Он раздобыл кость древнего духа — и вместе с ней грозное преимущество, которое работает даже без силы удара. Когда разъярённая Святая является убить его за унижение возлюбленного, он не бежит и не молит: прижимает её к стене и играет её же страхом, как козырем в игре, где ставки — чужие жизни. Один неверный шаг богини — и падёт не он, а тот, кого она защищает больше всего на свете. Насколько далеко способен зайти холодный расчёт там, где сила удара бессильна?

Он раздобыл кость древнего духа — и вместе с ней грозное преимущество, которое работает даже без силы удара. Когда разъярённая Святая является убить его за унижение возлюбленного, он не бежит и не молит: прижимает её к стене и играет её же страхом, как козырем в игре, где ставки — чужие жизни. Один неверный шаг богини — и падёт не он, а тот, кого она защищает больше всего на свете. Насколько далеко способен зайти холодный расчёт там, где сила удара бессильна?