Новость о начале Великой Стройки мгновенно облетела дворец. Чертеж "божественной да-чи" был скопирован на десятки папирусов и стал предметом изучения и поклонения. Сененмут со своей командой уже выбирал место на берегу Нила и рассчитывал количество гранитных блоков. Суета стояла невероятная.
Эта суета не могла не привлечь внимания Василича. Он как раз закончил инспекцию зернохранилищ (где, разумеется, нашел кучу недостатков и заставил всех перекладывать мешки "по науке") и наткнулся в коридоре на Хети, который несся куда-то со свитком в руках.
— Ты чего мечешься, как ошпаренный? — остановил его Василич.
— О, Великий Анубис! — запыхавшись, ответил Хети. — Мы начинаем исполнять волю Ра-Николаса! Строительство священной "да-чи"! Вот божественный план!
Он с гордостью развернул перед Василичем копию рисунка Николая.
Василич надел воображаемые очки и склонился над папирусом. Он смотрел на него долго. Сначала с недоумением. Потом с неодобрением. Потом его лицо начало медленно багроветь.
— И это... вы собираетесь строить? — спросил он ледяным тоном.
— Да! — просиял Хети. — Гениально, не правда ли? Эта чистота линий! Эта плоская...
— Бестолковщина! — рявкнул Василич так, что Хети подпрыгнул. — Полная, абсолютная бестолковщина! Кто так строит?!
Он выхватил папирус у жреца и ткнул в него пальцем.
— Это что за скворечник? Стены голые! Где утеплитель? А крыша эта ваша плоская? Да ее после первого ливня всю прорвет! Вода куда будет стекать? Уклон нужен! Хоть минимальный!
Он перевел палец на "балкон".
— А это что за аппендицит? Оно же у вас рухнет под собственным весом! Где подпорки? Где расчет нагрузки? Двоечники!
Хети стоял, открыв рот. Другое божество... критикует план верховного бога! Это был невиданный теологический кризис.
— Но... Великий Ра сам начертал это! — пролепетал он.
— Ра-Николас ваш в строительстве понимает, как свинья в апельсинах! — не унимался Василич. — Он слесарь! Он гайки крутить может, а не дома проектировать! Сорок лет его знаю!
Он скомкал папирус и сунул его обратно в руки ошарашенному Хети.
— Так, все отставить! Ничего не строить, пока я не утвержу. Я сейчас покажу вам, как надо строить. По уму. С запасом прочности!
Разъяренный Василич проследовал в свою "канцелярию" в Зале Суда, где ему уже поставили стол и стул. Он взял чистый папирус и принялся чертить свой, "правильный" проект.
Он не стал спорить с общей формой, раз уж Николаю так приспичило. Но он внес свои, рационализаторские предложения.
Крышу он сделал не идеально плоской, а с небольшим уклоном и системой водостоков ("чтоб дождевую воду собирать, в хозяйстве пригодится").
"Парящий балкон" он укрепил двумя массивными, основательными колоннами ("чтоб наверняка").
Стены он сделал вдвое толще ("чтоб зимой тепло, а летом прохладно").
Но главным его нововведением стал подвал. Вернее, не подвал, а ПОГРЕБ. Огромный, в два этажа под землей, с укрепленными стенами, с продуманной системой вентиляции и стеллажами вдоль стен.
— Вот! — объявил он Хети, который прибежал посмотреть на результат. — Вот это — дом! А главное, — он с гордостью ткнул пальцем в чертеж погреба, — вот здесь! Погреб! Для хранения солений на зиму! И компотов!
Хети смотрел на новый чертеж. Он был... другим. Более приземистым, основательным. И эта гигантская подземная часть... "Хранилище для солений"? Жрец не знал, что это, но предположил, что это какие-то особо ценные священные припасы.
Теперь у него на руках было два божественных плана. Один — легкий, воздушный, революционный. Второй — основательный, практичный, монументальный. И они были абсолютно несовместимы.
Великая Стройка еще не началась, а уже превратилась в Великую Войну Проектов.
Обновлено: 19.02.2026