]
– Да, я во всем разберусь, – пообещал он.
Тем временем Чхве Уджин, персональный банкир из филиала Соннам компании YuSeong Investment & Securities, с самого утра отбивался от звонков взбудораженных клиентов.
— Нет-нет. Сейчас цена акций просела более чем на 15%, так что лучше придержать их.
— Но ведь это вы, помощник менеджера Чхве, рекомендовали их купить!
Недовольство клиента вонзилось в сердце острым клинком. Сколько бы лет ты ни проработал в качестве PB, к такому привыкнуть невозможно. С точки зрения клиента выбор всегда за ним, но когда деньги тают на глазах, всегда нужен кто-то, на кого можно свалить вину.
— Приношу извинения. Однако это действительно перспективная акция.
— То есть вы предлагаете просто сидеть и ждать?
— Именно. Сегодняшнее падение не подкреплено плохими новостями, так что я во всем разберусь и свяжусь с вами во второй половине дня.
— Позвоните до обеда. Я не могу следить только за этим.
— Хорошо, я понял. Всего доброго, господин президент.
Короткие гудки…
Клиент, который обычно был сама любезность, бросил трубку, как только рекомендованные акции пошли ко дну, не скрывая раздражения в голосе.
— Да почему они так валятся-то? — Пробормотал Уджин.
У него не было времени на рефлексию. Он тут же погрузился в трейдинг-систему и ленты новостей, лихорадочно выискивая причину.
[Почему MiSeong Technology падает?]
[Для тех, кому интересно, почему рушится MiSeong Technology – читать всем!]
└ Дам ценную инфу. Ка. Ток 39@@3.
[На 20 000 вон рот раззяааааавили – ]
└ Если упадет до двадцатки, подберу. Разеваем ртыыы…!
Не только в тематических чатах, но и в крупных сообществах инвесторов набежала толпа троллей, злорадствующих над падением MiSeong Technology – акции, которая считалась надежной дивидендной бумагой.
Уджин заглянул в групповой чат, который вел исследовательский центр YuSeong Investment & Securities, но и там царило полное недоумение.
— Весь объем продаж идет через окно MG.
MG – всемирно известный глобальный инвестиционный банк, иностранная структура, обладающая колоссальным влиянием на наш фондовый рынок. И сейчас через их терминалы шел масштабный сброс акций MiSeong Technology. Видя, как цена акций из-за этого потока рухнула на 15%, частные инвесторы и отечественные институционалы тоже начали в панике избавляться от бумаг. Лавина только набирала обороты.
Чхве Уджин достал мобильный телефон и набрал знакомый номер.
— Привет, это я. Хотел кое-что спросить.
— По поводу MiSeong?
Он еще не успел перейти к делу, а на том конце уже знали ответ. Собеседником был его университетский коллега, аналитик из исследовательского центра головного офиса, который как раз курировал MiSeong Technology.
— Ага. Тебе тоже сейчас несладко.
— Не то слово, телефон разрывается от звонков. В терминале Bloomberg пусто. В Yonhap Terminal тоже ничего.
Терминалы Bloomberg и Yonhap – основные рабочие инструменты в корейских брокерских компаниях. Они в реальном времени выдают данные по мировым рынкам, срочные новости и глубокий анализ, доступный только подписчикам. Годовая плата за Bloomberg была настолько высока, что терминал в шутку называли «помощником менеджера Блумбергом» или «менеджером Блумбергом», намекая, что его аренда стоит как годовая зарплата сотрудника.
— Откуда именно через MG льют такой объем?
— Похоже, из Гонконга.
— Гонконг? Там же у них штаб-квартира Азиатско-Тихоокеанского региона?
Большинство ведущих мировых брокерских фирм и компаний по управлению активами держат свои региональные офисы в Гонконге или Сингапуре. Это своего рода координационный центр для управления капиталом во всей Азии.
— Верно. Там их филиал.
— Понял. Спасибо.
Уджин быстро завершил звонок и снова уставился на экран монитора.
На уровне – 15% появились некоторые объемы на покупку, пытающиеся удержать цену, но частники продолжали в страхе сбрасывать позиции.
— Не время же для ребалансировки, почему они так агрессивно выходят? — Недоумевал Уджин.
Если MG избавляется от акций MiSeong Technology, скорее всего, это бумаги из какого-то фонда. Но обычно ребалансировка – корректировка состава фонда – проводится в строго определенные сроки. То, что происходило сейчас, на это не походило. Казалось, они продают вообще всю свою долю под чистую.
— Нужно спросить господина Догёна.
Сейчас Уджину как никогда был нужен Догён с его поразительно широким кругозором.
— А, точно, глава филиала… — осекся он.
Новый руководитель явно не одобрял, когда Догён демонстрировал свои таланты.
