— Возьми свои слова обратно!
— Я беру свои слова обратно, — спокойно и с абсолютной невозмутимостью ответил я, стараясь минимизировать усилия ради достижения наивыгоднейшего результата.
Эта фраза сбила мальца с толку. Он моргнул, будто не до конца веря своим ушам, и слегка наклонил голову. За то короткое молчание, которое повисло между нами, успела подоспеть его свита. Четыре таких же юных ёкая встали за его спиной, подозрительно оглядывая меня. Их прищуренные глаза ясно говорили: "Ребёнок? Человек? Чужак?"
Да уж, межрасовые отношения в этом мире далеки от радужных. Если не считать богов и ангелов, почти все сверхъестественные расы относятся к людям с неприязнью, если не с откровенной враждебностью. А иногда и хуже.
Возьмём, например, вампиров — одну из довольно-таки могущественных сверхъестественных рас, обитающих преимущественно в Европе. Их ярко выраженная агрессия по отношению к людям давно стала причиной множества кровопролитий. Но тут, к счастью, вмешалась Церковь, а также магическая организация "Грау Цауберер".
Хотя, справедливости ради, ни Церковь, ни "Грау Цауберер" не заслуживают титула альтруистов. Их защита человечества далеко не акт чистой добродетели — здесь вступает в игру жёсткая реальность. Люди для них — ресурс, жизненная основа их существования и источник новых членов в своих рядах.
Кроме того, всё ещё остаётся открытым вопрос: что больше — количество жизней, которые Церковь спасла, или которые загубила? Ещё есть одна ремарочка к "Грау Цауберер" — считать их чем-то вроде гуманитарной организации или боевого ордена — ошибка, причём грубая. В основе они — академики. Исследователи. Они могут сутками копаться в древних манускриптах и магических теориях, оставляя решение людских проблем на потом. И иногда это "потом" становится слишком поздним.
Мир человеческих магов вообще удивительно сложен. Помимо "Грау Цауберер" существует множество мелких организаций, которые видят в человечестве не только источник новых членов, но и лабораторных крыс. Ну а в худшем случае — нечто гораздо более мрачное. А потому, несмотря на их тёмные и серые стороны, отрицать значение Церкви и "Грау Цауберер" в современной эпохе было бы нечестно. Без них человечество оказалось бы в куда более безнадёжной ситуации, окружённое врагами, превосходящими нас во всём, кроме численности.
Также не стоит забывать и о богах. В отличие от магов, они порой любят людей настолько, что готовы объявить войну целой расе ради того, чтобы нас защитить.
Если бы меня спросили, кто сыграл главную роль в выживании человечества, я бы, не раздумывая, сказал: сами люди. Не организации, не структуры, а герои — те, кто раз за разом вставал из пепла трагедий и вёл человечество за собой. Затем, совсем чуть-чуть ниже по вкладу в выживание человечества, уже идут боги и их пантеоны, в том числе Библейский Бог с его подарками на Рождество в виде "Святых Механизмов". И только потом идут Церковь и "Грау Цауберер". Эта иерархия, как по мне, показывает, что без богов человечество давно бы исчезло.
Но вернёмся к межвидовым отношениям. Вампиры? Это лишь вершина айсберга и преимущественно европейская проблема. Мир гораздо шире Европы, а сверхъестественные существа куда разнообразнее, чем хотелось бы даже самым смелым исследователям. Демоны, злые боги, драконы, падшие, ёкаи и множество немногочисленных, менее сильных сверхъестественных видов — все они разбросаны по разным уголкам мира: от диких просторов Амазонки до раскалённых пустынь Африки, от ледяных лесов Канады до вулканических островов Тихого океана. Одни предпочитают оставаться в тени, словно наблюдая за людьми с холодным любопытством. Другие же действуют открыто, разрушая и угрожая. И посреди этого шторма всегда оказываемся мы — люди.
И каждый раз мы либо сражаемся, либо погибаем...
"Что я задумался..." — словил я себя на мысли.
