Глава 39 — Глава 42

] – Для начала посмотрю, как дела у других… — пробормотал Догён. Спустя трое суток он, как обычно, пришел на работу к семи утра и принялся изучать групповые чаты других персональных банкиров и аналитиков. — Помощник менеджера Уджин составляет отчеты очень дотошно. — Догён с интересом листал ленту в канале, который вел Чхве Уджин. Тот умело пользовался своей осведомленностью и публиковал для клиентов прогнозы, акцентируя внимание на ключевых событиях, способных всколыхнуть рынок. — Количество подписчиков… девяносто человек… В прошлые выходные Уджин сам прислал ему приглашение. Если исключить оттуда главу филиала Рю Тхэхва, присматривающего за порядком, и сотрудников отдела комплаенса из штаб-квартиры, выходило, что в чате состояло более восьмидесяти реальных клиентов. — И ведь не все заходят в общую группу. Очевидно, что у звезды филиала Соннам в управлении находилось более сотни человек. Учитывая, что для VIP-сервиса Уджина существовал порог минимального взноса, суммы в его распоряжении крутились колоссальные. [Юн Догён, YuSeong Investment & Securities, филиал Соннам / подписчиков: 42] Вернувшись в свой чат, Догён усмехнулся, глядя на цифру в верхней части экрана. — Это только начало. Всего он вел около семидесяти клиентов, но в чат вступили лишь сорок – остальные избегали подобного формата общения. Когда на выходных он лично сообщил им о создании канала, люди восприняли новость с воодушевлением. Одни спрашивали, неужели сервис наконец-то запускается, другие признавались, что очень этого ждали. Ответственность давила, но раз уж он сам вызвался и люди этого хотели, Догён решил выложиться на полную. Его пальцы застучали по клавишам. «Прогноз рынка на четвертую неделю февраля. Ситуация на финансовых рынках в первом полугодии остается туманной…» Закончив черновик в текстовом редакторе, Догён отправил его на проверку Рю Тхэхва. — Глава филиала Рю Тхэхва: Хорошая работа. Для первого раза вы очень внимательно отнеслись к правилам комплаенса. Увидев ответ в мессенджере, Догён победно сжал кулак и улыбнулся. Он быстро набрал сообщение: — Я: Благодарю. За выходные я досконально изучил внутренние правила. В мире ценных бумаг комплаенс имел критическое значение. В конце каждой публикации необходимо было размещать «уведомление о комплаенсе», подтверждающее, что автор не имеет личной финансовой заинтересованности в рекомендуемых компаниях, а брокерская компания не владеет их акциями. Там, где речь шла о больших деньгах, такие формальности были жизненно важны. Подобные уведомления служили юридической защитой и могли стать решающим доказательством в случае судебных разбирательств. — Глава филиала Рю Тхэхва: Отлично. Можете публиковать в таком виде. Удачи. — Я: Есть! Спасибо большое. Получив «зеленый свет», Догён выложил прогноз в свой групповой чат. Глядя, как растет число просмотров, он довольно улыбнулся. — Раз никто не звонит с возмущениями, значит, все в порядке? Раздался негромкий стук, и дверь в кабинет открылась. Вошел Чхве Уджин. — Отличный прогноз! Я его даже себе в канал репостнул. — О? Правда? Догён заглянул в чат коллеги и убедился, что тот действительно переслал его сообщение своим подписчикам. — Господин Уджин… — Догён посмотрел на него с нескрываемой признательностью. Тот, заметив этот полный обожания взгляд, в ужасе замахал руками. — Ты чего это? — Просто… спасибо вам. — Да за что тут благодарить-то… Уджин мог ворчать сколько угодно, но Догён понимал: коллега решил его прорекламировать. Никто не станет раздавать листовки конкурента на собственной «торговой точке» без веской причины. — К рынку готов? — Да. Самое сложное позади, теперь можно и выдохнуть. — Тогда пойдем кофе попьем. — Я сейчас приготовлю… — Нет-нет. Выпьем из автомата. — Уджин уже направился к выходу, и Догён последовал за ним. — С чего это вы вдруг решили попить растворимого кофе? — Утренний ветерок бодрит, захотелось постоять на воздухе. Они вышли на террасу, оборудованную под комнату отдыха. Хотя до марта оставалась всего неделя, воздух был все еще кусачим. Видимо, поэтому, кроме них, желающих прохлаждаться на улице не нашлось. — Тебе как обычно? — Да. Догён кивнул. Уджин забросил монеты в прорезь и вскоре подошел к столику с двумя бумажными стаканчиками. Догён в это время с сияющей