Детоксикация была критически важна. Не раздумывая, Гао Ланьчжи сомкнула пальцы, используя их как меч, чтобы сделать аккуратный надрез на руке Цяо Вань. Алая кровь тут же хлынула в подставленную нефритовую чашу.
Кровь падала в голубоватый нефрит, оставляя на поверхности лёгкие круги.
Когда чаша наполнилась, Гао Ланьчжи решила, что достаточно. Она достала из кармана снадобье и нанесла его на раны Цяо Вань.
— Яд довольно силён, — сказала Гао Ланьчжи. — Вероятно, потребуется несколько дней, а то и больше десяти, чтобы восстановиться, даже с кровью Цяо Вань.
Чжоу Янь спросил:
— Как долго она ещё может продержаться?
Гао Ланьчжи покачала головой.
— Это зависит от состояния Сяосяо. Это может быть, как три-пять дней, так и более десяти.
Цяо Вань закатала рукав, но не отреагировала на сказанное.
Пэй Чуньчжэн взял наполненную нефритовую чашу и подошёл к кровати, чтобы проверить состояние Му Сяосяо.
Девушка на кровати была без сознания, лишённая своей обычной живости.
Глядя на Му Сяосяо, он почувствовал лёгкое успокоение в своём смятённом уме.
Она была его светом, светом, который мог обжечь его, если он приблизится слишком близко.
Девушка также была человеком, которого он решил защищать.
И сейчас Пэй Чуньчжэн видел, как она переносит такие тяготы.
«Сяосяо».
Юноша почувствовал укол в сердце, опустил глаза и, не мешкая, высвободил одну руку и нежно взял изящный подбородок девушки, вливая ей кровь.
У юной девушки была гладкая и нежная кожа, но сейчас её мучила странная лихорадка, щёки неестественно раскраснелись. При прикосновении кончиков пальцев она казалась тёплой и хрупкой.
После того как она выпила чашу крови, прядь её волос прилипла к щеке. Пэй Чуньчжэн воздержался от того, чтобы поправить её волосы перед всеми, и вместо этого опустил занавеску на кровати девушки.
Сделав всё это, он вернулся к столу, не глядя ни на кого в комнате.
Фэн Ванъянь всегда действовал безрассудно и без ограничений. Убедившись, что непосредственная угроза миновала, он потерял всякий интерес спорить и тоже подошёл к постели.
После нанесения снадобья на рану кровотечение на руке Цяо Вань постепенно остановилось.
Чжоу Янь посмотрел на Цяо Вань и сказал:
— Не возвращайся, оставайся здесь несколько дней.
Цяо Вань кивнула и ответила:
— Хорошо.
Гао Ланьчжи была немного удивлена этим. Разве ученица Чжоу Яня не жила на вершине Юйцин?
Му Сяосяо всегда оставалась на вершине Юйцин. Он вырастил её, и у них были отношения, подобные отцу и дочери.
После «смерти» Му Сяосяо Чжоу Янь был в подавленном настроении, и вся секта Куньшань это заметила. Возможно, он не хотел, чтобы Цяо Вань жила на вершине Юйцин, опасаясь, что это будет напоминать ему о Му Сяосяо и опечалит его ещё больше.
В конечном счете, это было делом между наставником и ученицей, и посторонним нечего было вмешиваться.
Увидев, что ей здесь больше нечего делать, Фея Сися, Гао Ланьчжи, приготовилась откланяться.
Чжоу Янь, будучи мастером меча, обычно поручал эти вопросы своему старшему ученику, Лу Пиханю. Но поскольку Лу Пиханя не было в горах, Цяо Вань вежливо подошла к Гао Ланьчжи и сказала:
— Я провожу вас вниз с горы, старшая.
Гао Ланьчжи увидела, что Цяо Вань выглядит бледной, и сказала:
— Ты только что пожертвовала кровью, чтобы спасти свою старшую сестру, так что тебе лучше отдохнуть и восстановиться. Давай обойдёмся без церемоний.
Цяо Вань сказала:
— Тогда позвольте мне проводить вас до ворот.
Гао Ланьчжи, видя её настойчивость, не стала настаивать.
Однако, как только Цяо Вань собралась сделать шаг, огненный вихрь внезапно налетел со стороны кровати!
Цяо Вань не успела среагировать и почувствовала резкую боль в груди. В ушах зазвенело, и, сама не зная как, её тело отлетело в сторону.
Бам!
Спина девушки ударилась о колонну в комнате, и она свалилась с колонны, откашливая кровь.