Так вот — ёкаи. Если смотреть на них через призму политики — а в этом мире каждая раса играет свою партию, как на шахматной доске, — то всё выглядит так же сложно, как и любая другая игра с участием множества интересов. Раньше у ёкаев были свои взгляды на человечество. Жёсткие, можно даже сказать, агрессивные. Истории об этом разбросаны в японском фольклоре: злобные духи, убивающие заблудших, или загадочные существа, обманывающие доверчивых. Но это — прошлое.
Сейчас всё изменилось. Современные ёкаи значительно остепенились. Нет, я не скажу, что их отношение к людям стало тёплым и дружелюбным, но уровень жестокости, характерный для прошлого, явно поубавился. Особенно это заметно во фракции Западных Ёкаев, базирующейся в Киото. Они не просто смягчили свою политику, а начали, пусть и скрыто, но взаимодействовать с человечеством в пределах Киото. Конечно, это не значит, что завтра в новостях покажут кицунэ, сдающего кровь на донорство, но шаги в сторону сосуществования уже сделаны.
Но! Всегда есть это раздражающее, разрушительное "но". Позиция человечества в этом мире остаётся неизменной — это позиция слабых. Мы, люди, — самая уязвимая сторона. И как бы ни выглядели "нейтральные" отношения с ёкаями или любыми другими сверхъестественными существами, их видение мира всё равно проникает сквозь любые маски, которыми они пытаются прикрыть свою настоящую сущность.
Передо мной стояли четыре молодых ёкая, глаза которых выражали всё, что они думали обо мне, не прикрываясь вежливостью. Пренебрежение, недоверие, надменность и лёгкое недовольство. Люди для них — слабая, ущербная раса. И, откровенно говоря, кто может их в этом упрекнуть? Когда у тебя в руках силы, которые люди даже представить себе не могут, снисходительное отношение становится естественным, как дыхание.
С взрослыми ёкаями такое встречается гораздо реже. Они лучше контролируют свои эмоции, пряча их за непроницаемыми масками спокойствия. Или, что ещё лучше, с возрастом их взгляды становятся менее радикальными. Большинство из них прожило достаточно долго, чтобы понять, что категоричность — это привилегия молодости. Хотя, конечно, не обходится без исключений. В каждом обществе есть свои радикалы, даже среди ёкаев. И хотя их стараются держать в узде, они всегда найдут способ напомнить о своём существовании.
Так что да, когда четыре юных ёкая смотрят на тебя, словно на насекомое, это, пусть и вполне ожидаемо, но всё же неприятно. Я вздохнул, стараясь не выдать раздражения. Проблема ведь не только в них, но и в самом мироустройстве, благодаря которому веками укреплялась мысль о превосходстве сильных над слабыми. Людям в этой игре отведена роль пешек, а ёкаям, демонам и прочим сверхъестественным существам — фигуры постарше. Но иногда даже пешка может стать ферзём. Вопрос лишь в том, успеет ли она дожить до конца игры...
"Так, стоп", — я резко оборвал свои размышления, чувствуя лёгкий дискомфорт. — "Откуда эта фраза? Точно помню, что где-то её слышал... но где?"
Пока эта мысль крутилась в голове, молодой ёкай, который до этого явно пытался собраться с духом, наконец встряхнулся и снова наполнился уверенностью. Похоже, численное превосходство в виде друзей за спиной вернуло ему смелость.
— Ты думаешь, всё так просто?! Просто взял свои слова обратно — и всё?!
"Да", — подумал я. — "А, нет, то есть нет, эта фраза явно не из книги..."
— Что случилось, Акихико? — спросил один из ёкаев, подходя ближе.
Акихико выпрямился, выпятив грудь, и бросил на меня надменный взгляд, так и сверкающий праведным, но всё же детским гневом, словно разыгрывая сцену из дешёвой драмы.
— Этот человек ведёт себя неуважительно и оскорбляет наших старших, — заявил он, как прокурор, выносящий приговор. — Вот я и решил заставить его взять слова обратно.
— И у тебя это получилось, — поддакнул я, стараясь не выдать иронии в голосе. — Ты реально крут. Я беру свои слова обратно, так что между нами больше нет конфликта.