— Ай, плевать! В конце концов, я просто лично спрашиваю совета у Юн Догёна.
Тук-тук-тук…
Только Уджин собрался встать, как после стука дверь отворилась и в кабинет вошел Догён.
— О, господин Догён! Я как раз собирался к вам.
— Господин помощник менеджера, у меня есть вопрос.
— Это срочно? Если нет, то…
— Вы ведь тоже хотели спросить меня про MiSeong Technology, верно? — Догён опередил его.
Уджин в изумлении расширил глаза. Неужели падение акций MiSeong на 15% стало настолько горячей темой для всех?
— Постойте, вы тоже следите за MiSeong Technology?
— Да, подробности позже, я сейчас тороплюсь. Откуда льют объемы?
— Через гонконгское окно MG, — ответил Уджин, невольно заражаясь спешкой Догёна.
— Это не ребалансировка. Я проверил, она намечена на конец мая.
— Значит, раз через гонконгское окно, то это собственные запасы MG?
— Похоже на то.
— Старший коллега, здесь что-то не так. Нет ни одной плохой новости, — Догён начал излагать свои мысли, которые крутились у него в голове по пути сюда. И чем больше он говорил, тем шире становились глаза Уджина.
* * *
– Значит, ты считаешь, что сейчас стоит покупать? — Переспросил пожилой мужчина.
Закончив разговор с Уджином, Догён вернулся к операционному окну, где его ждал постоянный клиент. Догён долго и терпеливо объяснял старику, почему именно сейчас настал момент для покупки акций MiSeong Technology.
— Именно так. Цена упала до уровней, которые станут крайне привлекательными даже для тех, кто раньше только наблюдал за ростом этой бумаги, не решаясь войти.
Прошло уже полчаса с начала обвала MiSeong Technology, но причина всё еще оставалась для всех загадкой. Догён же за это время выстроил четкую гипотезу.
Обычно для нормального падения нужны веские основания: слухи о разрыве контракта или официальное объявление о расторжении договора на поставку. Однако в этом случае не было никакого негативного инструмента.
— Сколько они сейчас стоят?
— 23 350 вон за акцию. Я полагаю, что если вы купите их сейчас, то в течение следующей недели цена восстановит всё сегодняшнее падение.
— Ты говоришь так, будто абсолютно уверен.
Логика Догёна вела к одному: в гонконгском окне глобального инвестиционного банка MG кто-то допустил ошибку ввода – нажал «толстый палец». Продажи шли только из одного источника, и именно они спровоцировали обвал. Как только рынок осознает ситуацию и поймет, что это всего лишь досадное происшествие, все бросятся скупать выброшенные на рынок объемы.
— Да. Потому что нет иных причин для такого падения, кроме чистой случайности.
И что самое важное, сообщение системы, дававшее ему ответы, лишь подтверждало его выводы.
— Хорошо. Я наблюдаю за тобой уже два года. Ты никогда бы не посоветовал мне то, что принесет убыток.
С этими словами старик положил на стойку удостоверение личности и данные счета.
— Проведи исполнение на всю сумму резервного депозита.
— Мое суждение может быть ошибочным, — на всякий случай предупредил Догён.
— Сначала раззадорил старика, а теперь в кусты? — Старик усмехнулся, глядя на Догёна.
— Даже если ты ошибся и цена упадет еще ниже – ничего страшного. Буду считать это платой за то, что ты два года терпел капризы скверного старика.
Он доверял Догёну. Вначале этот парень казался неопытным, но он всегда радушно встречал его и помнил его инвестиционный стиль. Догён тонко чувствовал настроение: когда старик был не в духе, он мог начать предлагать какой-то продукт, но, заметив отрицательный жест, тут же переключался, подстраиваясь под клиента.
— К тому же, это хорошая компания.
— Да, она вырастет и без учета этого инцидента.
— Отлично. Покупай.
Пораженный решительностью старика, Догён улыбнулся, кивнул и взял счет. Он быстро застучал по клавишам, оформляя сделку.
— Исполнено 5 500 акций по цене 23 300 вон за акцию.
Догён вернул документы, и старик с довольным видом кивнул.
* * *
– Хм, всё работало довольно слаженно, – констатировал Рю Тхэхва.
Прошло пять дней. Новый глава филиала Соннам закончил изучать сделки, совершенные отделением до его назначения. Сегодня он окончательно освоил все материалы. Филиал заслуженно входил в число лучших среди сорока девяти отделений по всей стране – никаких подозрительных операций не обнаружилось.
— Если бы не та глупая выходка предыдущего директора…
Тхэхва не понимал, зачем его предшественник так рискнул, ведь при таком стабильном течении дел перевод в штаб-квартиру был бы ему обеспечен.
