Глава 70 — Глава 70: Тан Сан просит стать рогоносцем

— Что здесь происходит? — Послышались встревоженные возгласы. — Что с Сяо У? Су Чэнь, что ты с ней сделал?! Су Чэнь окинул их взглядом, полным неприкрытого презрения к их скудоумию, и раздраженно бросил: — Вы что, тоже «Слепые Боевые Духи»? Очевидно же, что Сяо У отравлена. А о том, как именно это произошло, вам лучше спросить у Тан Сана. Су Чэнь и сам чувствовал, как внутри закипает ярость. «Я всего лишь хотел проучить тебя, а ты, значит, решил лишить меня жизни?», – думал он. «И впрямь, мелкий подонок, бьет без пощады! Не приглядывай за тобой твой папаша, Тан-Кувалда, я бы сегодня точно переломал тебе всё, что только можно». Услышав его слова, все разом обернулись к Тан Сану. По его ошеломленному, растерянному и полному раскаяния лицу было нетрудно догадаться: это действительно его рук дело. — Нет… это не… — Тан Сан застыл, лишившись дара речи. — Сяо У… моя Сяо У… Он окончательно пал духом. Эта ядовитая игла, «Благодарность семьи», была приготовлена им специально для Су Чэня. Смертоносная техника, бьющая быстро и точно, – Тан Сан хотел, чтобы Су Чэнь умер прежде, чем успеет выдать его тайны иномирянина. Потому и название такое – «Благодарность семьи»! Когда он попытался броситься к ней, Су Чэнь резко выкрикнул: — Не подходи! Стой, где стоишь! Тан Сан мгновенно замер, беспомощно глядя на Сяо У, прижатую к груди Су Чэня. — Сяо У… моя Сяо У… прости меня… прости… Су Чэнь тем временем почувствовал, что ситуация принимает какой-то странный оборот. — Кхм! — Сяо У снова зашлась в кашле, выплевывая черную кровь. Её лицо стремительно бледнело – яд начал разноситься по всему телу. — Сяо У! — Нин Жунжун и Чжу Чжуцин поспешили к ней. На их лицах застыл ужас; они были в полном замешательстве, не представляя, как помочь подруге и чем нейтрализовать яд. Сяо У посмотрела на них и, превозмогая боль, слабо улыбнулась: — Жунжун, Чжуцин… в следующей жизни мы обязательно снова станем сестрами. Я… кажется, я всё-таки умираю. Жунжун, Чжуцин, я так хочу быть с вами… я еще не хочу умирать… Мама… Дамин… Эрмин… Дай Мубай, Ма Хунцзюнь и остальные стояли как громом пораженные. Теперь они окончательно поняли, что произошло. Это был смертельный прием, который Тан Сан готовил для Су Чэня, но Су Чэнь уклонился, и под удар попала Сяо У. Глядя на отчаяние и запоздалое раскаяние Тан Сана, они осознали: он бил наверняка, и теперь, скорее всего, даже сам не знал, как спасти Сяо У. — Сяо У, ты поправишься, ты обязательно поправишься! — Рыдая, кричала Нин Жунжун. — Мы же обещали быть лучшими подругами всю жизнь! По обычно холодному и красивому лицу Чжу Чжуцин тоже скатились горькие слезы: — Сяо У, только поправляйся, и мы всегда будем самыми близкими сестрами. Сяо У с трудом протянула руки, ухватившись за подруг: — Как… как хорошо, что вы у меня есть! В следующей жизни пусть я встречу вас пораньше… мне так хочется всегда быть вместе с вами! Узы, связавшие «друзей по дневнику», хоть и существовали недолго, оказались невероятно крепкими. — Кхм-кхм-кхм! — Су Чэнь не выдержал и поморщился от неловкости. Он и подумать не мог, что Сяо У окажется такой… необычной. Лежит у него в руках, даже не глядит на своего суженого Тан Сана, а всё твердит о любви к Нин Жунжун и Чжу Чжуцин. Атмосфера накалилась до предела. Су Чэнь коснулся пальцами нескольких точек на теле Сяо У, чтобы остановить распространение яда, и произнес: — Хм… Простите, что прерываю ваши излияния сестринской любви, но я всё же скажу: этот яд я могу вывести. Её еще можно спасти! — Да-да, Су Чэнь! — Воскликнула Нин Жунжун, задыхаясь от волнения. — Су Чэнь, ты точно сможешь её спасти! Умоляю, помоги ей, наш Клан Изразцовой Пагоды Семи Сокровищ в долгу не останется! Чжу Чжуцин с надеждой посмотрела на него: — Правда? Спасибо тебе, Су Чэнь. Пожалуйста, спаси Сяо У! Тан Сан в мгновение ока изменился в лице. Страх, радость, облегчение и внезапное разочарование смешались в его душе. — Ты… ты можешь помочь? Ты действительно можешь спасти Сяо У? — В его мыслях билось ликующее: «Возродись, любовь