Тут же прекрасное, но свирепое лицо Фэн Ванъяня возникло перед ней.
Он схватил её за шею, поднял высоко и сквозь зубы прошипел:
— Говори! Что ты сделала с Сяосяо?!
П.р.: Ну не придурок ли? На корм его пустить.
Цяо Вань, испытывая сильную боль, остолбенела. Раскрыв глаза, она изо всех сил пыталась сообразить: «Сяосяо?!»
Пэй Чуньчжэн и Чжоу Янь увидели сцену и поняли, что дело плохо. Они один за другим бросились к кровати.
Чжоу Янь откинул покрывало, чтобы проверить.
На кровати они увидели юную девушку, её брови были туго сведены, лицо лишено цвета, а зубы стучали.
Пэй Чуньчжэн поспешно наклонился, чтобы проверить дыхание.
Му Сяосяо еле дышала, её лицо было бледным. Было ясно, что жизнь девушки висела на волоске!
— Успокойтесь, бессмертный друг! — Гао Ланьчжи была шокирована и быстро бросилась вперёд, чтобы остановить его. — Не душите её!
В тот момент Фэн Ванъянь, казалось, что-то осознал и разжал хватку.
Цяо Вань упала на землю, как бездыханная рыба, и Гао Ланьчжи поспешно вытерла рукавом кровь, текущую из её носа, ушей и губ. Она помогла Цяо Вань подняться и спросила:
— Ты ещё можешь стоять?
В гневе Фэн Ванъянь не сдерживал свою силу. Цяо Вань лежала на земле и хватала ртом воздух, во рту стоял вкус крови, и она непрерывно выплёвывала свежую кровь.
«О, боже мой».
«О, боже мой».
Цяо Вань было так больно, что её бросило в холодный пот. Из-за сильной боли кровь продолжала течь из её носа и рта, губы онемели, и она не могла вымолвить ни слова.
Никто не знал, как ужасно девушка себя чувствовала в тот момент.
Гао Ланьчжи поспешно достала пилюлю и дала ей.
Проглотив пилюлю, Цяо Вань наконец пришла в себя. Она откашляла кровавую пену и слабо кивнула головой Гао Ланьчжи, сказав:
— Я в порядке.
Едва она перевела дух, как возникла вспышка меча.
Цяо Вань подняла взгляд и увидела Пэй Чуньчжэна, направляющего свой меч прямо на её горло.
Лицо юноши было холодным, как лёд, когда он спросил:
— В чём дело?
По мере приближения меча глаза Пэй Чуньчжэна наполнились ужасающим гневом и холодностью.
П.р.: Только начала читать, а уже хочу втащить им🙂
Цяо Вань смотрела на Пэй Чуньчжэна.
Он был тем, кто ей когда-то нравился.
Даже спустя все эти годы она всё ещё...
«Как нелепо».
Взгляд Цяо Вань стал холодным.
«Он ей нравился ему? Никогда!»
Цяо Вань не была тем человеком, кто молча переносил страдания и оставался непоколебимым, ожидая, когда кто-то одумается.
Девушка подавила свой гнев и приказала себе быть терпеливой.
Разница в их силах была слишком велика; сражаться здесь было бы неразумно.
Но думать — одно, а делать — другое.
«Чёрт побери, я больше не могу этого выносить».
Хотя все её тело болело так сильно, что Цяо Вань едва могла собрать силы, она всё же отдала всё, что могла, и выпустила свет меча, выбив меч Снежного Ужаса Пэй Чуньчжэна из его руки и отбросив далеко.
Уклонившись от Гао Ланьчжи, которая хотела помочь ей, Цяо Вань неустойчиво поднялась на ноги, вытерла кровь с уголков рта и наконец выпустила слова, которые она держала глубоко в своём сердце, и выругалась:
— Заткнись, — Цяо Вань выплюнула кровавую пену и усмехнулась. — Мелкий сопляк.
Откуда ж девушке было знать, что что-то случилось с Му Сяосяо?!
Она неожиданно начала атаку, заставив Пэй Чуньчжэна выпустить меч, который с грохотом упал на землю.
Как только Цяо Вань заговорила, она вновь закашлялась кровью.
А Пэй Чуньчжэн — белоснежный, холодный, неприступный Пэй Чуньчжэн, — застыл с абсолютно ошарашенным лицом, на которое брызнула кровь, и выглядел в этот момент до невозможного комично.
«Мелкий сопляк…»
Его назвали мелким сопляком.
Обновлено: 03.02.2026