улыбкой проверял свой мобильный телефон. — Что там? Что-то веселое вычитал? — Спросил Уджин. Догён тут же погасил экран и покачал головой. — А, нет. Просто сообщение проверял. На самом деле он получил весточку, которую ждал несколько месяцев, но рассказать об этом Уджину не мог. — Вот как? Вид у тебя очень довольный. Кстати, не замерз? — Ой, спасибо. — Догён принял стаканчик, грея ладони о его стенки. — Мне, как и вам, нравится этот холодный воздух. Вдыхаешь его – и в голове сразу проясняется. Уджин понимающе хмыкнул и отхлебнул горячий напиток. — Ну как ты? Освоился? Догён всегда понимал коллегу с полуслова, даже если тот спрашивал намеками. Именно за это Уджин ценил его больше всего. — Кажется, только сейчас начинаю привыкать. — То есть все, что было до этого, – это ты еще «не привык»? — Выходит, так… — неуверенно ответил Догён. — Судя по твоим успехам, ты и без привычки неплохо справлялся. — Теперь постараюсь вести себя потише. Мне-то нормально, а вот перед клиентами неудобно. — Почему? Жалоба пришла? — Нет, дело не в этом. Просто люди доверили мне свои средства. Вдруг они начнут нервничать из-за моей активности? Уджин задумчиво кивнул. — Может и так. Большинству, конечно, важен только доход, но всегда найдутся те, о ком ты говоришь. — Да, поэтому на время сокращу внешнюю деятельность. — Разумно. В экономике сейчас штормит, так что давай сначала обеспечим клиентам психологический комфорт. — Понял. — Эх… У тебя все идет в гору, у меня тоже неплохо, а вот общих хороших новостей пока нет. — О чем вы? — Не понял Догён. Уджин пальцами изобразил в воздухе кружок – знак денег. — Об этом самом. Говорят, операционная прибыль нашей компании в этом году составила девятьсот миллиардов вон. YuSeong Investment & Securities, занимающая третье место в стране, увеличила прибыль по сравнению с прошлым годом. Большая тройка – TaeSan, Seonjin и YuSeong – имела годовую выручку в десятки триллионов вон. Однако их реальный статус определялся именно операционной прибылью, и вхождение в «клуб триллионеров» было заветной целью для любой брокерской компании. — Президент на каждом углу кричал, что в этом году мы пробьем триллион, но, как видишь, не вышло. TaeSan Securities, прочно удерживающая первое место, словно в насмешку над остальными, достигла прибыли в два триллиона. Вторая в списке, Seonjin Securities, заработала один триллион четыреста миллиардов, и YuSeong пока лишь безуспешно пыталась их догнать. — Причем более шестидесяти процентов выручки – это комиссии от сделок клиентов. YuSeong традиционно ориентировалась на обслуживание дочерних компаний группы, поэтому доходы от сторонних инвестиций и финансовых проектов были невелики. Чтобы изменить ситуацию, руководству требовалось время, и сейчас все надежды возлагались на WM-направление, работающее с частными лицами. — Вот увидишь, теперь начнут закручивать гайки именно нам. — Не уверен. Мне кажется, будет наоборот, — возразил Догён. — Наоборот? Почему? Слышал что-то? — Нет, откуда мне знать. Просто интуиция подсказывает. — Интуиция Юн Догёна… Неужели грядет что-то по-настоящему крупное? Что ж, я верю в твое чутье. В этот момент у обоих одновременно завибрировали телефоны. Взглянув на экран, Уджин с неподдельным изумлением уставился на коллегу. — Кажется, я не прогадал, сделав ставку на твою интуицию! Догён лишь загадочно улыбнулся в ответ. * * * — Нам сюда. Две недели спустя Догён привез мать и брата в один из районов Сеула. — Это… неужели это наш дом? — Мать смотрела на него, не веря своим глазам, а младший брат Доджин застыл на пороге с открытым ртом. — Да. Это не аренда и не чонсе. Это наш собственный дом. В тот день на террасе Догён получил то самое долгожданное сообщение о вознаграждении. «Ваша инвестиционная философия впечатлила нас. Это VIP-сервис». «Для клиента, одержавшего блестящую победу в схватке с пессимистами, уготовано достойное вознаграждение». «P. S. После получения этой награды вас ждет еще один бонус, подготовленный нами». Сначала Догён гадал, что именно подразумевалось под «достойным вознаграждением», но вскоре все прояснилось. В тот же день, когда они пили кофе в комнате отдыха, посыпались новости: «YuSeong Investment & Securities переписывает историю выручки и объявляет о грандиозных премиях». «Руководство YuSeong: „Это способ поднять боевой дух сотрудников и разделить с ними успех роста компании“». «Глава филиала зарабатывает больше президента. Герой дня – Ха Минджэ, руководитель филиала „Лидерс“». «Ха Минджэ получил 5,28 миллиарда вон премии, став королем зарплат компании». Хотя компания и не вошла в «клуб триллионеров», она достигла рекордной выручки за всю историю своего основания. В марте Догён тоже получил солидный бонус. — Брат, у тебя же зарплата сорок миллионов вон… Ты что, втайне от компании на акциях наварился? — Подозрительно спросил Доджин. — Эй, Доджин, Доджин, Юн Доджин! Ты за кого меня принимаешь? — Да нет, я просто… — замялся брат. Оклад Догёна как новичка действительно составлял сорок миллионов. Но в мире ценных бумаг основной доход приносил результат. Всего за год работы персональным банкиром он заработал более двухсот миллионов вон в качестве премий. Его коэффициент оборота был невелик, но благодаря огромным суммам в управлении и успешному привлечению средств клиентов в новые продукты, он с лихвой перекрыл точку безубыточности. А учитывая, что компания расщедрилась на выплаты в размере 300% от оклада, он получил на руки целое состояние. Затем пришло обещанное сообщение: «Поздравляю господина Юн Догёна с получением заслуженного вознаграждения от компании. Это VIP-сервис». «Помимо основной награды, вы вдохновили многих людей своей твердой философией. Посетите указанное место для получения нашего особого бонуса». «9 марта 2021 года, 10:00. Сеульский центральный окружной суд, зал аукционов». Сообщение, как всегда, было лаконичным, но подсказки Догёну хватило. Взяв отпуск, он отправился по адресу и сегодня наконец обрел этот дом. — Я купил ее на торгах, мам. — Догён подошел к матери, которая все еще ошарашенно озиралась по сторонам. — На торгах? — Да. Нравится? — Еще бы… Как же здесь просторно. Это была квартира с тремя комнатами и большой гостиной. Догён и сам удивился, когда увидел этот лот. Прекрасное расположение, нестарый дом, но торги переносились четыре раза из-за отсутствия ставок. Удивительно, что такая хорошая квартира никого не заинтересовала – словно по чьему-то сценарию все участники аукциона обходили ее стороной. Догён был единственным претендентом. — Только не пугайтесь. Квартира стоит восемьсот миллионов вон, а я забрал ее за четыреста. — За четыре… четыреста миллионов?! — В один голос воскликнули мать и брат. — Послушайте, удивляться надо не сумме, а тому, что я купил жилье вдвое дешевле рынка! — Но где ты взял такие деньги? — В голосе матери все еще слышалась тревога. Казалось, она побоится здесь жить, пока не узнает правду. — Разумеется, взял кредит. Две трети этой квартиры принадлежат банку, а остальное я покрыл из своей премии. — Догён-а… — Ну что, ты рада? — Рада… Я и мечтать не смела, что мы снова будем жить в таком доме. После краха отцовского бизнеса мать долго пребывала в унынии. — Почему это не смела? Твой младший сын скоро станет юристом, а старший – успешный брокер в дочерней компании крупного предприятия. — И все же… — Все, забудь про съемные углы и аренду. Мне и самому надоело скитаться по общежитиям. Хочу жить с семьей. Догён достал карточку и протянул ее брату. — Доджин, завтра возьмешь маму и пройдетесь по магазинам бытовой техники. — Брат… — Ну началось. Если ты тоже начнешь причитать, я не почувствую радости от своего поступка. Услышав это напускное ворчание, младший брат усмехнулся и взял карту. — Смотри, я ведь могу много потратить. — Трать сколько влезет. Купи все, что нужно маме. Но! — Догён поднял указательный палец. — Бери самое лучшее. Чтобы лет на двадцать хватило. — Договорились. — Мам, слышала? Скоро обновим обои и полы. Покупай все, что душа пожелает, под стать новому дому. Мать выглядела так, будто вот-вот расплачется. — Рано плакать, мам. Вот когда я подарю тебе что-то еще более грандиозное, тогда и поплачешь. А сегодня давай улыбаться. Мать кивнула и вытерла глаза, а братья обменялись теплыми улыбками. — Пошли! Тут неподалеку отличный мясной ресторан. Сегодня ужинаем там. Догён уверенно зашагал к выходу. Мать и Доджин, глядя ему в спину, лишь покачали головами. — Идем. Твоего брата уже не остановить, если он что-то решил. — Эй, вы где там? Поторапливайтесь, я проголодался! С легким смехом семья последовала за ним.