Если честно, единственное, чего мне сейчас не хватало, — это получить пинков от толпы мелких ёкаев. В таком случае весь мой остаток времени в Уракиото пройдёт за зализыванием ран. А что будет, когда Сэнко узнает об этой ситуации? Можно будет и вовсе забыть про возвращение сюда.
— Говоришь как трус, — вмешался самый мелкий и, конечно же, самый дерзкий из них.
— Подбиваете меня на сражение? — я не сдержал улыбки, глядя на этих "маминых подстрекателей". — Ну я ведь и настучать могу.
Запрещённая карта — "Я всё расскажу взрослым". После её использования ты автоматически вылетаешь из любой группы, теряя даже крошки уважения. Правда, мне было всё равно. Первое: я всё равно скоро уйду. Второе: мне просто плевать. Ради того чтобы не вляпаться в дерьмо, которое может разрушить все мои планы, я готов пожертвовать любой видимостью репутации среди этих юных ёкаев.
— Трусишка, — хмыкнул тот же мелкий, но в его голосе уже сквозила неуверенность. Спина прямая, но взгляд скачет — явная попытка блефа.
— Что здесь происходит? — за моей спиной прозвучал голос, куда более зрелый и уверенный, чем у тех козявок, что стояли передо мной.
Я обернулся и заметил одного из ёкаев, который ещё недавно тренировался на площадке. Теперь он шагал ко мне с прямой осанкой и твёрдым, не сулящим ничего хорошего взглядом.
— Старший брат, — отозвался Акихико, на удивление смиренно.
"Когда они успели закончить тренировку?" — подумал я, бросив взгляд за его спину. Группа ёкаев уже утратила строй и разбилась на мелкие группы, болтая о своём. Однако кое-что общее всё же осталось: каждый из них время от времени украдкой поглядывал в нашу сторону. Эти короткие, почти незаметные взгляды выдавали скрытую напряжённость.
Будь я обычным человеческим ребёнком, то, скорее всего, этого даже не заметил бы. Но благодаря "Ускоренному мышлению" и "Разделению сознания" такие детали для меня были как на ладони.
— Да ничего особенного, — ответил я, стараясь звучать спокойно. — Просто небольшое недоразумение.
— Недоразумение, говоришь? — он взглянул на своих младших. — Тогда почему я слышал шум с поляны?
— Это… он начал! — выкрикнул кто-то из толпы за моей спиной.
— Правда? — Старший ёкай обвёл меня взглядом, явно оценивая, насколько я могу быть угрозой. — Если так, то почему секунду назад вы все выглядели так, словно собирались устроить самосуд?
Толпа вновь притихла, и даже самый мелкий ёкай, что раньше пытался быть дерзким, теперь старался не привлекать к себе внимания.
— Что насчёт тебя? Я слышал, что у людей есть выражение — в конфликтах виноваты оба. Есть что сказать? — обратился старший брат Акихико прямо ко мне. Его голос оставался спокойным, а сам он не проявлял никаких негативных эмоций в мою сторону… Что, честно говоря, было удивительно.
Я выдохнул и сделал шаг назад. В такой ситуации лучше всего казаться покорным своей судьбе, но при этом оставаться спокойным. Это особенно важно, когда тебя окружает толпа мелких ёкаев, готовых вот-вот вцепиться тебе в глотку.
— Сказать насчёт этой цитаты или насчёт ситуации? — спросил я, всё-таки не удержавшись от лёгкой усмешки.
В ответ на это старший ёкай смерил меня тяжёлым взглядом, после чего вздохнул и заговорил:
— Могу понять моего брата, — произнёс он, покачав головой.
— Кто-нибудь объяснит мне, почему все так хотят со мной подраться? — спросил я, заметив проблеск жестокости в глазах брата Акихико. — Может, я случайно кого-то обидел?
Акихико фыркнул, но прежде чем успел открыть рот, его старший брат подошёл ближе и остановился буквально в метре от меня.
— Здесь это нормально, — сказал он ровным голосом, словно объяснял правила поведения в школе. — Если кто-то бросает вызов, значит, будет бой. В нашем обществе это лучший способ доказать свою правоту.
Для тех, кто не хочет долго ждать продолжения:
https://boosty.to/thirtythree_
Обновлено: 16.01.2026