моя!». Но одновременно с этим пришла и горечь: этот яд он разрабатывал целую ночь, а Су Чэнь, оказывается, способен его нейтрализовать. Неужели этот человек разбирается в ядах лучше него? Ужасающая мысль! На краткий миг Тан Сан даже поймал себя на желании, чтобы Су Чэнь не справился – тогда у него остался бы шанс убить врага и сохранить свою тайну. Ху Лена, стоявшая в стороне, скрестив руки на груди, заметила этот странный блеск в его глазах и холодно усмехнулась: — Судя по твоему взгляду, ты не очень-то и рад тому, что Су Чэнь может её спасти. Е Линлин и Дугу Янь тоже бросили на Тан Сана брезгливые взгляды. Раньше, читая записи в дневнике Су Чэня, они не до конца понимали, что за человек Тан Сан. Но теперь они видели воочию: этот юноша, несмотря на возраст, обладал пугающе жестоким сердцем. Хотя… какой там возраст? Внешне он ребенок, но внутри – двадцатидевятилетний хладнокровный убийца. — Нет… нет, это не так… — поспешно возразил Тан Сан. Он с преувеличенной серьезностью посмотрел на Су Чэня: — Я умоляю тебя, спаси Сяо У! Прошу, ты должен ей помочь! — Это ведь ты меня попросил, — Су Чэнь посмотрел на него с самым серьезным видом. — Спасти человека для меня проще простого. Сначала нужно высосать яд, чтобы он не разошелся дальше. Приступаю! «Мелкий подонок, ты сам об этом попросил!», – злорадствовал про себя Су Чэнь. «Ну, за твое здоровье!» У всех присутствующих возникло недоброе предчувствие. В следующую секунду Су Чэнь, приоткрыв одежду девушки, припал губами к груди Сяо У, принимаясь высасывать яд. Тан Сан застыл, не веря своим глазам. Лицо его на глазах стало приобретать отчетливый зеленый оттенок. В этот момент он осознал всю глубину фразы «Это ведь ты меня попросил!». Состав яда «Благодарность семьи» был экспериментальным, Тан Сан еще не успел изготовить противоядие, и теперь он в ужасе осознавал, что собственное творение парализовало его волю, заставляя беспомощно наблюдать за происходящим. Он сам… сам попросил превратить его в рогоносца? «Будь ты проклят! Это уже слишком!», – Тан Сан заскрежетал зубами, сжимая кулаки до белых костяшек. — Су Чэнь! Скотина! Что ты делаешь с Сяо У?! — Прорычал он сквозь зубы. — Пфу! — Су Чэнь сплюнул на землю ядовитую кровь вместе с иглой и огрызнулся: — А может, ты сам попробуешь? Тан Сан тут же осекся. Этот составной яд был невероятно агрессивным; он бы ни за что не рискнул высасывать его ртом. — Замолчи, Тан Сан! — Прикрикнула на него Нин Жунжун. — Если бы не ты, Сяо У бы здесь не лежала! Су Чэнь спасает её, а раз ты сам ничего сделать не можешь, то и нечего тут вякать! Тан Сан стоял, кипя от бессильной ярости. Ему нечего было возразить, и оставалось только молча терпеть, глядя, как Су Чэнь прикасается к его Сяо У. Бессильный гнев – вот и всё, что у него осталось. Остальные хранили молчание. Дай Мубай про себя порадовался, что игла попала в Сяо У, а не в Чжу Чжуцин. В противном случае… его бы ждала участь увидеть осквернение любимой на собственных глазах. Су Чэнь едва сдерживал смех. На самом деле, используя внутреннюю силу, можно было просто вытолкнуть иглу вместе с ядом, но если сделать всё так просто, то какой в этом интерес? Тогда и спасать не стоило! Чавк, чавк, чавк… Во дворе стояла тишина, и звуки, с которыми Су Чэнь высасывал яд, казались неестественно громкими. Было слышно, что он старается на совесть, со всем усердием! Присутствующие молчали, но время от времени поглядывали на Тан Сана. Да уж, ощущения у него сейчас явно были не из приятных. — Яд из раны я вытянул, — наконец произнес Су Чэнь. — Теперь нужно с помощью внутренней энергии залечить повреждения и нейтрализовать те токсины, что уже успели просочиться глубже. Он снова перевел взгляд на Тан Сана и спросил: — На этот раз выбор снова за тобой: спасать Сяо У или нет? Ты и сам прекрасно понимаешь, что твой яд распространяется быстро. Каналы Сяо У уже повреждены, и если немедленно не принять меры, её будет не вернуть. «Переломать тебе кости я пока не могу», – усмехнулся про себя Су Чэнь, – «но зато могу довести тебя до белого каления». 。