казались почти светящимися.
─ Прости меня.
Несмотря на атмосферу, я слегка улыбнулся.
─ Извинения приняты, ─ ответил я, и она отпустила руку. Я опустился перед Папи, чтобы заглянуть ей в глаза. ─ Ну что, покатать?
─ Ты... ты больше не будешь кричать, правда? ─ спросила она.
─ Не-а, ─ покачал я головой. ─ Кричать не так уж и весело.
В ответ Папи улыбнулась и протянула ко мне крылья.
─ Ура-а!
Я поднял её, и Мия присоединилась к нам. Центория помедлила, когда мы пошли прочь, и я окликнул её.
─ Эй, ты с нами?
Только тогда я заметил, что её руки сжаты в дрожащие кулаки, но решил промолчать. Большего от сегодняшнего вечера добиться было невозможно. После долгой паузы она наконец выдохнула:
─ Да.
Остаток пути прошёл в тишине. Мы дошли до дома и увидели, что свет везде погашен. Курусу, вероятно, уже спал или, по крайней мере, спрятался в своей комнате. Центория ушла к себе, даже не сказав «спокойной ночи», а мы с Мией и Папи поднялись на второй этаж.
Ламия задержалась у его двери, бросив на неё тоскливый взгляд, прежде чем отойти. Я уже собирался отнести Папи в её комнату, когда меня остановило тихое «Подожди».
Мия глубоко вздохнула и посмотрела прямо на меня.
─ Я люблю его. Я не... я не просто пытаюсь затащить его в постель. Я правда его люблю.
Зачем она мне это говорит?
Я слишком устал, чтобы гадать, поэтому просто кивнул и сказал:
─ Я верю тебе.
Она кивнула в ответ и ушла, бросив короткое «спокойной ночи». Я медленно поплёлся к комнате Папи, чувствуя, как с каждым шагом силы покидают меня. Неудивительно, что в её жилище был жуткий бардак; мне пришлось осторожно маневрировать между разбросанной одеждой и прочими дамскими штучками, чтобы добраться до её кровати, похожей на гнездо.
Папи счастливо повалилась на мягкие подушки, хихикая и прижимаясь лицом к своей подушке.
─ Сегодня было весело, ─ пробормотала она так тихо, что я почти не расслышал. Неужели она уже забыла то, что я наговорил? Я оглядел её, увидел умиротворение на её юном лице и искренние янтарные глаза, смотрящие на меня, и понял, что это не так.
─ Прямо-таки всё? ─ не удержался я от вопроса.
─ М-м, ─ задумалась она, ворочаясь в постели. ─ Не-а. Мне не нравится видеть, как Босс грустит, или как грустит братик, или даже когда Мия и Серея грустят. Но всё равно, ─ Папи ослепительно улыбнулась мне. ─ День выдался хорошим!
Я коротко рассмеялся, поражаясь неиссякаемому оптимизму этой девчонки.
─ Да, пожалуй. Спокойной ночи, Папи.
─ Спокойной ночи, братик!
Каким-то чудом я всё же добрался до своей кровати. И когда я уже проваливался в сон под тяжестью простыней, в голове всплыла одна мысль.
«Погодите... братик?»
Обновлено: 20.02.2026