Салон нашел в пещере укромный уголок, подальше от глаз матери и сестер, и улегся там.
В знакомом черном пространстве он, словно сторонний наблюдатель, смотрел, как растет его тело.
Чешуя становилась всё тверже, когти и зубы – острее, а конечности наливались недюжинной силой.
В материальном мире пропорции почти всех истинных драконов таковы, что хвост, тело и шея занимают примерно по трети общей длины. Даже самые массивные красные драконы следуют этому правилу.
Из-за этого они выглядят довольно изящно, но Салону такой облик был не по душе.
В его представлении великий дракон должен был выглядеть мощно и брутально, напоминая Смертокрыла из его прошлой жизни.
Воплощенная мощь!
Короткая трансформация завершилась.
Салон открыл глаза и осмотрел себя.
На этот раз он вырос не слишком сильно, достигнув примерно четырех метров в длину.
Однако лапы стали гораздо массивнее, и Салон чувствовал, как значительно увеличилась плотность его костей и мышц.
По его прикидкам, теперь он весил больше, чем обе сестры вместе взятые.
«Салон: Очки здоровья 95.»
«Заряды Пиршества: 2.»
«Перезарядка Пиршества: 4 дня.»
«Талант: Плотоядный. Вы восстанавливаете Очки здоровья и энергию, убивая врагов. Количество восстановления зависит от жизненной энергии противника».
Время перезарядки не только не уменьшилось, но даже выросло, а новых талантов не появилось.
Зато Очки здоровья подскочили сразу на 95 пунктов.
Ничего страшного, впереди еще вечность!
Немного освоившись с изменениями, Салон неспешно направился к сестрам.
Эмили и Ханна в это время лежали на полу, обхватив лапами по бедренной кости магического зверя и усердно их вылизывая.
Салон покачал головой, глядя на это жалкое зрелище. И в кого они такие уродились?
— Салон? — Эмили первая заметила его приближение.
Ханна тоже подняла взгляд и остолбенела.
Ничего себе! Это точно черный дракон, которому всего несколько дней от роду?
Да даже детеныши красных драконов не бывают такими качками!
— Сколько я проспал? — Спросил Салон у сестер.
— Хм! — Эмили лишь фыркнула, отвернувшись.
— Около суток, — честно ответила Ханна.
Салон кивнул. Похоже, на этот раз перестройка организма заняла больше времени.
Он наклонился и прихватил зубами кость, которую держала Ханна. Та на подсознательном уровне тут же разжала когти.
— Сволочь ты, Салон! Ты даже кости нам не оставишь? Вон же еще целая куча валяется! — Эмили буквально взорвалась от возмущения.
Салон проигнорировал её крик и с силой сжал челюсти.
Хруст-хруст!
Кость мгновенно развалилась на несколько кусков, обнажив питательный костный мозг.
— Это тебе награда, — сказал Салон Ханне.
Затем он подошел к остальным костям. Пиршество было на перезарядке, но он оставался истинным драконом – он мог расти и естественным путем, пусть и не так быстро. К тому же у роста обычных драконов есть предел, даже величайшие древние змеи не вечны.
Но Пиршество – иное дело. Заряды можно копить бесконечно, а Очки здоровья напрямую влияют на долголетие.
Салон представил: если он накопит пару тысяч зарядов, станет ли он богом?
Ханна ошеломленно смотрела то на уходящего брата, то на разгрызенную кость. Пожалуй, старший брат не такой уж и плохой.
Она принялась высасывать мозг и подбирать мелкие осколки костей с пола.
Эмили, глядя на это пиршество, перевела взгляд на свою целую кость, которую она не могла разгрызть, и заскрипела зубами от обиды.
«Проклятый Салон! Как он смеет так унижать будущую королеву!»
«Ни одной косточки не пропустит, жадина!»
Эмили подобралась к Ханне и, сглатывая слюну, прошептала:
— Ханна, неужели ты продашься ему за пару обглоданных костей? Не забывай, мы с тобой заодно!
— Но костный мозг правда очень вкусный! — Ответила та, не отрываясь от еды.
— Да ты меня просто бесишь! — Эмили чувствовала, что сейчас лопнет от злости.
Ханна, видя состояние сестры, сунула ей в пасть осколок кости, густо измазанный костным мозгом.
М-м-м…
Эмили проглотила его, даже не жуя.
Как же вкусно!
Салон в это время доедал остатки костей, поглядывая вглубь пещеры.
«Мать так и не вышла».
Ему было всё равно, где она, но проблема в другом: еда закончилась. Разве мать не должна отправиться на охоту?
Но даже когда Салон сгрыз последнюю косточку, Лиза так и не показалась.
Дело принимало скверный оборот.
Сам идти к матери он не решался, поэтому снова перевел взгляд на сестер.
— Как думаете, что мать принесет в следующий раз? Лютоволков или магического зверя? — Салон облизнулся.
— Наверное, магического зверя, она же взрослая дракониха! — Задумчиво произнесла Ханна.
— Даже не сомневайся, это будет кто-то очень сильный! — Эмили явно воодушевилась темой еды.
— Вот только она, кажется, совсем не собирается на охоту, — тихо заметила Ханна.
— Может, она просто забыла? Я видел, как она спит на своей горе золота, — как бы невзначай бросил Салон.
— Гора золота! — Глаза Эмили и Ханны зажглись алчным блеском.
У них еще не было своих сокровищ, а для истинного дракона это сущая пытка. Но посмотреть на чужое – тоже неплохо!
Салон, видя, что они заглотили наживку, лишь усмехнулся про себя. Против тяги к золоту у драконов нет защиты.
Он и сам хотел бы иметь целую гору, но человеческое прошлое помогало ему не терять голову. Впрочем, золото ему еще понадобится – для прогресса Пиршества.
Эмили и Ханна, пошатываясь, направились вглубь пещеры.
Салон же улегся на месте, внимательно прислушиваясь к звукам внутри.
Через пару минут раздался яростный драконий рев, и один маленький черный силуэт вылетел наружу, с грохотом приземлившись на камни.
Это была Эмили. На её теле виднелись поврежденные чешуйки.
Следом за ней, пошатываясь от ужаса, выбежала Ханна.
— Что случилось? — Невинно поинтересовался Салон. Он всего лишь хотел, чтобы они напомнили матери об обеде, а тут такой поворот.
Он предполагал, что Лиза может просто полениться лететь на охоту, но не думал, что она нападет на своих детей.
Впрочем, раны Эмили были поверхностными – мать явно сдержалась.
Эмили, кряхтя, поднялась и забилась в самый дальний угол.
— Мы не смогли её разбудить. Эмили решила, что она крепко спит, и попыталась… стащить одну золотую монету, — заикаясь, объяснила Ханна.
Салон лишился дара речи от такой глупости. Драконы чуют свои сокровища даже во сне. Если бы Эмили и удалось стащить монету, Лиза заметила бы пропажу в ту же секунду, как открыла глаза. Память дракона о своем кладе абсолютна: они знают положение каждой монетки до миллиметра.
Ведь в своей долгой жизни они только и делают, что спят да пересчитывают золото.
Да и вообще, кто в здравом уме решит воровать прямо из-под лапы взрослого дракона?
Пусть даже это всего одна монета!
Салон вздохнул. Похоже, если хочешь поесть – добудь сам.
Обновлено: 03.02.2026