— Но кое-какие моменты всё же стоит подкорректировать.
Тук-тук…
Пока Рю Тхэхва набрасывал указания для персонала, в дверь постучали. В кабинет вошел явно растерянный замглавы филиала.
— Г-господин управляющий.
— Что случилось?
— Вам нужно срочно выйти к операционным окнам.
— К окнам?
— Да, работа практически парализована.
Тхэхва поднялся и поспешил в зал обслуживания.
— Что за… — он осекся.
Картина, представшая перед ним, заставила его замолчать. Десятки клиентов выстроились в ровную очередь именно перед одним конкретным окном.
— Похоже, работа не парализована, — заметил Тхэхва.
— Буквально минуту назад здесь был хаос, но, кажется, их уже успели построить.
— Не нужно очередей. Раздайте талоны и усадите людей. Другие посетители могут испугаться.
По указанию Тхэхвы заместитель подозвал сотрудника, контролирующего порядок в зале, и передал распоряжение.
— Теперь объясните мне, что происходит, — потребовал Рю Тхэхва, глядя, как в зале восстанавливается порядок.
— Помните инцидент с «толстым пальцем» три рабочих дня назад?
«Толстый палец» (Fat Finger) – термин в мире ценных бумаг, означающий ошибку при вводе ордера из-за банального промаха по клавишам.
— Да, с MiSeong Technology, кажется? — Тхэхва, разумеется, был в курсе.
Последние несколько дней это была самая обсуждаемая проблема в финансовых кругах. Азиатско-Тихоокеанский офис известного инвестбанка допустил ошибку, выставив на продажу огромный пакет акций MiSeong Technology. Паника охватила рынок, институционалы и частные инвесторы начали сбрасывать бумаги, из-за чего цена в моменте рухнула на 17%. Но уже через час пошли слухи об ошибке, и к концу дня котировки отыграли большую часть падения.
— Именно так.
Инвестбанку, который по ошибке распродал активы, пришлось втридорога выкупать их обратно, чтобы восстановить позиции в фондах своих клиентов. На следующий день акции взлетели более чем на 10%. Позже банк официально признал факт ошибки.
— Говорят, тогда один из наших сотрудников мгновенно распознал ситуацию и рекомендовал эту акцию клиенту.
— Вот как? И кто из PB это был?
— Это был не PB.
— Не персональный банкир? — Удивился управляющий.
— Да.
Заместитель красноречиво посмотрел в сторону Догёна.
— Вы хотите сказать, это господин Юн Догён?
— Совершенно верно.
— А эта толпа у окна…
— Тем счастливчиком, купившим MiSeong Technology по совету Догёна, оказался председатель, владеющий местным заводом.
Тхэхва внимательно слушал.
— Говорят, его прибыль составила 37% доходности.
— Всего за три рабочих дня?
— Да. Такое случается крайне редко. Если вовремя распознать «толстый палец» и купить бумаги, можно сорвать куш за считанные дни. Финансовая компания, допустившая ошибку, обязана вернуть средства в пул или выполнить обязательства перед клиентами, поэтому они вынуждены проводить возврат акций любой ценой, даже если рынок уже вырос.
— И что дальше?
— Председатель был настолько впечатлен прибылью, что в качестве благодарности велел всем своим сотрудникам перевести свои пенсионные счета IRP в нашу брокерскую компанию.
По закону, если работник увольняется до 55 лет, его выходное пособие в обязательном порядке перечисляется на IRP (индивидуальную пенсионную программу).
— Но у нас же есть и другие окна…
— Он распорядился, чтобы счета открывал лично господин Юн Догён.
Сотрудник операционного окна получает премию за привлечение определенных типов счетов. И пенсионные счета IRP входили в этот список. То есть десятки новых счетов сегодня пойдут в личный зачет Догёна.
— И это еще не всё.
— Что еще?
— Господин Юн Догён оперативно сообщил о ситуации помощнику менеджера Чхве Уджину. Благодаря этому Уджин успел обзвонить своих клиентов, и многие из них тоже получили отличную прибыль.
— Вот как?
— Да, к нам даже пришли новые средства на управление.
— И как же Юн Догён объяснил свою уверенность? — Спросил Рю Тхэхва.
Заместитель покачал головой.
— Я сам только что узнал подробности. Деталей не знаю.
Тхэхва с непроницаемым лицом посмотрел на Догёна, затем снова на заместителя.
— Как только он разберется с текущими делами, отправьте господина Юн Догёна ко мне в кабинет.
— Простите?
— Я хочу знать, на чем основывалась его уверенность. Если у нее нет твердой базы, значит, он просто устроил игру на деньги клиента. Я должен услышать объяснения.
С этими словами Рю Тхэхва с суровым видом направился к себе.
Обновлено: 23.01.2026